Избранное - Муса Мустафович Джалиль

жену земную

Удержать и в небе трудно.

Над землёй её удачно

Нёс по ветру купол белый,

Но не ведаю пока что,

Где моя супруга села…

От жены, душа которой

Парашют напоминает,

Мужу в час семейной ссоры

Очень муторно бывает.

Сентябрь, 1936

Перевод Я. Козловского

Томление

Лепестки цветов срываю,

Устилаю ими путь.

Грусть, тоска о милом

С неизбывной силой

Наполняет мою грудь.

Только вспыхнет луч восхода,

Шаль накину я скорей

И тебя, прекрасный,

Зоренькою ясной

Выйду встретить у дверей.

По лугам промчится ветер,

Травы нежно теребя.

Будет счастья полон

Утра час, в котором

Наконец дождусь тебя.

Сентябрь, 1936

Перевод Г. Шапиро и Н. Ишмухаметова

Первый урок

Мы ведь в школу пришли

Только в этом году,

А до этого мы

Были в детском саду.

Школа новая и

Парты новые в ней,

Первоклашек они

Манят внутрь всё сильней.

В сумке – новый букварь,

Но пока в голове

Знаний нет. Это «А»,

Это «Б», это «В».

Вот и первый успех —

Из букв сложились слова,

Мы потом нараспев

Их прочли по слогам:

Ма-ма

Мы-ла

Ок-но,

Ста-ло чис-тым о-но.

Сын и дочь

По-мог-ли,

Во-ду ей при-нес-ли.

Не заметили мы,

Как раздался звонок,

Интереснейшим был

Первый школьный урок!

1936

Перевод Н. Ишмухаметова

Вороватый котёнок

1

Однажды,

          узнав,

Что у нас из чулана

Куда-то

          бесследно

Пропала сметана,

Тихонько сказал

Своему я котёнку,

Уйдя от чулана

Подальше в сторонку:

– Послушай, – шепнул я, —

В чулане – разбой:

Там – мыши,

И дело теперь – за тобой.

Ты должен, котёнок,

Всех этих мышей

Прогнать из чулана

Как можно скорей.

2

Конечно,

          все мыши,

Едва увидав

Котёнка,

Спасаться помчались

Стремглав:

Забились —

Кто в норы,

Кто в дыры,

Кто в щели

И там,

Еле живы от страха,

Сидели.

А котик мой смелый,

Косясь на сметану,

Неспешно,

Как сторож,

Ходил по чулану…

3

Но утром,

          когда я

За маслом полез

В чулан,

Я увидел,

Что котик – исчез!

А с ним и сметана

Куда-то пропала,

Как будто её

Никогда не бывало…

Ах, котик мой, котик,

Каких же мышей

Пошёл прогонять ты

Из дыр и щелей,

Когда

Ты один лишь

Во всём виноват:

Ведь это

Не мыши,

А ты – вороват!..

Октябрь, 1936

Перевод И. Мазнина

Часы

Динь, динь, динь! Опять с утра

В то же время, что вчера,

Громко бьют часы в квартире:

«В детский сад идти пора!»

Просыпается Марат,

На часы бросает взгляд:

«Опоздал!» Не я, а сон мой

В этом снова виноват.

Говорят часы: «Тук, тук!

Поторапливайся, друг!»

«Обождите! Неужели

Постоять вам недосуг?»

«Тик, так-так! Стоять на месте

Мы не можем: мало чести.

И почаще всякий раз

Ты поглядывай на нас!»

1936

Перевод Я. Козловского

Туча

Лес вдали мне видится могучий,

А за лесом – стая сизых туч.

Друг мой самолёт направил к туче

И вонзился в тучу, словно луч.

Я смотрю, как меркнет всё в округе,

Тучу жду, плывущую ко мне.

Я её спрошу о милом друге:

Как он там летает в вышине?

Туча приближалась, нарастала,

Свежим ветром веяла в лицо,

Опустилась надо мной и стала —

Может быть, мне скажет хоть словцо?

Но не получилось разговора:

Молния сверкнула в синеве,

Грянул гром,

          и тёплый дождик споро

Застучал по листьям, по траве.

Так легко мне, так отрадно стало,

Глянул в небо – надо мной просвет.

Туча расходилась, улетала, —

Видно, то и был её ответ…

Мой товарищ, молнией сверкая,

Пролетает с тучей в сизой мгле,

Свой привет, как тёплый дождик мая,

Посылает ждущим на земле.

Может, небо, потрясая громом,

Хочет показать, как мы сильны,

А дождём, что прошумел над домом,

Напоить хлеба родной страны.

Октябрь, 1936

Перевод Гл. Пагирева

Расставание

(Из цикла «Молодая Испания»)

1

Молодой испанец идёт на фронт,

Дробовик охотничий за плечом.

От волненья слегка запинается он,

На прощанье жене говорит горячо:

– Ты не бойся, что враг силён и жесток!

Нас друзья не покинут в трудные дни!..

Если ж буду я вражьим огнём сражён,

Взяв ружьё, в строю меня замени!..

Молодая испанка сурова, грустна,

Но в глазах прекрасных – не капли слёз,

Это мужество юности боевой

На ресницах горячим свинцом зажглось.

– Ты иди, дорогой, ты иди на фронт,

Примириться с постыдным рабством нельзя!

И, шагая навстречу грозе огневой,

Помни, милый, что рядом с тобою – я!

Хорошо знаем цену свободы мы,

Нашей родине долг отдадим сполна.

Чем рабами быть, на коленях жить,

Лучше стоя умрём! – говорит жена.

Молодая