Не святые небеса: и духом, и телом - Д. Рапира

Едва они переступили порог, массивные двери захлопнулись сами собой.

Тишина комнаты нарушалась их шагами да тихим звоном серебряных колокольчиков, подвешенных к потолочным балкам. Атмосферу наполнял аромат благовоний и свежей выпечки, смешанный с запахом старинных книг.

Оракул проводил Уэну до накрытого различными яствами стола, затем отодвинул стул, помогая сесть.

- Рад вас видеть, Уэна. Перед вами лучшие угощения Офры. Вы, видно, очень устали. Поэтому, не стесняйтесь, попробуйте все, - он улыбнулся, плавно опустившись в кресло напротив.

Уэна оглядела стол.

В центре возвышались хрустальные кубки с искрящимся напитком. Блюд было много, но взгляд выхватывал лишь детали: фрукты, присыпанные мерцающей пыльцой; тонкие ломти мяса с дымком; жареные грибы. Между ними - чаши с густым медом, ореховые пироги и прозрачное желе.

По краям стола лежал темный хлеб - плотный, тяжелый, с треснувшей коркой. А над всем этим возвышался высокий торт с кремовыми завитками.

Уэна смотрела на это изобилие и впервые за все утро почувствовала не голод, а подступающую тошноту. Мир перед глазами словно потускнел.

Она знала, чьими руками было выращено это зерно, собраны грибы, очищены фрукты.

Заметив ее помрачневший вид, Оракул произнес:

- Мне следует отблагодарить вас и других стриафов за усердную работу. Благодаря вам, в королевстве имеется такое изобилие блюд.

- Изобилие блюд? - она устремила взгляд прямо в его глаза. - В Офре - да, но не в самом поселении.

- Я не осведомлен ситуацией в вашем поселении, Уэна. В мои обязанности входит совершенно иное, - он взял в руки чайник и аккуратно наполнил маленькую чашечку. - Я в курсе событий, развернувшихся на очередном дне сбора ресурсов. Для вашего успокоения хочу сказать, что с посланниками Света все в порядке, они не пострадали.

- Не то, чтобы я беспокоилась за них, но благодарю.

От ее колкого ответа, Оракул заулыбался, а после поднес к губам чашечку чая и сделал небольшой глоток.

- Мне импонирует ваша прямолинейность и бойкий нрав. В Офре не все могут похвастаться этими качествами.

- Не сочтите за грубость, но в чем суть моего насильственного визита?

- О, да, - он встал с кресла, подошел к девушке с чайничком в руках.

Уэна, наблюдая за Оракулом, терпеливо ждала пояснений.

- Такое случалось лишь однажды, - эльф наполнил ей чашечку. - Достигнув двадцатилетнего возраста, стриаф оказался магом-псиоником. Он обладал способностью воздействовать на материю силой мысли, - с улыбкой пояснил он, затем вернулся обратно в кресло.

- И что сейчас с этим человеком?

- Он умер. Очень-очень давно.

- Вы считаете, что такой феномен повторился вновь?

- Абсолютно, - медленно кивнул он. - Это редчайшее явление, но все-таки допустимое. Вы, Уэна, являясь по своей природе стриафом, имеете магические способности.

- Подождите, я немного не понимаю, - недоумевающе нахмурилась девушка. - Как я могу иметь их, если отец, мать и все мои родственники были людьми?

- Милое дитя, это не зависит от вашего родства, - Оракул подался вперед, прошептав: - Просто так произошло. Пути Всевышнего неисповедимы.

Уэна отвернула голову, отрешенно остановив взгляд в одной точке.

«Это шутка судьбы? Или Всевышний решил проучить меня за через чур длинный язык? Ненавидя всей душой магов, я оказалась одной из них?!» - она горько зажмурилась.

- Я понимаю ваше состояние, Уэна. Это трудно понять и принять сразу. Но факт остается фактом.

- Если я маг, то какими способностями я обладаю? - тихо спросила она.

- Я рад, что вы заговорили об этом, - Оракул сложил кисти рук, поднеся их к губам. - Вы что-нибудь знаете о магической Академии святого Вильхельма?

- Немного.

- В это место могут принять не каждого двадцатилетнего мага королевства. А только тех, кто обладает по истине выдающимися способностями, королевской кровью или семейным статусом.

- Тогда как это относится ко мне?

- Сегодня вечером состоится ритуал распределения, с завтрашнего дня - занятия. И вы, Уэна, уже зачислены в Академию.

Уэна вытаращила глаза.

Он сказал это так, будто вопрос был решен задолго до ее рождения.

- Ч-что, простите? - шумно выдохнула девушка.

- Это не обсуждается. Вы должны раскрыть и научиться контролировать свою силу.

- Подождите, вы уверены, что я действительно маг?

- Уверен, дитя, - ласково улыбнулся он.

- А мое наказание?

- Вы - первокурсница Академии святого Вильхельма. Ни о каком наказании не может быть и речи.

- Мне нужно связаться с бабушкой! Она волнуется, у нее слабое сердце… - начала тараторить Уэна, вскочив с места.

- Я знал, что вы будете волноваться за нее, - спокойно сказал он, затем взмахнул рукой.

Возле девушки появилось облако, которое рассеялось, показывая голограмму бабушки.

- Уэна? - сквозь слезы проговорила пожилая женщина. - Уэна? Внучка, это ты? Я вижу тебя, родная! Прошу, ответь мне…!

- Бабуль, это я… - как бы Уэна не старалась сдержать слезы, они сами покатились по ее щекам, очерчивая подбородок.

- Милая, что с тобой?! Какое наказание для тебя избрали?

- Бабушка, все х-хорошо. Наказания не будет…

- Я так переживала за тебя, родная! Эррон места себе не находит!

- Бабуль… Я… я буду учиться в Академии, - эти слова дались ей с особенным трудом.

Женщина на секунду застыла на месте, а после улыбнулась и произнесла:

- Главное, что ты жива, девочка моя… Жива.

Дыхание Уэны участилось. Слезы душили.

- Я передам Эррону, что с тобой все хорошо. Милая, как же я рада…

Ее лицо постепенно стало меркнуть.

- Я обязательно свяжусь с тобой позже и все расскажу! - выкрикнула напоследок девушка.

Голограмма исчезла, оставляя лишь золотую пыль, поднимающуюся ввысь.

На мгновение глаза Оракула заслезились, но нацепив маску стойкости, он подошел ближе и сказал:

- Ваши спутники ждут. Они доставят вас прямиком в Академию святого Вильхельма.

Глава 4. Академия

В окошке мелькали лишь ветви деревьев и лучи закатного солнца, просачивающиеся сквозь них.

Экипаж, запряженный парой грифонов, продолжал свой путь. Внутри царила абсолютная тишина.

Изрядно вымотавшийся за день Эзилриб, скрестив руки на груди, дремал, откинувшись на спинку сидения. Гарпия Катарина, бездумно уставилась в одну точку, иногда прикрывая глаза.

В мыслях Уэны колокольным эхом звучали слова Оракула: «Пути Всевышнего неисповедимы...»

«Магия пробудилась на фоне эмоций?» - Эзилриб угукнул сквозь сон, тем самым заставляя Уэну вздрогнуть от неожиданности. - «А что, если, увиденная мной контраксия