Уголь в геополитической системе координат: истоки отрасли, тенденции, перспективы - Андрей Сизов

Донецко-Криворожскую советскую республику (ДКСР)[46] (см. рис. 2.17) со своим Советом народных комиссаров во главе с Ф. А. Сергеевым (известным под псевдонимом «Артем»).

Рис. 2.17

Границы УНРС, ОСР, ДКСР в марте 1918 г.

Де-факто ДКСР представляла собой самоуправляемый административно-территориальный субъект[47], политически и экономически связанный с РСФСР. Как и у Советской России, у Донецко-Криворожской республики государственным символом было красное знамя, а денежной единицей – рубль. Руководители ДКСР ввели восьмичасовой рабочий день, ежегодный отпуск для рабочих, а также обязательное среднее образование.

Пожалуй, главное, что отличало два большевистских государственных проекта – это акцент основателей ДКСР на территориально-производственном принципе формирования республики. «По мере укрепления советской власти на местах федерации российских социалистических республик будут строиться не по национальным признакам, а по особенностям экономически хозяйственного быта. Такой самодовлеющей в хозяйственном отношении единицей является Донецкий и Криворожский бассейн. Донецкая республика может стать образцом социалистического хозяйства для других республик», – отмечал один из основателей ДКСР С. Ф. Васильченко[48]. В свою очередь, В. И. Ленин, отстаивавший необходимость формирования республик по национальному признаку, назвал такой подход «империалистическим экономизмом», который компрометировал большевистскую партию.

Примирению, хотя и временному, большевиков Харькова и Петрограда способствовала немецкая интервенция, поддержанная УНР. В ответ СНК ДКСР сформировал Красную армию Донбасса, действовавшую совместно с 5-й армией РККА под командованием К. Е. Ворошилова.

Кроме того, в марте 1918 г. в Екатеринославе была учреждена Украинская советская республика (УСР), куда, наряду с Одесской советской республикой (ОСР) и Украинской народной республикой советов (УНРС), вошла и ДКСР.

Впрочем, по мере освобождения Юга России от интервентов и белогвардейцев возобновлялись и противоречия между идеологами РСФР и ДКСР. Приближению развязки способствовало и состоявшееся в ноябре 1918 г. назначение главой Украинского Реввоенсовета И. В. Сталина, который, как и Ленин, отстаивал необходимость «украинизации» Донбасса, предполагавшей усиление преимущественно мелкокрестьянского населения Малороссии рабочим классом главного угольного региона[49]. Помимо следования идеологическим установкам о «стирании различий между городом и деревней», в таких действиях Ленина и Сталина как основных авторов большевистской национальной политики нельзя не усмотреть стремления с помощью передачи промышленно развитого и потому экономически привлекательного Донбасса удержать Украину, стратегически важную для успешной реализации и территориального расширения советского проекта.

Десятого марта 1919 г. была провозглашена Украинская Советская Социалистическая Республика (УССР). В этот же день Совнарком УССР утвердил «Договор о границах с Российской Социалистической Федеративной Советской Республикой», в соответствии с которым территория вновь образованной республики включала и Донбасс.

Глава 3. Топливо социализма

3.1. Донбасс как главный актив большевиков

3.2. Шахтеры в авангарде индустриализации

3.3. Все для Победы

3.4. «Золотая эпоха» угольной промышленности СССР

3.5. «Угольная опора» народных демократий

3.6. Угольный фактор модернизации КНР

3.1. Донбасс как главный актив большевиков

На полях сражений и в тылу от болезней, голода и нищеты в период с 1917 по 1921 г. погибли около 10 млн человек. Эмигрировали из страны до 2 млн. Число занятых в производстве снизилось более чем на четверть. Объем сельскохозяйственной продукции упал почти вдвое. Спад в промышленности по ряду отраслей достигал 20% по сравнению с показателями 1913 г. По объемам угледобычи Россия вернулась к показателям 1895–1896 гг.[50], что соответствовало 13-му месту в мире (см. рис. 3.1).

Рис. 3.1

Страны мира по объему добычи угля в 1922 г. (млн т)

С другой стороны, именно на уголь советское правительство делало ставку в расчете восстановить полуразрушенную экономику, да еще и в условиях практически полной изоляции, т. е. невозможности привлекать из-за рубежа ресурсы, капиталы и технологии. В апреле 1920 г. на I Всероссийском съезде горнорабочих Ленин поставил задачу обеспечения промышленности углем[51].

Для преодоления трудностей, возникающих на практике, большевики взяли на вооружение свои же теоретические установки, практически тотально используя такие инструменты, как национализация и планирование.

В составе Высшего совета народного хозяйства (ВСНХ) – центрального государственного органа по управлению экономикой – был создан отдел топлива, в августе 1918-го преобразованный в Главный угольный комитет («Главуголь»).

В том же 1918 г. были национализированы предприятия Подмосковного угольного бассейна. В 1919–1921 гг. – шахты Урала и Сибири. В 1920-м после победы над деникинской армией, долгое время контролировавшей значительную часть Юга России, и фактической ликвидации ДКСР, настала и очередь Донбасса. Всего в Донецком бассейне было национализировано около 1500 угольных предприятий, на которых работали свыше 150 тыс. человек. Но многие шахты и рудники были затоплены, разрушены и повреждены[52].

Обследовавшая Донбасс летом 1920 г. комиссия под руководством профессора Б. И. Бокия сочла относительно работоспособными лишь 61% угольных предприятий, добыча на которых упала на 65% по сравнению с показателями 1916 г.[53] По сравнению с довоенным уровнем общее количество шахтеров снизилось в 1920 г. почти на 60%, а производительность труда – на 74%[54].

Чтобы решить проблему нехватки рабочих рук, на смену военной мобилизации пришла трудовая. В том же 1920-м была сформирована Донецкая трудовая армия численностью до 48 тыс. человек, обеспечившая поставку 12% от общенационального объема добычи.

Косвенное, но яркое свидетельство условий, в которых работали донецкие трудармейцы, и той роли, которую они играли в жизни молодого государства, – опубликованное в «Правде» специальное обращение Л. Д. Троцкого к «рабочим всей России и сознательным крестьянам», призывавшее дать пролетариям Донбасса «хлеб, одежду и обувь»[55].

Сложно переоценить и степень взаимного влияния восстановления Донбасса и реализации государственного плана электрификации России (ГОЭЛРО), который предполагал комплексный характер решения энергетической, производственной, транспортной, топливной, продовольственной проблем. Помимо финансирования электроэнергетики (в объеме 1,2 млрд руб.) значительные средства (15,8 млрд руб.) направлялись на восстановление промышленности (включая угольную отрасль) и транспорта.

В соответствии с планом ГОЭЛРО, в угольной отрасли, кроме реконструкции поврежденных средств производства, предусматривалось сооружение до 1935 г. более 50 новых шахт и доведение объема угледобычи до 62,3 млн т.

С переходом страны к новой экономической политике (НЭП) – во многом обусловленным неспособностью прокормить пролетариат исключительно с помощью силового изъятия продовольствия у крестьянства – и в жизни Донбасса на смену голому энтузиазму приходит материальная заинтересованность. Тем более что параллельно большевики провели денежную реформу и ввели твердую валюту – «золотой червонец».

Воспользовавшись нэповскими послаблениями, допускающими существование смешанной (а не только государственной) собственности, работники ряда сравнительно небольших шахт взяли их в аренду, обязавшись (как и арендаторы в других отраслях) сдавать государству 30% полученной продукции. Соответственно, 70% добываемого угля такие шахты могли продавать на внутреннем рынке, распоряжаясь выручкой по своему усмотрению.

Но если в первые годы после Гражданской войны