Я стал рабом ведьм шестого полка морской пехоты - Михаил Николаевич Кисличкин

того как она нам вольную даст. И требования наши удовлетворит. Вот. А сейчас у нас тут не Асталия, а вольная общинная земля Ульмара — так наши старшие сказали. Нас с теткой и еще двумя женщинами старшие отправили на холм в караул, а сами в городе совет держат в доме городской администрации.

— Хреновые из вас караульные, — поморщилась Тания. — Еще на холмах кто-то есть?

— Должны быть, — ответила Анка. — Мы не знаем. Мы пришли, поели и спать легли. На часах тетя Кайла стояла, но вы её зачем-то убили…

— А с чего ваши старшие вообще взяли, что её Величество Кальтиния Четвертая будет с вами о чем-то договариваться? И, тем более, удовлетворять требования изменниц из самозваного комитета? — удивилась Тейма.

— Не знаю. Они говорят — она сейчас слабая и молодая, а, значит, будет общинниц слушать. Потому что нас много и мы всех кормим.

— Понятно, — махнула рукой комбата.

— Если хотите, я покажу дом, где наши старшие заседают. И помогу в город пробраться. Нам с теткой за это будет снисхождение? — спросила Анка.

— Я думаю, планировать долгую и правильную войсковую операцию против изменниц нет смысла, — вдруг подал голос Петрович, молча слушавший весь допрос. — Надо всё закончить быстро и одним ударом. Боеспособность общинниц сомнительна. Обстреливать и разрушать город глупо. Если мы захватим их так называемый «комитет», они сами разбегутся или сдадутся.

— Верно, — подумав, поддержал я ветерана. — Устроим что-то вроде Лбищенского рейда. Ударить можно «корсетами», на рассвете. Захватим или перебьем руководство мятежниц, и все кончится. Не нужно лишней крови.

— Что за Лбищенский рейд? — поинтересовалась Тания.

— Внезапная атака на дезорганизованного и не ожидающего её противника, — пояснил Петрович. — В свое время на Земле уральские казаки так Лбищенск взяли. Начнем под утро, часа в четыре. Тараном пойдут «корсеты» и танк, наша цель прорваться сходу к администрации и нейтрализовать командование. За нами пойдут остальные ведьмы, их задача — зачищать дворы. Если упремся в сильное сопротивление, — отступим, «корсеты» прикроют обычных ведьм. Но, судя по допросу мятежниц, — Петрович кивнул на молчавших пленниц, — у нас должно получиться.

— С идеей в целом согласна, — подумав, ответила Тания. — У самой схожие мысли. Но надо проработать план получше…

В итоге план атаки наши командиры одобрили, пусть он и отменял на сегодня ночной сон. Анка оказалась родом из местной общины, мобилизованной по рекрутскому жребию из ближайшего хутора. Она показала нам старую грунтовку для общинной сельхозтехники, которая вела через сады, виноградники и подножье ближайшего холма, выходя на равнину с городом. По ней и поехала в три часа утра колонна полка с выключенными фарами, прикрывая плетениями тишины звук моторов. Шоферки, с наложенными на них заклятьями ночного зрения, ехали медленно, на разбитой грунтовке машины нещадно трясло, но в половине четвертого мы оказались на равнине в трех километрах от города, а качество дороги стало чуть получше. Собственно, город был перед нами, а полк так и не был обнаружен. Поэтому, никаких особых затей и не потребовалось — мы просто въехали своим ходом в Ульмар. Ведьмы стали выпрыгивать из грузовиков лишь оказавшись на городских улицах.

Как такового боя даже не случилось. Блок-пост мятежниц стоял у въезда по главной асфальтовой дороге, а атаки со стороны виноградников и персиковых садов в четыре часа утра никто не ожидал. Первые заполошные выстрелы начали греметь на улицах, когда мы уже почти подъехали к зданию администрации. У его крыльца стоял караул из четырех мятежниц со споротыми погонами: у двух из них были в руках автоматы, ещё у парочки — боевые посохи. И все они во все глаза вылупились на невиданное зрелище — как к ним прямым ходом едет танк с мужиками на броне. Для асталиек сочетание нежных мужчин и техносовских танков было сродни фантастике, что-то вроде матросов на зебрах. И уж точно никто из караульщиц не мог подумать, что мы из асталийской армии.

Танк, лязгнув траками, остановился прямо у самого входа, наведя пулемет на крыльцо. С его брони деловито спрыгнули мы с Петровичем и вразвалочку подошли к караульщицам, прикрытые щитами «корсетов».

— Опа, какие мужики! — глупо улыбнулась одна из караульщиц глядя на нас. — Смотри Цайка, техносы-парни приехали!

— Ошибочка вышла, гражданочки, — усмехнувшись, покачал головой Петрович, подойдя вплотную. — Не техносы мы. А верные бойцы её Величества Кальтинии Четвертой. За вами приехали, красавицы. Так что не тормозим, дамочки. Сдаём в темпе оружие, а сами сдаёмся в плен.

Караульная оглянулась, и увидела, как со всех сторон к зданию бегут ведьмы наших с Петровичем «корсетов». Побледнев, она молча сунула ветерану автомат, а ее подруга безропотно отдала мне посох.

Командир мятежниц мы арестовали прямо в администрации. Они были сонными и еще не до конца протрезвевшими, поскольку до глубокой ночи обсуждали свои требования к Кальтинии и указы для вольной общинной земли Ульмара, подогревая свое красноречие вином из местных погребов. И только под утро легли спать, а тут мы… Короче говоря, вольным городом Ульмар пробыл совсем недолго.

С остальными бывшими ведьмами из саперной дивизии и полка обеспечения тоже не возникло проблем. Несколько стычек в городе не в счет. У нас оказалось ранено две ведьмы, у мятежниц — двадцать убитых и с полсотни раненых. И то по большей части не в бою, а при попытке к бегству. Около полутысячи мятежниц все же разбежались и прятались где-то в садах вокруг города — все же стояла ночь, да и наши силы были ограничены, поэтому поймать всех не вышло. Еще с тысячу, как выяснилось после допросов, дезертировали еще до нашего приезда, включая большинство бывших официр. Ну и почти три тысячи мы взяли в плен, передав их под охрану ведьмам-гвардейкам Вейны.

— Хорошо получилось, — сказал я в полдень Тейме, когда всё было окончательно закончено. Пленниц мы выгнали на пустырь рядом с городом, где под надзором гвардеек они сами стали строить для себя временный концентрационный лагерь, а мы с комбатой, стоя поодаль, наблюдали за процессом. Ну а куда их девать? По домам честных горожанок размещать? Нет уж, не заслужили. На доски для забора лагеря мы велели разобрать несколько сараев, а на городских складах нашлись материалы для сооружения временных бараков. Бывшие общинницы работали привычно и спокойно, тем более,