Бесстрашные и отважные. От Балаклеи до Сватово - Михаил Иванович Федоров

летали. Прямо по дому в нас стреляли, то есть нас заметили и прямо по нам работали. Мы в подвале сидели. И девочка тогда очень испугалась. Она первый раз была в такой близи. Там километра два-три до передней зоны. И, получается, она там молиться начала, бояться, домой звонить, мужу позвонила, сказала, что вот, нас не выпускают. Нас тогда не выпускали на «зеленую» зону, ротироваться не давали, хотя сказали: едем только на неделю. И вот она испугалась очень сильно и мужу позвонила, сказала, что ее не выпустят, попросила его помочь, все остальное. И в итоге нас вместе вытащили оттуда, ее и меня. Ну командира только за нее просили, а он нас обеих убрал оттуда, отправил. И мне из-за нее пришлось расторгнуть контракт.

– Там бои были или только обстрел…

– Мы под обстрел попали, и она просто испугалась. Она сказала, что на «красной» зоне была. Очень сильно испугалась, она и меня подставила. Так с ней пришлось и уйти из подразделения. Дальше в мае 2023 года я в «Борз» попала. Это тоже подразделение «Редутовское». У них эмблема – «Красный волк».

Подразделение хорошее. Командир хороший. По медицинской части тогда главным был позывной «Скальпель». Это военный врач, он терапевт, травматолог. Я была начмедом 2-го батальона. Вот мы с ним вместе работали. Он меня поспрашивал, сказал, что я начмедом буду. Какое-то время он меня подержал фельдшером, а потом сделал начмедом 2-го батальона. Он был полностью начмедом, а я у батальона. А он у бригады. К тому времени это уже бригада была. Я уже сама обучала, мне много обязанностей дали вплоть до: мне надо было сделать кабинеты, я ходила на разведку с ребятами, смотрела, где поставить точку «нуля», как правильно работать, эвакуация раненых, все это ставили.

Мы сначала в Опытное заехали. Изначально мы тоже возле Прасковеевки стояли. Ну там рядышком поселок, уже не вспомню, как называется, мы почти в него не заходили. Тогда точки «нуля» у «Борза» не было, она была у всего «Редута» одна. И поэтому в тот момент мы сидели на «зеленой» зоне. Тогда подготовку молодежи устраивали. Потом уже зашли как раз в Опытное, под Клещеевкой это было. И на Клещеевке работали. Там уже было потяжелее, потому что мне надо было устроить полностью точку «нуля». Полностью подготовить курс тактической медицины для молодежи. У нас каждый день тренировки были с утра до вечера. Две тренировки по тактической медицине только, и мы работали по группам. И у нас были инструктора, каждый преподавал свое. Пулеметчики были, саперы, стрелки – пехота, медицина. Все что ребятам нужно, мы все проводили.

– На тебе медицина…

– Мое – тактическая медицина. «Красная», «зеленая», «желтая» зона.

– Ну и как… Ведь сколько мы знаем ребят гибнет: истек кровью…

– Ну всяких много пособий, но я свое писала на своем опыте. Я по своей теории занималась. То есть у меня ребята начинали с теории, с зоны, от чего вообще умирают, от каких ошибок. Мы искали вены на человеке. Собирать аптечку учились. Это все в теорию входило. Так что им объясняла по медикаментам. То есть из них делала младших санинструкторов, из каждого. Каждый мог оказать помощь себе, товарищу. Один одно запоминает, другой – другое. Поэтому в большой группе они друг другу помогают. И это было намного удобнее мне, а потом мы уже на практику пошли. Мы изучали, как переносить раненых, как эвакуировать, на тросе, без троса, на себе, лежа, ползком, сидя, стоя. Как можно самому отползти в случае чего. Прикрытие также, огневая поддержка. Мы все проходили. То есть определенный комплекс, который я подготавливала для ребят.

– Когда там, с какого по какое время?

– С мая по октябрь 2023 года… И вот как раз в октябре я закончила контракт и уехала домой. И все.

6

Он позвонил: «Я приехал. Ты где?» Я вышла, он меня обнял

– Были трудные ситуации…

– Да сплошь… Когда мы приехали в Опытное, и в первый день очень много прилетало. Там поле за домом было. И двухэтажка была незащищенная. То есть нас могли спокойно достать. Находиться в таком количестве в одном доме достаточно опасно, и мы приняли решение найти дом в Бахмуте. У нас уехала группа. Нашла дом, и вот на следующий день, на второй день они поехали туда обустраивать. Мебель выносить, все лишнее, освобождать. И в этот момент их увидели и кассетами обложили ребят. А у нас ни медицины, ничего не готово было. Все по коробкам. По ящикам. Все друг на дружке, не знаем, где что лежит. И мне привозят тяжелораненого. У него осколок прошел через 8-е, 9-е ребро и вышел над тазобедренной костью. И осколки по ногам. У него за года два до этого был артериальный осколок, и нога у него в очень плохом состоянии. Плюс варикозное расширение вен очень сильное. И человек еще в возрасте. Ему 40 с лишним лет уже было. С проблемами, с давлением. А до Бахмута ехать от нас минут 20–30. То есть времени прошло. У них аптечек с собой практически нет. Там с собой чуть-чуть было медицины. Они с собой практически ничего не взяли, не подумали. Ему поставили диагноз: множественные осколочные в ноге. Вены. Что варикозное было, кровоточило.

– Как говорят, живого места не было…

Кира:

– Ему жгуты поставили, укол сделали и привезли ко мне. У меня ни медицины, ничего. Сразу как я увидела его, я вижу, он бледный, уже все. Давление примерно 70 на 50. Ну уже низкое. Уже все, при смерти. Я тогда взяла второго медика и одного помощника, чтобы погрузили в «таблетку». Ну, в «буханку». Мы положили, а у нас «буханка» даже не готова была. У нас там запаски, все лежало. То есть мы его в неготовую машину поставили на носилках, и во время дороги там участок еще необстреливаемый, неровный. А ехать до Первомайска нам где-то часа два. И у меня один рюкзак, где неизвестно, есть препараты или нету. И человек при смерти. Прямо полностью при смерти. И вот такая ситуация очень тяжелая. Мне пришлось колоть ему сразу и от кишечника, потому что я знала, что он поврежден осколками. Скорее всего, сквозное. Кровотечение сильное. Потом я ему давление мерила, постоянно контролировала давление, пульс. Я дексаметазон делала для поднятия давления… Сняли жгуты, чтобы перетянуть артериально. Но я артериальное не нашла, я просто взяла бинты, они кровеостанавливающие есть,