Тени Казани - Юлия Шляпникова

class="p1">— Есть пути разные, так и решения там разные. От того, что выберете, будет зависеть, что дальше будет. Можете сидеть тут и продолжать плакать. Можете пойти и спросить. А можете что-то другое решить — и все по-другому станет. От вас зависит.

Такой расклад нравился ей куда больше. Но все равно оставалось ощущение, что за этим кроется какая-то хитрость.

— В чем подвох?

Старик улыбнулся так по-лисьи, что его узкие глаза превратились в щелочки.

— Что бы мы ни выбрали, все уже заранее предрешено. У каждого есть несколько путей, и в каждом — своя жизнь. Мы только набрасываем варианты и предсказываем, что ждет. А выбираете в итоге все равно вы, люди.

Ада схватилась за голову и взвыла:

— Так есть у меня свобода выбора или нет?!

Старик рассмеялся и, протянув руку, погладил ее по плечу. От пальцев пахло полевой полынью.

— Есть. Конечно, есть. Главное, не ошибитесь, а то выберете не лучший вариант. А изменить уже вряд ли получится.

Он поднялся со скамейки и, опираясь на посох, пошел к собору.

— Мне пора, милая. Может, еще свидимся.

Ада не успела ничего ответить, как он скрылся за стеной собора, будто исчез. Холодало, так что она подхватила сумку и пошла в направлении метро.

Дома были и мама, и папа. С кухни доносился звук работающего телевизора.

— Адочка! Ты голодная? — позвала мама.

Ада скинула ботинки, как можно аккуратнее повесила куртку в шкаф и убрала сумку на полку. Все, чтобы как можно сильнее оттянуть момент встречи с родителями.

— Господи! Что случилось? — разнеслось вокруг, стоило ей зайти на кухню и попасть маме на глаза.

— Все в порядке, немного расстроилась из-за учебы, — отмахнулась Ада и села за стол, даже не помыв руки.

Папа внимательно разглядывал ее, пока мама носилась по кухне и пыталась то налить ей горячего чая, то принести салфетки, чтобы вытереть лицо.

— Мам, все в порядке! — чуть громче, чем было нужно, сказала Ада, и та наконец опустилась на стул.

— Ты точно не пострадала? Никто тебя не обидел?

«Обидел, мам, еще как. Но вам лучше об этом не знать».

— Все хорошо. Давайте утром поговорим, я не голодна, пойду к себе.

— Чай хотя бы выпей, согрейся! — всучила ей чашку прямо в руки мама.

Ада вздохнула и вышла из кухни.

Комната встретила ее темнотой и едва теплыми батареями. Видимо, днем дали отопление, но еще не продули трубы, и где-то образовалась пробка.

Поставив чашку на компьютерный стол, Ада ногой нажала кнопку запуска на системном блоке и одновременно включила лампу — сразу стало уютнее.

Страничка «ВКонтакте» ничем не порадовала Аду. Ни одного сообщения, все так же удаленный аккаунт. Пустота.

Зато зазвонил телефон, пока она переодевалась в домашнее. Это оказалась Саша, и Ада с содроганием взяла трубку.

— С ней все хорошо! — без лишних приветствий воскликнула Саша.

Ада ощутила, как расправились плечи, избавившись от камня вины.

— Она цела?

— Жить будет. Царапины. Если бы не ты, она бы точно погибла.

Ада поперхнулась. А как же обвинения в почти что убийстве?..

— Я?

— Ты! Кто еще наперерез кинулся? Ты и правда смогла прогнать демона, я видела, я же рядом стояла! Ты сама-то цела?

В голосе Саши была тревога, она действительно переживала за Аду.

— Да, — растерянно ответила она. — Но я думала, все меня возненавидят за то, что я сделала!

Саша так тяжело выдохнула, что Ада невольно сжалась.

— Кто совсем тупой, пусть думает так дальше. Мы были рядом и видели, кто спас Эбигейл.

— А демон? Ты видела, когда он появился?

Саша задумалась, потом медленно сказала:

— Видела. Он за твоей спиной возник из ниоткуда. Как будто его кто-то призвал.

Ада порывисто вздохнула и задала так тревожащий ее вопрос:

— А ты знаешь, кто там был в этот момент рядом?

Они обе молчали так долго, что Ада уже начала считать минуты и прикидывать, во сколько обойдется Саше этот разговор. Операторы-то у них были разные.

— Нет, не видела, — наконец сказала она, и Ада кожей ощутила ложь. В горле запершило, и она попыталась прокашляться.

— Хорошо.

— Приезжай завтра к Лиле днем. Игорь сказал, что будем выяснять, кто его вызвал, опытным путем.

— Соберете всех, кто был на сходке, и по одному будете допрашивать?

— Почти. Приезжай, хорошо?

— Попробую заглянуть после пар. А ты придешь?

— Посмотрим с утра. Скорее всего, нет.

— Тогда созвонимся. И еще, Саш, спасибо.

Она только вздохнула и сказала:

— Спокойной ночи, подруга.

Ада повесила трубку и села прямо на ковер у кровати. Никуда она идти не собиралась. Они тоже обо всем уже догадались. Кто будет первым, кто задаст этот вопрос?

Сон был тревожный. Ада видела злые лица вокруг, каждый считал, что нужно обязательно ее толкнуть, пихнуть, плюнуть в лицо. Все говорили, что это она виновата. А она не могла даже спрятаться от их обвиняющих взглядов. Только сжималась в комочек и плакала.

Ада проснулась со стянутой от слез кожей на лице и с вымокшей за ночь наволочкой. «Нокиа» рапортовала о наступлении шести часов утра. Сна больше не осталось, так что Ада стерла слезы со щек и, выбравшись из одеяльного плена, пошла в ванную.

Опухшие глаза и лопнувшая сеточка сосудов встретили ее в зеркале. Ада поплескала в лицо прохладной водой, потом сдалась и забралась под душ. Все тело кололо, словно мелкими иголками, и долго она не продержалась.

На кухне оказался папа, который пил что-то подозрительно напоминавшее кофе.

— Цикорий, — кивнул он на кружку и спросил: — Хочешь?

Ада налила себе чашку этой бурды и с ногами забралась на стул рядом с папой.

— Что случилось, птичка моя?

— Много плохого и много хорошего. У меня как будто не сентябрь, а целая жизнь за этот месяц прошла!

— Этот твой босяк виноват?

Ада улыбнулась, как всегда удивляясь папиной проницательности. Не зря он пошел в учителя — его призвание было в чтении детских сердец. Ему она врать не умела, в отличие от мамы.

— Да, Дима.

— Обидел?

— Нет, но теперь все непросто.

Папа кивнул и отпил из чашки, тут же скривившись.

— Хочу нормальный кофе, а не эту растительную бурду!

Ада хихикнула, боясь разбудить маму.

— Пахнет похоже.

— Что вчера такого случилось?

Пытаясь решить, что можно рассказывать, а что нет, она замолчала на целую минуту.

— Ты точно цела? Он тебя не обидел?

— Ну пап! Все в порядке!

— Если вы просто поссорились, то это пройдет. Помиритесь. Как там говорят? Милые бранятся — только тешатся.

— Иногда я думаю, что тебе нужно