Джордж Харрисон. Битл поневоле - Филип Норман

просьбами о помощи; Пол в серии рекламных объявлений в национальной прессе обещал, что ничто “не будет просто выброшено в мусорную корзину”. Оно и не было выброшено: все эти материалы свалили в так называемую “черную комнату” рядом с отделом пиара и рекламы Дерека Тейлора, где у них было не больше шансов на то, что их сочувственно и внимательно просеют, чем у радиоактивных отходов.

Тейлор, который в глазах всех мировых СМИ олицетворял Apple и ее открытость, восседал в плетеном кресле с огромной спинкой в форме раковины и щедрой рукой угощал посетителей – не забывая и себя – скотчем с колой и сигаретами Benson & Hedges Gold. Кабинет граничил с кухней, на которой работали две молодые женщины, закончившие парижскую кулинарную школу Cordon Bleu; впрочем, битлы, заказывавшие на кухне какой-нибудь перекус – в том числе Джордж с его неизменными бутербродами с сыром и огурцом – редко давали им возможность проявить свое мастерство.

Среди обширного штата Тейлора имелся кудрявый юный американец, мальчик на побегушках, которого Дерек называл “домашним хиппи”; в течение нескольких месяцев загадочный персонаж по кличке Коренастый при полном попустительстве пресс-атташе восседал на картотечном шкафу и весь день малевал на изысканной фирменной бумаге Apple нескончаемые изображения гениталий.

Тейлор был последней инстанцией для всех, кто надеялся достучаться до Apple Foundation for the Arts. Он всегда выслушивал посетителей, какими бы нелепыми они ни казались и сколько бы раз ни рассказывали одну и ту же историю. Жужжал его настольный интерком, и женский голос с первого этажа сообщал: “Дерек, в приемной – Адольф Гитлер”. – “О Боже, опять этот придурок, – вздыхал Тейлор. – Ладно, пропустите его наверх”.

Наркотики все еще циркулировали среди директоров компании и их заместителей так же свободно, как всегда, несмотря на недавний арест Джона и Йоко и наличие большого полицейского участка чуть дальше по Сэвил-Роу. При малейшем намеке на появление фигур в чем-то темно-синем и явно не сшитом на заказ, секретарша пресс-офиса была натаскана быстро собрать разнообразные вещества и смыть их в унитаз.

“Иногда приезжал Джордж и приходил в бешенство от того, сколько неизвестных там просто валяются пьяными и живут за счет компании”, – вспоминал Джон. Однако самый впечатляющий случай с гостями, которые валяются и живут за счет компании, был спровоцирован самим Джорджем или, точнее, его добродушием, в котором он пребывал во время недавней поездки в Америку. Позже он смутно припоминал, что кто-то в Нью-Йорке выразил желание навестить его в Лондоне, и он согласился. Потом он совершенно выкинул это из головы, пока за неделю до Рождества аэропорт Хитроу не уведомил Apple, что в аэропорту находятся семнадцать мотоциклов Harley-Davidson, доставку которых на самолете из Штатов вроде бы должны оплатить Beatles.

Оказалось, что он нечаянно пригласил целый отряд калифорнийских “Ангелов ада” остановиться на Сэвил-Роу по дороге в Чехословакию, куда они ехали “разобраться с политической ситуацией”, возникшей между Советским Союзом и чешским молодежным демократическим движением, которое СССР жестоко подавил прошлым летом. Поскольку было уже слишком поздно разворачивать байкеров, Джордж спешно разослал сотрудникам Apple предупреждение: “Продолжайте просто делать то, что вы обычно делаете, но постарайтесь вести себя с ними любезно. И не раздражайте их, потому что они могут вас убить”.

Банду возглавляли два одинаково огромных устрашающих типа, которых звали Фриско Пит и Билли Перекати-поле. Тут же выяснилось, что это не просто краткий светский визит мимоходом: байкеры рассчитывают, что весь отряд сможет разместиться в штаб-квартире Apple на все время своего пребывания в Лондоне. Припарковав своих сверкающих “кабанов” на Сэвил-Роу под одинаково восхищенными взглядами клиентов модных ателье и фанатов Beatles, они разбросали свои спальные мешки по все еще недоделанной студии звукозаписи в подвале.

В числе других завсегдатаев дома в то время был писатель Кен Кизи, чьи “Веселые проказники” в свое время вдохновили хаотическое “Волшебное таинственное путешествие” Beatles и которого Apple Book Publishing привезла из Нью-Йорка, выдала ему электрическую пишущую машинку и поручила вести “уличный дневник Лондона”. Сотрудники Apple приходили на работу и обнаруживали Кизи, декламирующего стихи в кабинете того или иного топ-менеджера, а все помещение представляло собой море потрескавшейся черной кожи, утопающее в дыму марихуаны.

Две воспитанные выпускницы школы Cordon Bleu теперь должны были круглосуточно “обслуживать номера” с сексуальными домогательствами в качестве дополнения. На деликатные намеки Дерека Тейлора или Нила Аспиналла, что сейчас вроде как отличный момент, чтобы двигаться дальше в Чехословакию, Фриско Пит и Билли Перекати-поле злобно огрызались, что когда Джордж их приглашал, то ни о каких временны́х ограничениях речи не было.

Незадолго до Рождества компания, примеряя роль школы Apple, устроила вечеринку для детей сотрудников, где Джон и Йоко изображали Санта-Клауса и миссис Клаус, а в качестве главного угощения планировалась 17-килограммовая индейка, гарантированно самая большая в Британии. Джордж на празднике не присутствовал, “потому что знал, что будут проблемы”, и он не ошибся.

“Ангелы ада” вломились на детскую вечеринку как раз в тот момент, когда в комнату торжественно вносили огромную индейку. “Требовалось целых два человека, чтобы донести ее, – вспоминал Нил Аспиналл, – и по пути «ангелы» разодрали индейку на куски. Когда она добралась до стола, от нее уже ничего не осталось”.

Никто не посмел протестовать, кроме журналиста New Musical Express Алана Смита (его жена Мейвис работала в пресс-службе у Дерека Тейлора). Но Фриско Пит одним ударом отшвырнул Смита на колени мистеру и миссис Санта-Клаус, и чай из чашки в руке Джона стекал по его очкам.

Только Джордж мог избавить Apple от этих опасных гостей, что он наконец и сделал с изяществом, поразившим Аспиналла. “Они поговорили, и Джордж сказал: «Есть Инь и есть Ян, есть вход и есть выход, есть верх и есть низ, вы здесь – и вы уходите». И «ангелы» просто ответили «окей» – и ушли”.

Глава 16

“Он так хотел стать духовным существом”

Втечение первых двух лет брака, вспоминает Патти, “Джордж был просто божественным… милым и добрым”, его все обожали – и ее мать, и братья, и сестры. Но все резко изменилось после их паломничества в Ришикеш. Если учение Махариши и дало ему осознание цели в жизни, которого он никогда не находил с Beatles, она чувствовала, что оно также “забрало часть легкости из его души”.

Бесконечные медитации, пение мантр и вращение молитвенного колеса не приносили ему обещанный душевный покой, но лишь делали его угрюмым и раздражительным. “Он так хотел стать духовным существом, но никак не мог достичь уровня, которого желал, – вспоминает Патти, – и ему казалось, что