Безликий - Е. Юань

Ни одному живому смертному не хватило бы слов, чтобы описать природу этого звука. Вены на голове Росаго мгновенно вздулись чудовищными, пульсирующими жгутами, грозя вот-вот лопнуть от невыносимого давления.

Издав сдавленный хрип, убийца рухнул на ковер. Содрогаясь в диких конвульсиях, он катался по полу, пока его кожа дюйм за дюймом с омерзительным треском расползалась, обнажая пульсирующее, кровавое месиво мышц.

В то же самое мгновение Клейн и блондинка с синими глазами, пусть и избежавшие прямого удара голосом Истинного Творца, рухнули как подкошенные, не в силах вынести даже жалких отголосков этой мощи. Истошно вопя, они корчились на полу от такой дикой, выворачивающей наизнанку агонии, словно кто-то медленно и безжалостно вбивал раскаленные железные прутья прямо им в виски.

Их глаза мгновенно налились кровью, а из ноздрей хлынули алые струйки. Они напрочь лишились зрения, окончательно потеряв связь с внешним миром.

Клейн, чьему богатому опыту в подобных пытках можно было лишь позавидовать, вынырнул из этого ада первым. Шатаясь и превозмогая дурноту, он с трудом поднялся на ноги. Взору предстала тошнотворная картина: Росаго в клочья изодрал на себе одежду и сорвал собственную кожу, представ в виде освежеванного, пульсирующего клубка мышц и вен.

Извиваясь на полу и исторгая глухие, надрывные стоны, он до боли напоминал омерзительного кровавого монстра без кожи из древних легенд. Казалось, маг находился в шаге от тотальной, необратимой потери контроля.

Дожидаться финала этой метаморфозы Клейн не собирался. Он прекрасно понимал: если ублюдок каким-то чудом выживет, извлечет из пытки выгоду и переродится в фанатично преданного раба Истинного Творца, то шансов уцелеть не останется уже у самого сыщика.

Да и сам злой бог, судя по всему, пылал к его скромной персоне далеко не теплыми чувствами.

Молниеносно выхватив револьвер и взведя курок, Клейн в два широких шага обогнул кофейный столик. Наклонившись, он впечатал ледяное дуло прямо в освежеванный череп Росаго.

Бах! Бах! Бах! Бах! Бах!

Облаченный в свой длинный черный двубортный сюртук, юноша неотрывно сверлил врага взглядом, методично всаживая в него пулю за пулей. Он хладнокровно смотрел, как голова убийцы жутко раздувается и откидывается назад, пока наконец череп не разлетелся вдребезги, щедро усеяв ковер тошнотворным месивом из багрового, белого и черного.

«Капитан, примите мою искреннюю признательность за ваш прошлый, наглядный урок…» — Клейн бессильно опустил дымящийся револьвер. Жадно глотая ртом воздух, он не смог сдержать блуждающей, вымученной улыбки.

Прямо перед ним обезглавленная туша Росаго пару раз содрогнулась, после чего мешком рухнула замертво, завалившись подле дивана.

Лишь к этому моменту дама в черном готическом дворцовом платье наконец-то перестала истошно вопить. Ее судорожные, беспорядочные метания по полу мало-помалу сошли на нет, однако сама кожа женщины, казалось, приобрела пугающую, почти призрачную прозрачность.

Заметив, что кровавое месиво мышц на растерзанном трупе Росаго всё еще продолжает омерзительно подергиваться, Клейн без малейших колебаний выхватил самодельный «Амулет Упокоения» и пустил его в ход.

Под воздействием умиротворяющей, безмятежной мощи артефакта изувеченные останки наконец застыли в абсолютном покое.

Оценив развернувшуюся картину, юноша мгновенно принял новое решение. Выудив еще один талисман, он глухим, сдавленным шепотом произнес:

— Багрянец!

Следом он влил в металл толику собственной духовности и метнул оберег прямо в свою телохранительницу — в ту самую мертвенно-бледную даму со светло-золотистыми волосами.

По комнате незримой волной прокатилась усыпляющая сила. Женщина, так и не успевшая до конца оправиться от отголосков чудовищного шепота и пребывающая в состоянии крайней слабости, мгновенно обмякла, провалившись в глубокий сон.

Движимый привычной паранойей, Клейн для верности добавил сверху еще один «Амулет Сна», до смерти боясь, что наемница внезапно очнется и сорвет его дальнейшие планы.

В дом номер пятнадцать по улице Минск наконец-то вернулась привычная ночная тишина. На этот раз обошлось без погромов и битой мебели — пострадал разве что ковер, щедро залитый скверной. В конце концов, это трехстороннее столкновение протекало в скрытых, пугающе-незримых мистических сферах.

Бросив тяжелый взгляд сперва на изуродованный труп Росаго, а затем на мирно сопящую телохранительницу, Клейн с горькой, вымученной усмешкой констатировал:

— В богатом опыте игр со смертью всё-таки есть свои плюсы. Как минимум, вырабатывается недурной иммунитет.

Бросаться сломя голову проводить спиритический сеанс он не стал. Юноша прекрасно понимал: душа Росаго насквозь пропитана скверной Истинного Творца, и попытка напрямую связаться с таким духом — чистой воды самоубийство.

Впрочем, это отнюдь не означало, что у сыщика опустились руки. Он вознамерился устроить допрос прямо над серым туманом, прихватив Росаго с собой!

С его нынешним уровнем духовного тела, даже опираясь на мощь медного свистка Азика, он не смог бы сдвинуть с места и простенький портативный фотоаппарат, не говоря уже о тяжеленной туше мертвеца. Вот только спиритический сеанс требовал связи отнюдь не с холодной плотью, а с чужими остатками духовности!

Расставив свечи и молниеносно обустроив алтарь, Клейн привычно воззвал к самому себе, сам же ответил на призыв и в мгновение ока преобразился в специфического эфирного духа.

Перейдя в бесплотную форму, он сразу же вычленил смутные, подернутые дымкой остатки души Росаго. Заодно юноша с немалым удивлением подметил, что состояние его наемной телохранительницы выглядит весьма странно: ее аура оказалась донельзя похожа на его собственную нынешнюю эфирную ипостась, пусть и таила в себе существенные отличия.

Впрочем, тратить драгоценное время на разгадку этой тайны он не стал. Подхватив медный свисток Азика и надежно обволочив остатки духовности убитого мага, Клейн воспарил прямиком в таинственные чертоги над серой мглой.

Оказавшись на месте, он силой мысли воплотил необходимые инструменты, соорудил импровизированный жертвенник и сноровисто приступил к таинству спиритизма.

Прямо в разгар ритуала юношу ждало ошеломительное открытие: отныне ему не требовалось ни к кому взывать с молитвами! Он мог общаться с духами напрямую, словно заправский, истинный «Медиум»!

«Фух… Неужели это и есть мои уникальные права владыки в этом таинственном измерении над серым туманом?» — в голове мелькнула догадка. Отбросив лишние размышления, Клейн размеренно произнес фразу для прорицания:

— Рецепт эликсира для Пути «Провидца».

Глава 251

Улов

— Рецепт эликсира Пути «Провидца».

……

Клейн откинулся на спинку кресла, прибегая к технике «гадания во сне» для проведения спиритического сеанса.

В зыбком, иллюзорном мире, затянутом серой пеленой, внезапно вспыхнул рожок газовой лампы. Неверный свет выхватил из мрака вымощенный каменными плитами пол и письменный стол, на котором покоился свернутый свиток пергамента.

После того как перед мысленным взором друг за другом промелькнули формулы