Олимпиец. Том VI - Артур Осколков

— Богиня я…

— Просто Афродита, — отмахнулась девушка. — Политесы оставь смертным. Ты же бог. Не удивляйся так, Адриан, кому как не богине любви увидеть в тебе черты Персефоны с Аидом. Или уже я не права?

— Гм. Ну да.

Я беспомощно почесал голову, покосившись на замершего в углу Аида, который все еще колдовал над женой. Меня раскусили. Точнее, раскусили первый слой. Этак эта чертовка сейчас узнает, что я из другого мира. С ней уже ничего не понятно, кроме того, что издалека красивая и фривольная богиня на деле обладала острым умом и не самым плохим чувством юмора. Впрочем, чего я еще ожидал? Будто Арес выбрал себе в спутницы кого-то другого.

— С твоей матерью все будет в порядке, Адриан, — не совсем верно интерпретировала мое молчание Афродита. — Как и с Марсом. Деметра совершила ошибку, когда забрала его вместе со мной. Она хотела контролировать через него меня, угрозами и посулами принуждая к содействию.

— Я так понимаю, что у нее получилось, — заметил я.

— К моему стыду. Да. Старуха всегда умела отыскать слабость и знать, как на нее надавить. Мне пришлось согласиться.

— То есть сумасшествие в городе твоих рук дело, — осознал я. — И те амулеты…

— Мои. Но давай сменим тему. Эта мне неприятна.

«Поня-я-ятно» — протянул я про себя, когда новый кусочек пазла встал на свое место. Тогда все логично, под влиянием амулетов у местных сносило крышу от радости и любви к этому месту. И как я сразу не догадался, что кто-то вроде Деметры не способен провернуть что-то такое. С ее амулетами у людей развился бы дурной характер и ранний артрит.

— Деметра использовала Марса, чтобы привлекать беженцев, — продолжила Афродита, внимательно наблюдая, как фигурка в доспехах подходит к городским воротам. — Это было логично, как-никак, Спарта его город, а да и сам Марс, хоть он и отказывается это признать, фигура весьма вдохновляющая. Во время опасности он приносит людям надежду.

«Бог войны, ну да» — кивнул я.

Афродита улыбнулась, словно прочитала мои мысли.

— Вот только это привело к интересному результату. Для всей Греции, нет всей Империи, Марс стал символом. Последний бог, что не бросил страну. Создал гавань для угнетенных, защищал и боролся с врагом наравне с людьми. Догадываешься, что сделали люди?

По спине пробежал холодок.

— Начали молиться.

— Верно, — рассмеялась Афродита. — Сами не зная того, Деметра создала мессию, спасителя, которому поклонялись миллионы. Там, где раньше Марс получал полноводную реку, возник океан.

Я выдохнул. Это… многое меняло. Возможно, у нас появился шанс. Но я все же спросил.

— А этого точно достаточно? Я все понимаю, конечно, но за два года много не наберешь.

Афродита сделала глубокий вдох, будто пытаясь подавить подступающие эмоции, и продолжила тише, с горькой усмешкой:

— Пожалуй нет. Но на одного самоуверенного титана его хватит.

Я понял, что за этой показной уверенностью скрывается тревога женщины, отправившей близкого человека в опасную битву. Как делала уже не раз.

— Он справится, — уверенно сказал я. — Это ж Арес.

Афродита коротко улыбнулась, ничего не ответив. Её глаза всё ещё следили за удаляющейся фигуркой.

Внезапно позади нас раздались тяжелые шаги, и я обернулся. К нам приближался Аид, неся на руках бессознательную Персефону. Жуткая картина — великий бог подземного царства выглядел разбитым, уязвимым, и в то же время каким-то странно человечным. Он заметил мой безмолвный вопрос, устало кивнул и тихо сказал:

— Она поправится. Со временем. Но ей нужен покой Подземного Царства.

Затем он обратился к Афродите, вопросительно глядя на неё. Голос его был почти просительным, лишённым былой властности:

— Племянница, у тебя хватит сил открыть для нас проход? После того, что со мной сделал отец… Я сам не смогу.

Богиня на миг нахмурилась, но затем на её лице появилась понятливая улыбка:

— На десяток порталов у меня хватит сил. Это самое малое, что я могу сделать.

И тут меня внезапно осенило.

— Подождите! Стоп. Стоп, — резко выпалил я и схватил рацию. — Элай! Элай, ты ещё на связи?

— Слушаю, Адриан, — голос прозвучал удивленно и встревоженно.

— Мне срочно нужно связаться с Ликой в Афинах, — заговорил я быстро, возбуждённо, не позволяя себя перебить. — Ты можешь это организовать?

— Э-э-э. Чего⁈ Братец, ты спятил⁈ Как я это сделаю? Между нами сотни километров, а у тебя рация, а не телефон!

— Чёрт возьми, придумай что-нибудь! — рявкнул я, чувствуя, как нетерпение сменяется раздражением. — У вас же там сыновья Гефеста! Используйте их как генератор, устройте какую-нибудь ретрансляцию! Хоть палки им в бошки повтыкай, мне наплевать. Просто сделай.

На другом конце повисла пауза, потом Элай вздохнул и неохотно согласился:

— Ладно, я попробую что-нибудь придумать. Дай мне пару минут.

Я выдохнул и убрал рацию, подняв глаза на Аида. Тот приподнял бровь, очевидно удивлённый моим внезапным порывом.

— Что-то задумал? — спросил он.

— Да, — ответил я, ощущая, как в груди начинает разгораться надежда. — У меня есть идея.

Аид нахмурился еще сильнее.

— Сейчас не время. Я должен доставить Персефону домой. Срочно.

— Ты же сказал…

— Я знаю, что я сказал! — словно раненый зверь, проревел Аид. — Прочь с моей дороги, сопляк.

Я взглянул на беспомощное тельце матери на его руках и снова почувствовав, как внутри что-то сжалось. Потому следующие слова вырвались с большим трудом.

— Нет. Сперва выслушай.

— Адриан, послушай, — вмешалась Афродита. — Еще на десяток порталов моих сил хватит…

— И потому мы должны их беречь!

— Беречь⁈ — Аид окончательно рассвирепел. — Как ты смеешь⁈ Ты… Ты. Ты говорил, что ради близких людей готов на все. Что Персефона…

— Я знаю! — рявкнул я, похлеще его. — Черт побери, я знаю! Думаешь, у меня самого при ее виде все внутри не выворачивается⁈ Думаешь, мне плевать⁈ Я знаю, что ей нужна помощь и как можно скорее. Но я также знаю, что если ты сейчас уйдешь, то обратно уже не вернешься. Будешь сидеть у ее кровати, пока она не поправится. А мне НУЖНО, чтобы ты меня услышал.

Мы бодались взглядами добрые полминуты. Наконец, он сдался. Признал, что я прав. Но следующие его слова били, словно хлысты.

— Ты помнишь наш разговор в машине? Помнишь свое обещание⁈

«Из-за тебя страдают близкие тебе люди. Близкие мне люди. И как только война закончится, когда угроза Кроноса уйдет на второй план, я хочу, чтобы ты исчез. Из этой страны, из этого мира. Оставил меня и мою