Золотая легенда. Жития святых - Иаков Ворагинский

дар духа пророчества. Он собрал и заключил в объятия веры множество людей, что ясно из того, что Варнава был послан в Антиохию. Мы находим эти четыре упоминания о нем в Деяниях апостолов: «Ибо он был муж добрый и исполненный Духа Святаго и веры. И приложилось довольно народа к Господу» (Деян. 11: 24).

Во-первых, он был муж, то есть мужественный и обладавший мужской силой, во-вторых, он был добр, в-третьих, он был человек веры. Его страсти описаны его двоюродным братом Иоанном, называемым Марком. Считается, что Беда перевел жизнеописание Варнавы с греческого на латынь.

Варнава был левитом, рожденным на Кипре, и одним из семидесяти двух учеников Господа, выделяемым в Деяниях апостолов за свои горячие молитвы по многим случаям. Он был собран и всегда соблюдал порядок — как в отношении себя, так и в отношении Бога и ближних.

Во-первых, был он аккуратен к себе в отношении трех потребностей: разума, похоти и гнева. Его потребность в разумном была пробуждена светом знания; так мы читаем в Деяниях: «В Антиохии, в тамошней церкви были некоторые пророки и учители: Варнава и Симеон…» (Деян. 13: 1). Плотские же его потребности не имели и тени земной привязанности: «Так Иосия, прозванный от Апостолов Варнавою… у которого была своя земля, продав ее, принес деньги и положил к ногам апостолов» (Деян. 4: 36–37). Пояснение гласит: «Он являет нам, что мы должны освободиться от того, чего не хотим касаться, и, кладя свои деньги к ногам апостолов, он учит нас, что золото — вещь, достойная лишь попрания ногами».

Его вспыльчивость уравновешивалась удивительной прямотой, и это позволяло ему мужественно выполнять самые тяжкие поручения, не сдаваться в делах, которые требовали телесной выносливости, и быть терпеливым в страданиях и бедствиях. Его стремление браться за самые трудные дела особенно заметно в том, как он принял на себя миссию обратить в веру огромный город Антиохию. Также это стремление отражено в Деяниях, где мы читаем о том, что, когда после своего обращения Павел[315] отправился в Иерусалим и захотел присоединиться к апостолам, те разбегались от него, словно овцы от волка, и только Варнава имел мужество подойти к нему и привести его к ним (Деян. 9: 26–27).

Его решительность всегда присутствовала и там, где требовалась телесная выносливость, ибо он умертвил свое тело, подчиняя его посту; так мы читаем в Деяниях о Варнаве и некоторых других: «они служили Господу и постились» (Деян. 13: 2). Варнаву и Павла другие апостолы называют «человеками, предавшими души свои за имя Господа нашего Иисуса Христа» (Деян. 15: 26).

Во-вторых, был он почтителен в общении своем с Богом, ибо считался с Его властью, Его величием и добротой. То, что он считался с Его властью, видно из того факта, что он не просто принимал на себя обязанность проповедника, но желал получить благословение на труды от Бога, как то видно из Деяний: «Дух Святый сказал: отделите Мне Варнаву и Савла на дело, к которому Я призвал их» (Деян. 13: 2). То, что он считался с величием Бога, также видно из Деяний: когда некие люди захотели наделить его Божественным величием и приносить ему жертвы как богу, «называли Варнаву Зевсом, а Павла Ермием[316], потому что он начальствовал в слове». Варнава и Павел тотчас разодрали свои одежды и вскричали: «Мужи! Что вы это делаете? И мы — подобные вам человеки, и благовествует вам, чтобы вы обратились от сих ложных к Богу Живому…» (Деян. 14: 12–15).

То, что он считался с добротой Господа, тоже видно по написанному в Деяниях. «Некоторые, пришедшие из Иудеи» вознамерились ограничить и уменьшить безграничность Божией милости (по которой, а вовсе не по Закону, все мы спасены и свободны), уверяя, что «если не обрежетесь по обряду Моисееву, не можете спастись» (Деян. 15: 1). Павел и Варнава твердо противостояли им и показали, что Божия доброта и милость самодостаточны без всякого Закона. Потом они советовались по этому вопросу с другими апостолами и призвали их написать письма церквам, опровергая ту ересь.

В-третьих, Варнава был почтителен и в своих отношениях с близкими, ибо питал свою паству словом, добрыми делами и примером. Словом, ибо прилежно проповедовал Евангелие, как мы читаем в Деяниях: «Павел же и Варнава жили в Антиохии, уча и благовествуя вместе с другими многими слово Господне» (Деян. 15: 35). Плоды его прилежания видны также в несметном числе обращенных в Антиохии, и именно там ученики впервые были названы христианами.

Питал он свою паству и примером, ибо жизнь его была для всякого зеркалом и образцом святости. Во всех делах своих он был энергичен и отважен, муж набожности и муж действия. Был он заметен нравственной стойкостью, обилием благодати Святого Духа, выдавался своей преданностью и подвизался во всех видах добродетели. Эти четыре качества подтверждены и Деяниями: «И поручили Варнаве идти в Антиохию. Он, прибыв и увидев благодать Божию, возрадовался и убеждал всех держаться Господа искренним сердцем; ибо он был муж добрый и исполненный Духа Святого и веры» (Деян. 11: 22–24).

Питал он свою паству своими добрыми делами двояко, ибо есть два сорта добрых дел — дела милосердия временного, состоящего в удовлетворении сиюминутных нужд, и милосердия духовного, состоящего в прощении обид. Варнава оказывал первое, когда давал милостыню братьям в Иерусалиме. Мы читаем в Деяниях, что во времена правления Клавдия, как и предсказывал Агав, начался голод, и «тогда ученики положили, каждый по достатку своему, послать пособие братьям, живущим в Иудее, что и сделали, послав собранное к пресвитерам чрез Варнаву и Савла» (Деян. 11: 28–30).

Исполнял он духовный труд милосердия и тогда, когда простил Иоанна по прозвищу Марк и ту обиду, что последний нанес ему. Ибо когда этот ученик оставил Варнаву и Павла, а потом вернулся и покаялся в содеянном, Варнава простил его и снова взял в ученики, тогда как Павел отказался, и это послужило причиной разлада между двумя апостолами. Каждый из них действовал по доброму разумению и с похвальными намерениями: Варнава вернул Иоанна Марка по своей мягкой прощающей природе, а Павел отказался простить его по своей страсти к твердости. Пояснение к Деяниям (15: 38) гласит: «Поскольку Иоанн Марк, будучи на переднем крае битвы, показал себя прохладным, Павел отказался от него, полагая, что такой пример может иметь дурное влияние на остальных». Но разлад между Варнавой и Павлом произошел не из-за их обиды друг на друга. Он был внушен им