Бывший муж – мое проклятье - Леди Дарк

Я бросаю на него взгляд, полный ненависти, слыша, как сердце стучит в такт нарастающему гневу. Он делает вид, что не замечает меня, не видит. Но я словно подсознательно чувствую его убийственный взгляд, который давит на меня.

— Я? Я отдыхала! Если ты не заметил. И тебя это никакого черта не касается! — злюсь я, не до конца соображая на что конкретно. Он просто меня раздражает. И бесит. И выводит. И… Он просто подлец, козел, изменщик и предатель!

Я его просто, честно, ненавижу.

Машина гудит. Скорость не убавляется. Я вжимаюсь в пассажирское кресло, случайно вспоминая, как в прошлый раз, при нашей совместной поездки, мы чуть не улетели за обрыв, — упоминание которого у меня все еще вызывает ужас.

— Ох, я заметил, как ты отдыхала! У тебя блять вообще нет мозгов?! Ты хоть чем-нибудь подумала, когда шла с этим придурком??!

Карстен резко воззрился на меня, а я замолчала, испугано отпустив глаза вниз, какого-то хрена почувствовав укор совести. Внутри все сжалось.

Свист ветра, бьющего в окно, его не пугает, не волнует, в отличие от меня.

— Как ты нашел меня? — полушепотом спросила я, исподтишка взглянув на мужскую фигуру.

В этот момент я пыталась даже не дышать, думая, что этот факт его сейчас раздражает не меньше как сама я.

Карстен молчал. Долго. Из-за чего я все же осмелилась поднять голову и взглянуть на него. Но теперь, встретиться со мной взглядами, казалось боялся он.

Мой спаситель не хотел мне отвечать. Я это видела и чувствовала. То, как он поджимал губы и хмурился, говорило мне только о том, что он злится. На что-то или на кого-то.

— Позвонил Оливер. — Сказал Карстен мне чересчур в спокойной манере, что мне слабо верится в это.

— Что? — я смеюсь, но этот смех скорее моя защитная реакция, нежели искреннее веселье...

— Ты бы хотя бы интересовалась, где твой женишок, и чем он занят перед тем как уходить веселиться, отправляя одно сообщение «я в клуб». — Карстен горько усмехнулся, раздраженно дернув плечами, поборов желание всплеснуть руками.

Он рассердился еще сильнее.

От нахлынувшего возмущения несильно кружит голову. Я открываю рот, мечтая ответить ему тем же колким заявлением, повергшим его после в не меньший шок, — и тут же его закрываю, без понятия, что могу сказать.

Он ведь прав.

— Ты шутишь…

Я перевела взгляд на Карстена, почувствовав, что мы снова разгоняемся.

Если он снова хочет убить нас, то на этот раз — я согласна.

— Позвони. Проверь. — Фыркает он, неоднозначно пожимая плечами. — Или для начала проверь телефон.

Его голос жесткий, серьезный, точно не такой, когда пытаются подшутить.

Я тут же подрываюсь с места, начиная ворошить сумочку на плече, как ненормальная, и дрожащими пальцами вытаскиваю телефон, что загорается сразу, как только я беру его в руки…

+ 1 уведомление. Оливер.

+ 3 уведомления. Оливер.

Звонок. Оливер.

Звонок. Оливер.

Звонок. Оливер.

+ 9 уведомлений. Оливер.

Звонок. Оливер.

+ 1 уведомление. Оливер.

+ 1 уведомление. Оливер.

Звонок. Карстен.

Звонок. Оливер.

Звонок. Оливер…

— Ты звонил мне? — одними губами произношу я, подняв на него свой ошеломленный взгляд.

В груди несколько раз что-то щелкнуло, а под подушечками пальцев, прижавших к телефону, запекло.

— Да. Звонил. — Серьезно отвечает он, не отрывая взгляда от дороги. — Но ты не ответила.

Я просто проглотила язык.

Просто потеряла дар речи.

Мой чертов номер, который он должен был удалить еще давным давно, вдруг, все еще находится у него в телефоне. Не могу поверить. Мы же не договаривались оставаться друзьями после развода, и он имел полное право вычеркнуть меня насовсем из своей жизни и телефонной книжки, как только все документы и доказательства нашей нелюбви были на руках...Зачем он его оставил?

Я оставила, потому что, по крайне мере, на это у меня была причина: я его любила. И ждала.

А он?

— Останови машину. — Говорю я слишком неожиданно, вглядываясь в пугающее звездное небо над нами, которое мне почему-то предвещает только о плохом.

Но мое желание не слышат.

Или нарочно делают вид, что не слышат.

— Останови машину, Карстен. — Я особенно акцентирую на его имени, пытаясь хоть как-то привлечь его внимание к своим словам. — Я повторяю: останови машину!

Ничего не происходит и не меняется. Меня в который раз намеренно игнорируют.

— Останови эту гребанную машину! — кричу я, надрывая голосовые связки.

В голове туман. Перед глазами пелена, а к горлу накатывает ком. Хочется все остановить, пока не поздно.

Но, что останавливать? Я уже попала в эту ловушку, и выхода нет.

Мимо нас проносятся машины, вокруг неизвестные мне дома и улицы, фонари — я понимаю, что эта дорога мне неизвестна, и я подсознательно уже знала, что мы точно едем не домой.

Все было против меня и моей воли. Мне не оставалось ничего, кроме как самой взять и выхватить у него из рук руль. Взять самой все под контроль... Но я не была в этом уверена.

— Твою мать!

Карстен крепко сжимает мое запястье, словно в тисках, так сильно, что под его пальцами я чувствую пульс. Он жестко отталкивает меня в другой конец, чтобы я не смогла дотянуться до руля, и единственное, что я вижу после — это то, как на нас стремительно, со скоростью света, несется другой автомобиль с воем сигнализации.

Я зажмуриваю глаза, как в детстве, когда было страшно, чуть ли не до крови прикусываю нижнюю губу. Осознание того, что я натворила приходит ко мне уже слишком поздно. Я просто идиотка!

— Ты идиотка! — в эту же секунду, прочитав все мои мысли, я слышу знакомый голос у себя под ухом, и медленно, боязливо, открываю глаза.

Машину качает из стороны в сторону. Нас ведет влево. Прямо навстречку. А впереди машины. И их оказывается несколько.

Я смотрю на белый свет от фар от них, не моргая и не двигаясь от беспомощности, и снова чувствую эти странные ощущения, как перед тем, что вытворил Карстен.

Гудок. Свист. И мы летим в какую-то глушь.

Темно. Страшно. У машины как будто нет тормозов. Мы несемся дальше. А затем в небе видеться свет — луна и уличные фонари.

Я смотрю по сторонам, и понимаю одно: мы живы.

Наступает час тишины. Никому нет дела, что-то говорить.

Карстен бьет по тормозам, как только мы заезжаем в какой-то безлюдный микрорайон. Я бы точно улетела вперед, впечатавшись лбом в лобовое стекло, если бы он