Развод по-шпионски - Юрий Павлович Валин

всех оборотней обездолите. Скоро сапиенсы что угодно из себя изобразить смогут. А ведь мы тут к эре компьютерных эффектов еще и не приблизились, — Телле горестно покачала полями обвисшей шляпы.

— Со скуки не пропадете. На вас уйма научной работы, — утешил Ква.

— Это верно. Ну и где он⁈ — заныла нервная гардемаринка.

— Давай обратно залезем и посмотрим.

— Нет, я просто переживаю. Мало ли что случиться может. Это же жуткий и зловещий корабль. Там только сегодня двух человек зарезали и невинную девочку утопили. Между прочим, босс, вы детей совершенно не умеете швырять. Меня так закрутило, что аж в животе замутилось.

— Не надо было так растопыриваться. Летела бы себе комочком, как положено.

— То было бы не так эффектно. Люди же, раз уж собрались, должны запомнить этот редкий, уникальный случай. Во! Начал все же увалень.

На палубе снова орали и бегали. Сначала голосили невнятно, потом донеслось визгливое:

— Не трожьте! О, зачем на судьбу сетовать, коль сам себе беды искал, злую судьбину на грудь подгребал⁈ Все одно убьете! Аааааа! Не подходи, не ищи от яйц шерсти!

— Куда ты, дурень⁈

— Ааааааа! — от души выл Фратта, так, что аж уши резало.

Снова застучали шаги по палубе…

— Хорошо выступает, с душой. Это я по теме истерики его инструктировала, — со сдержанной гордостью сказала девчонка.

— Кто же еще? Не отвлекайся, он плавает дурно.

На палубе закричали разноголосо, потом с новой силой взвыл Фратта:

— Лучше сам утоплюсь! Своими руками! В невзгодах испытуеться доблесть, нет, не стану вам жертвой безгласной! Аааааааа!

Донесся изрядный плеск. Кажется, очередной утопленник сиганул слишком близко к баку, чуток промазал. Но сказать про это Ква не успел — девчонка уже исчезла…

Вынырнули эти двое одновременно, девчонка поддерживала друга, тот немо и жадно хватал воздух. Щека расцарапана, приложился-таки к корпусу, когда под килем проныривали. За веревку вцепился намертво, обеими руками.

— Спокойнее, парень, главное, воды не хлебни, — посоветовал Ква. — Нам тут только кашля и не хватало.

Мальчишка судорожно кивал.

— Для первого утопления он был весьма неплох, — намекнула Телле.

— Не спорю. Давай, умник, пробухти чего-нибудь.

— Светильник мужской добродетели ярче сияет в самом темном месте, кое под килем таится. Но превозмоглось! Достоит триумфа не тот, кто стоит руки в карманы замыкав, но тот, кто без устали гребет под волну судьбы! — поведал Фратта. — Ох, извиняюсь, думал в грудах лопнет, если не скажу этакого. Босс, а как вы подманили на подрезание именно боцмана? И как его кольнули? Этого вообще никто не понял. И что у вас с горлом вышло, а? Мне показалось, что вам до позвонков кадык располосовали.

— Ерунда. На мне мигом зарастает. У меня тайный заговор есть.

— Босс, не проканает эта версия, — заметила девчонка. — Заговор от перерезанного горла не может быть произнесен перерезанным горлом, это же откровенный нонсенс.

— Ты очень умная научная сотрудница, — похвалил Ква. — Растолкуй-ка мне, старому пню, откуда наш красавец Фратта знает, что я именно боцмана собирался подманивать?

Мерзавцы переглянулись и Телле поспешно принялась «сращивать концы»:

— Ну, мы это обсуждали. Отвлеченно. Там разные варианты имелись. Гипотетические. И Фратта пришел к закономерному выводу. Вы не смотрите что он лох, так-то соображать умеет…

— Отлично. Вот вы вдвоем и будете соображать и работать. Всё дорогу до места.

— Кстати, босс, а тут вода иная. Иначе пахнет, и соленость меньше, — ловко перевела тему неприятного разговора живо соображающая гардемаринка.

— Это точно?

— Куда уж точнее, у меня обоснованно уникальное чутье классического лабораторного типа. И да, тут возможна иная фауна. Ихтиологическая. Добычливая, — неназойливо намекнула Телле.

— Нас, что ли жрать будут⁈ — проявил похвальную догадливость мальчишка.

— Спокойно! Это лишь гипотеза. Я уж сколько тут болтаюсь, пока никто не покушался, — успокоила мелкая научная специалистка. — Но интересный факт. Чуется что-то этакое, сильное, оно круги вокруг «Ворона» нарезало.

Ква вспомнил как в госпитале смотрел отрывок «Челюстей» — тогда просто позавидовал отличным зубкам рыбы, но.… Впрочем, продержаться осталось немного. Тень корпуса корабля удлинилась, волны стали еще темнее. Вечереет. К тому же на «Вороне» добавили парусов, ход усилился, с точки зрения хищников такая себе добыча… крупноватая. Даже для стурвормов.

— Хватит болтать. И ноги подожмите. Чтоб пятки не блестели.

— Вот за что я вас, босс, бесконечно уважаю, так это за мощь интеллекта и точность выводов! — польстила Телле. — Да не станут нас хватать. Если бы мы кровили, или судорожно колотились, тогда, конечно, аппетит бы нагнали. А так… запахи не особо стираных штанов и философских мыслей хищникам не прельстителен.

— Я немного кровлю, — подумав, объявил Фратта.

— Это еще чего вдруг? — насторожился Ква.

— Сунул нож в сапог, а он немного острый. Не сапог. Ножичек.

— Какой еще ножичек⁈

— Боцманский. Ну, он валялся на палубе, думаю, потеряется без толку, а вещь то…

— Шмондюк! — кратко констатировал Ква.

— Боцман-то? Ого, еще какой шмондючище, таких шмондючил еще поискать… — затараторила Телле. — На задницу мою поглядывал, наверно, надеялся, что за пару ночей мясцо подрастет. И это на такой-то безрыбной диете⁈ Оскорбительно! Разве в девушке зад — главное? У меня же и глаза, и интеллект, и воспитанность. Босс, вы не ругайтесь. Я сейчас гляну что там у Фратта с лапой.

Она нырнула без малейшего всплеска.

— Я просто так сказал. Из честных побуждений, — нервно пояснил мальчишка. — У меня сначала чуток болело, потом уже и нет. Не стоило возни. И что она там разглядит в воде-то?

— Разглядит. А ты — чучело. Ослиное. У тебя своего ножа нет, что ли?

— Так этот-то памятный. Ой, щекотно!

Телле вынырнула:

— Уже не кровит. Это дурачок исключительно для разговора сказанул.

— Так лоханулся, да, скрывать не собираюсь. Я никого подводить не хочу. По обмякшим ушам осла узнают о дурной погоде на завтра, а глупца видят по привычке врать в неуместный момент, — изрек кладбищенский умник.

— Иногда кажется, что вам лет по пять, совсем детятки, — проворчал Ква, перехватывая «буксировочную» веревку отдохнувшей рукой.

— Это у нас юмор такой, — пояснила гардемаринка. — Пойдут свои детишки, а у нас уровень уже точно выставленный, полная коммуникабельность и взаимопонимание.

— А чего,