Роджер Федерер. Долгий путь и прекрасная игра мастера - Кристофер Клэри

Их небольшая свадьба 11 апреля 2009 года в Базеле была настолько засекреченной, что некоторые члены швейцарской команды Кубка Дэвиса не знали, что происходит. За все мои интервью с Федерером он только однажды по-настоящему вспылил. Это было в 2012 году, когда я упомянул дом его семьи недалеко от Ленцерхайде в Швейцарских Альпах.

– Не пиши, где я живу, – отрезал он. – Мне это не нравится.

Позже это место все же стало достоянием общественности, но Федерер, всемирно известная фигура с заслуженной репутацией любезного и воспитанного человека, все больше хотел установить четкие границы. Мирка, когда-то бывшая его пресс-атташе, больше не будет общаться с прессой. Если у журналистов возникали вопросы об их семейной жизни, Федерер отвечал на них сам.

Это определенно затруднило нам жизнь. Супруги теннисистов обычно не так важны для общей картины, как Мирка. Она могла бы много чего осветить и, возможно, развенчать, включая сообщения о ее романе с членом королевской семьи Дубая до встречи с Роджером. Но прежде всего было бы интересно услышать ее мысли о карьере мужа. Она сыграла решающую роль в его прогрессе на корте, а также в создании его бренда.

– Я не его тренер, могу дать ему только совет, – сказала она французскому спортивному изданию L’Équipe в 2005 году в одном из своих последних интервью. – Роджер любит говорить о теннисе. Я знаю саму игру и тактику. Поскольку он умен, он отфильтровывает только самую полезную информацию. Возможно, нас так сильно связывает то, что мы родом из одного мира – из мира тенниса. Я никогда не погоню его за покупками в ночь перед финалом турнира Большого шлема.

Не все шло гладко. Духи Роджера Федерера, в которые они вложили деньги, потерпели фиаско. Их оставили с монограммой RF, которая позже была модифицирована и использовалась с гораздо большим успехом Nike, а теперь и Uniqlo.

– Кепка RF была первой вещью, которую мы продали. Nike делает много кепок, а теннис – очень маленькая часть бизнеса Nike, – делится Майк Накадзима, проработавший в компании тридцать лет. – Мирка гораздо больше влияет на то, что носит Роджер, чем на то, что он делает. Я бы сказал, что она часто подсказывала, что Роджеру нравится, а что не нравится, какой цвет хорошо на нем смотрится, а какой – нет. Но знаете, мы находим себе лучшую половину неспроста. Иногда Роджер мог не произнести: «Мне действительно не нравится то, что вы сделали», и Мирка взяла на себя эту роль.

За эти годы она взвалила на себя немало. 6 мая 2014 года у Федереров родилась вторая пара однояйцевых близнецов (примечательно, что у сестры Роджера Дианы тоже близнецы). На этот раз у Мирки и Роджера родились сыновья – Лео и Ленни. Роджер решил поучаствовать в Открытом чемпионате Италии и Открытом чемпионате Франции. Логистика иногда была сложной, но цель Мирки состояла в том, чтобы превратить дорогу в дом, даже если они снимали автофургон.

Деньги, несомненно, помогают сгладить многие неровности. Частные самолеты, нянечки.

– У нас есть несколько няней, и они не переутомляются, и у нас хорошее настроение, – поделился Федерер.

Когда Шарлен и Мила должны были начать школьное обучение, Федереры наняли аккредитованного учителя, который путешествовал с семьей и учил девочек в гостиничных номерах или других помещениях, преобразованных в класс.

– Это кажется правильным, что мы все можем оставаться вместе, – сказал Федерер в 2015 году. – Мы вместе. Девочкам это нравится, и нам с Миркой нравится быть со своей семьей. Мы с женой и детьми, по сути, видим друг друга каждый божий день, и я думаю, что это важнее, чем отправить детей в обычную школу. Но все может измениться очень быстро.

Федерер не будет гастролировать в течение длительного периода в 2016 году и в 2020 году из-за операций на колене и пандемии коронавируса. (Он также пропустил сезоны грунтовых кортов в 2017 и 2018 годах.)

– Дети быстро ко всему привыкают, девочки спрашивали: «Когда мы снова уезжаем?» – рассказал мне Федерер о своем шестимесячном перерыве 2016 году. – Они были счастливы вернуться в путь. Это было что-то вроде: «Когда мы в следующий раз поедем в Австралию? Или когда мы в следующий раз поедем в Нью-Йорк?» И я отвечаю: «Никуда мы пока не едем».

Но семья продолжала вместе путешествовать по миру, и на этом этапе у Федереров и их детей появились друзья в большинстве мест, где они побывали.

– За те двадцать лет, что я мотался по свету, я узнал много людей; в каждом городе мы кого-то знаем, и мы всегда рады их видеть, – поделился Федерер. – И поэтому каждый наш переезд действительно похож на возвращение домой.

Аннаконе изо всех сил пытается вспомнить, тренировал ли он Федерера без по крайней мере трех-четырех друзей на трибунах.

– Они обедали, проводили вместе несколько дней, болтали, гуляли и занимались тем, чем обычно занимаются приятели, – вспоминает Аннаконе. – И разлука с этими людьми для Роджера стала мотивацией продолжать заниматься теннисом на высоком уровне.

Аннаконе после его опыта с более замкнутым Сампрасом опасался, что Федерер вымотается и устанет от всего этого общения. Он говорил о своих подозрениях Годсику, Люти и в конечном итоге с Федерером.

– Роджер сказал: «Я не думаю, что я на той стадии, когда мне приходится тратить на людей часть своего топлива», – вспоминает Аннаконе. – Достаточно сказать, что я никогда не видел, чтобы Роджер проиграл матч из-за этого, никогда не мог сказать: «Это потому, что к нему приходили друзья». Он невероятно эффективен как в своих эмоциональных процессах, так и в своих тренировках. Кажется, что все, что он делает, подзаряжает его. Социальное взаимодействие восстанавливает его больше, чем топливо машину.

Его дочери даже давали ему несколько советов во время тренировок.

– Однажды они сказали мне, что я должен играть по линиям, – сказал Федерер на Открытом чемпионате Австралии в 2016 году. – Они считают, что так будет лучше. Я подумал: «Хорошо, я попробую».

Они также предложили ему украдкой посмотреть в одну сторону, а затем отбить мяч в другую.

– Я сказал: «Хорошо, это я тоже попробую. Это не так просто, как вы думаете, но я постараюсь», – вспоминает Роджер.

Федерер часто подчеркивает, что путешествия – не бремя для его детей, потому что они пробовали только такой образ жизни.

– Это тяжело для нас, – сказал он о себе и Мирке, – потому что мы волнуемся. На самом деле для детей это легко, потому что мы стараемся сделать это максимально комфортным для них.

Он был не первой звездой своего поколения, которая путешествовала с семьей на буксире. Ллейтон Хьюитт и его жена Бек делали тоже самое со своей дочерью Мией, родившейся в 2005 году, и сыном