На северо-западных рубежах. Противостояние с Финляндией и Эстонией. 1917-1956 - Михаил Юрьевич Васьков

– историческая область, ныне поделенная между Сербией и Румынией, где проживают представители 26 национальностей, в т. ч. украинцы, русины, поляки, сербы. Всех перечислять, видимо, из экономии места, на камне не стали.) Ну и кто воевал против России тогда? Есть еще сомнения, что почти вся Европа? Самый настоящий нацистский интернационал. Воистину, как сказано в Писании про бесов – «имя им Легион!»…

Нам для понимания межэстонского противостояния в годы войны важно, что в составе наступавших войск 2-й ударной армии Ленинградского фронта под командованием генерал-лейтенанта И. И. Федюнинского находились бойцы 8-го Эстонского стрелкового корпуса. Ими командовал уже известный нам Лембит Пярн, ставший к тому времени генерал-лейтенантом. И они не просто принимали участие, а были одной из ударных сил! (Свидетельством тому, что среди наиболее отличившихся при взятии Нарвы частей и соединений, получивших почетное наименование «Нарвских», есть и 85-й артиллерийский полк корпуса, сражавшийся в первом эшелоне.)

В составе же оборонявшихся, как вы поняли, воевали эстонцы из уже упомянутой 20-й дивизии СС. И не просто воевали, а были тут одной из основных боевых единиц! Все повторилось снова – «брат на брата и сын на отца». Принимая во внимание отчаянные, совершенно бескомпромиссные боестолкновения эстонцев с эстонцами, приходишь к выводу, что обе стороны были равно высоко мотивированы, у тех и других были свои резоны…

За что воевали солдаты Эстонского корпуса, кстати, понимаю. Можно разделять или не разделять коммунистическую идеологию, но, несмотря на изрядно подпорченную ее репутацию – и советскими репрессиями в сталинский период, когда под раздачу попадали подчас совершенно не причастные ни к чему и ни в чем не виновные лица, и маоистскими экспериментами при строительстве «нового общества» в Китае, и разными прочими «красными кхмерами», идеи социальной справедливости и построения общества, где бы отсутствовала эксплуатация человека человеком, никто не отменял до сих пор.

А вот за что сражалась другая сторона? Ей-богу, не могу до конца понять. За то, чтобы стать гражданами «Тысячелетнего рейха»? Но ведь даже самому малограмотному хуторянину должно было быть ясно, что в «сверчеловеки» нацисты готовы взять лишь малую часть эстонцев, тем более, что, по расистской теории, финно-угров к арийцам не причисляли. Получается, что эстонцы, воевавшие за Гитлера, бились за то, чтобы и их самих, и подавляющее большинство их соотечественников вывезли в Новгородскую область или в Карелию, а Эстонию заселили немецкими колонистами? Чудны дела твои, Господи…

…Наконец, советское командование пришло к выводу, что «в лоб» на этом направлении германо-европейскую оборону не прошибить, и нацистский интернационал решили взять из-под «мягкого подбрюшья», то бишь с южного берега Чудско-Псковского водоема. Туда, для усиления армий 3-го Прибалтийского фронта, передав нарвский участок под контроль 8-й армии, и были скрытно переброшены подразделения 2-й ударной армии, включая 8-й Эстонский стрелковый корпус.

На Южно-Эстонском направлении удара оккупанты явно не ждали, и результат не замедлил сказаться: 11 августа были освобождены Печоры-Петсери, 13 августа – Выру, 16 августа – Пылва, 19 августа – Валга, 23 августа – Отепяа. Несмотря на то, что немцы подтянули серьезные подкрепления, 25 августа Красная армия взяла и Тарту. И снова ударной силой были бойцы 8-го Эстонского стрелкового корпуса. Правда, число эстонцев в нем (в результате невозвратных потерь) поубавилось, но всё равно достигало 75–80 % личного состава.

На какое-то время немцам удалось остановить фронт по реке Эмайыги. Однако в сентябре 1944 года стратегическое положение Германии на всем северном фланге фронта претерпело серьезное изменение. Берлин узнал о готовящемся выходе Финляндии из войны с СССР (Московское перемирие было подписано 19.09.1944), и не просто выходе, а об обязательствах Хельсинки перед Москвой и Лондоном «выдавить» немецкие войска со своей территории. В результате военно-политическое руководство Рейха приняло решение оставить Эстонию, ставшую уязвимой не только с востока и юга, но и со стороны Финского залива. Понятное дело, что принять такое решение помогли и советские войска, которые также начали «поддавливать» и на северном, и на южном направлениях.

Так, на южном участке части РККА, в составе которых действовал 8-й Эстонский стрелковый корпус, форсировали реку Эмайыги и 17 сентября освободили Калласте и Муствеэ. На северном участке РККА 19 сентября освободила Йыхви, 20 сентября – Раквере, 21 сентября – Тапа. В Поркуни 20–21 сентября состоялся ожесточенный кровавый бой между 8-м Эстонским стрелковым корпусом и отступающими эстонскими частями в составе вермахта и СС. Это было последнее сражение в Северной Эстонии. Здесь, в районе Вяйке-Маарья, наступавшие с юга подразделения Красной армии соединились с войсками Ленинградского фронта.

Чтобы не дать гитлеровцам осуществить планы взрывов 75 военных и гражданских объектов в Таллине (о них сообщила разведка), из танковых и артиллерийских подразделений (САУ) Эстонского корпуса был сформирован моторизованный передовой отряд, который в ночь на 22 сентября совершил марш-бросок к эстонской столице. Красноармейцы-эстонцы применили военную хитрость: они двинулись по трассе с зажженными фарами, и отступавшие солдаты противника принимали их за своих. (Ничего, кстати, удивительного – у немцев было много трофейной советской техники, и подчас целые подразделения были укомплектованы нашими «тридцатьчетверками». Опознавательных знаков, естественно, ночью не видно, но и не рисовали ничего особо на броне, кроме разве что значков своего подразделения – это только в кино и на постановочных фото все танки со звездами или крестами, как на параде…)

Близ Таллина, по воспоминаниям одного из участников марш-броска (тогда подполковника) В. Вырка, произошел забавный эпизод. На одном из перекрестков они по-эстонски уточнили дорогу в город у гитлеровского регулировщика. Тот указал путь, недовольно пробурчав, тоже по-эстонски: «Ох, курат! Даже этого вы не знаете! Что же вы тут, в первый раз, что ли? У-у, деревенщина». В общем, как в том анекдоте: «Далеко ли до Таллина?»… Кстати, вовсе не все эстонцы корпуса были уроженцами Эстонии, многие родились в коренной России, так что они, действительно, на родине предков очутились в первый раз!

В общем, таким хитрым образом на рассвете 22 сентября 1944 года мобильный ударный отряд корпуса вышел на окраину эстонской столицы. Перед бойцами предстала картина вздымаемых взрывами клубов дыма – оккупанты начали осуществлять задуманное. Это еще больше подвигло к действию – оборона противника на реке Пирита и возвышенности Ласнамяэ была смята, и к 10 утра танкисты достигли Копли и Таллинского порта. Над башней «Длинный Герман» в Тоомпеа взвился красный флаг. История сохранила имена поднявших его красноармейцев 8-го Эстонского стрелкового корпуса – лейтенант Йоханнес Лумисте и старший сержант Эдьмар Нагельман. За проявленный при освобождении Таллина героизм корпус приказом Верховного главнокомандующего получил наименование Таллинского Эстонского стрелкового корпуса. Его бойцы, к слову, успели очень