Запутанный мозг. Путеводитель по нейропсихологии - Ники Хейз

Исследователи также установили, что сновидения часто влекут за собой вспышки высокочастотной активности в самых различных частях мозга. В ходе опросов участников будили во время сна и просили рассказать свои сновидения. В результате они обнаружили, что пики активности ассоциируются со специфическими сновидениями. Сны, связанные с мыслительным процессом, обычно вызывают активность мозга во фронтальных регионах, тогда как сны, связанные с перцептивным опытом, обычно привлекают к участию области в задней части мозга – во многом так же, как это происходит под действием того же опыта в состоянии бодрствования. Более того, они открыли, что те сновидения, в которых спящий видит лица других людей, вызывают активность в веретенообразной области мозга (см. главу 6), а те, где действия сопровождаются речевой деятельностью, вызывают активность в области Вернике и вокруг нее. По-видимому, то, что мы переживаем во сне, реально отражает переживаемое нами в состоянии бодрствования – по крайней мере, на уровне мозга.

Если это так, то почему же мы не разыгрываем наши сны и не претворяем их в действие? Да потому, что сон «обуздывается» древней частью нашего мозга – варолиевым мостом. Когда мы спим, варолиев мост выделяет нейротрансмиттеры, подавляющие наши двигательные нейроны, т. е. нервные клетки, передающие послания от мозга к мышцам, а без них мы не можем двигать своими конечностями. Это означает, что, пока мы спим, тело находится в своего рода параличе, хотя мозг при этом продолжает работать. Когда же мы просыпаемся, в действие вступают другие нейротрансмиттеры, которые активируют двигательные нейроны, и в результате мы опять можем двигать руками и ногами. В особо редких случаях спящие пробуждаются еще до того, как этот процесс вступил в действие, и обнаруживают себя в состоянии временного паралича, что их очень пугает. С лунатиками же все происходит как раз наоборот: они претворяют свои сны (или их часть) в реальные действия, поскольку их двигательные нейроны не подавляются.

Психоактивные препараты и сознание

Сон не единственная метаморфоза сознания, доступная нашему восприятию и опыту. Существуют, кроме того, различные препараты, которые тоже способны воздействовать на сознание и изменять его, и, насколько нам известно, эти препараты используются с этой целью практически во всех человеческих обществах. Так, на Западе таким препаратом, меняющим сознание и широко используемым в социуме, является алкоголь; в других обществах также распространены марихуана или кока – наркотические средства, известные своим воздействием на сознание и также до некоторой степени меняющие его. Помимо них, есть, разумеется, и многие другие препараты: одни добывают из растений или грибов и традиционно используют в специальных церемониях или священных ритуалах, другие создают искусственным путем в химических лабораториях, и большинство из них запрещены к распространению в западных обществах.

Подобные препараты не воздействуют на какую-то отдельную область или зону мозга, а меняют баланс нейротрансмиттеров в мозге в процессе передачи сообщений от одной нервной клетки к другой. Как уже говорилось в главе 2, каждое соединение между нервными клетками реагирует на определенный нейространсмиттер, а группы нейронов, реагирующих на определенные вещества, формируют в мозге и вокруг него нейронные проводящие пути. Некоторые из них (например, тракт удовольствия, о котором говорилось в главе 8) хорошо нами изучены и вполне понятны, тогда как другие, особенно те, на которые влияют специфические препараты, обозначены менее четко и потому понятны нам не до конца.

Под действием описанных препаратов баланс нейротрансмиттеров в мозге нарушается различным образом. Одни препараты снижают уровень эффективности нейротрансмиттеров, «подключаясь» к нервным рецепторам: тем самым они блокируют нормальные нейротрансмиттеры, препятствуя передаче электрического импульса от нервных клеток. Никотин действует именно подобным образом: он «оседает» на рецепторах ацетилхолина в мышцах – тех рецепторах, которые обычно принимают от мозга сигналы к действию. Блокировка этих рецепторов приводит к тому, что человек становится вялым, инертным и не склонным к какому-либо движению. Никотин обычно попадает в организм во время курения, и содержащаяся в нем окись углерода препятствует доступу кислорода в легкие, из-за чего человек испытывает недостаток энергии. Эти два фактора, действуя заодно, влияют на мозг таким образом, что он интерпретирует создаваемый ими наркотический эффект как сходный с релаксацией. Но это нервное состояние совсем не то же самое, что релаксация; оно отличается от релаксации, а кроме того, оно изменяет сознание, вводя его в несколько иное состояние.

Другие измененные состояния сознания достигаются за счет препаратов, очень сходных с природными нейротрансмиттерами. Они не тормозят нейронную активность, а, наоборот, стимулируют ее, как это делают природные нейротрансмиттеры. Марихуана и опиоиды (героин, морфин и пр.) действуют именно таким образом. Марихуана, например, по структуре очень напоминает такое химическое вещество мозга, как анадамид, поэтому и оседает на тех же рецепторах, воздействуя на болевые и перцептивные проводящие пути мозга. Препарат, извлекаемый из конопли, сегодня широко используется для лечения ВИЧ, множественного склероза и облегчения хронической боли, а также для ослабления воздействия химиотерапии у больных раком, проходящих курс лечения. Однако использование этого препарата в медицинских целях наталкивается на ряд серьезных препятствий, поскольку конопля, несмотря на то что производный от нее наркотик считается легким, во многих странах запрещена законом. Те потребители, которые балуются этим наркотиком сравнительно недолго, испытывают под его воздействием лишь чувство диссоциации (расщепления личности) и перцептивного искажения. Однако есть немало доказательств того, что при длительном использовании он приводит к тяжелой депрессии, связанной, вероятно, с инерцией, типичной для наркопотребителей.

Такие опиоиды, как морфин и героин, тоже усваиваются нейротрансмиттерами и тоже стимулируют соответствующие нейроны примерно так же, как это делают «природные» нейротрансмиттеры, а именно эндорфины и энкефалины, которые мы вырабатываем при энергичных упражнениях вроде гимнастики, при травмах или когда оказываемся в ситуации «бей или беги» (см. главу 12). Они ослабляют чувство физической боли, позволяя организму перенести потенциально сильные болевые увечья или преодолеть боль в суставах, вызываемую напряженными упражнениями. С этой целью они создают чувство эйфории, или «плывущего сознания», чем и объясняется тот факт, что люди, особенно после интенсивных упражнений, часто чувствуют себя на седьмом небе. Опиаты имитируют это состояние, создавая похожее чувство, но, будучи препаратами синтетическими, они обладают побочными эффектами и могут легко привести к зависимости. Некоторые утверждают, что активная гимнастика тоже (и по той же самой причине) может приводить к зависимости, и это действительно так. Но, как правило, мы привыкли рассматривать подобную зависимость скорее как привычку и считаем ее скорее полезной, чем вредной для человека.

После того как нейротрансмиттер выпущен в синаптическое пространство для передачи электрохимического импульса от одного нейрона другому, он снова поглощается нервной клеткой, так что