Русские заветные сказки - Александр Николаевич Афанасьев

в) Был я доброй молодец, пошёл к синю морю дубище-кореньище рубить. Как отрубил я коренец, он ударил меня посеред яец, так вот и теперь у меня рубец. Пошёл я оттедова по-над* синим морем и зашёл в кузницу.

– Кузнецы, кузнецы, скуйте мне топор, крепок и востёр.

Взял топор и иду по-над рекою, а там прачка: я етую прачку кляпом в срачку, она в воду, я на колоду, высек из пизды лобок и уехал на тот бок!

г) Стоит поп на льду, подпёр хуем бороду. Ебёна мать – дочку ебут на лубочку; лубочек вот гнётся, чёрна пизда трётся-потирается, разъебается. Трах, трах, трах! Ебёт старуху монах, на осиновых дровах – три полена в головах.

д) В пизде черви завелись, немножечко проточили – три кареты проскочили.

Гарнизонной капитан в пизде роту обучал. Сам на секеле* стоял, да и саблею махал, нигде края не достал!

е) Из монастыря боголюбова идут старцы станицами. Впереди идёт сам игумен, ничего он не гунит*. «Состроем же, братия, келью под елью, проторим дорожку из деревни, чтоб молодые бабы ходили, печёные яйца носили, нас, молодцов, кормили!»

ж) Задумал наш дядюшка жениться на сивой кобыле. Стали мы своего дядюшку женити в четыре свахи дубовыя, пята сваха вязовая. С той радости наш дядюшка усрался, кругом говном обклался, домой пришёл – не сказался!

Догадливая хозяйка

Жила-была старуха, у ней была дочь – большая неряха: за что ни возьмётся, всё у ней из рук валится. Пришло время – нашёлся дурак, сосватал её и взял за себя замуж, пожил с нею год и больше и прижил сына. Пришла один раз она к матери в гости, эта ну её угощать да потчевать. А дочь ест да сказывает:

– Ах, матушка! А какой у тебя хлеб скусной, настояще ситный, а у меня такой, что и проглотить не хочется, – настояще кирпич.

– Послушай, дочка! – говорит старуха, – ты верно не хорошо месишь квашню*, оттого у тебя и хлеб не скусен; а ты попробуй квашню вымесить так, чтоб у тебя жопа была мокра! Так и дело будет ладно.

Пришла дочь домой, растворила квашню и начала месить; помесит-помесит, да подымет подол и пощупает, мокра ли жопа, и опять начнёт месить. Часа два так месила, всю жопу выпачкала, а узнать не может, мокра ли у ней жопа или нет. Вот она подняла подол, стала раком и говорит сынишке:

– Подь сюды, посмотри, не видать ли, мокра ли моя жопа или нет?

Мальчик посмотрел и говорит:

– Эге, матушка! У тебя две дырки вместе, да обе в тесте!

Тут она полно месить квашню и спекла с того теста хлебы такие скусные, что если б знали, как она месила, – никто б и в рот не взял!

Старческий стих

Как у Спаса на новом

Архимандрит был новой,

Строители-разорители,

Экономы-пустодумы:

Они рано нас будили,

Понемногу нам пити давали.

Рассердимся мы, братия,

Не пойдём ни к обедни-заутрени,

Ни к тому ли честному молебну!

Будет нас игумен просить,

Будет кланяться!

Выкатят нам, братия,

Бочки дубовые,

Подадут нам, братия,

Ковши железные,

Размахнём, почерпнём,

По компаньи обнесём,

Кому два – кому три,

Мне четыре ковша.

Кабаки возрадуются,

А пьяницы возвеселятся!

Семейные разговоры

Жил-был мужик, у него была жена, дочь да два сына – ещё малые ребята. Раз пошла мать с детьми в баню, посбирала чёрное бельё и начала стирать его, стоя над корытом, а к мальчикам-то повернулась жопой. Вот они смотрят да смеются:

– Эх, Андрюшка! Посмотри-ка, ведь у матушки две пизды.

– Что ты врёшь! Это – одна, да только раздвоилась.

– Ах вы, сопливые черти! – закричала на них мать, – вишь что выдумали!

Пришла баба в избу, легла с дочкою на печь, и стали меж собой разговаривать.

– Ну, дочка, – сказывает мать, – скоро тебя замуж пора отдавать, будешь с мужем жить, а не с нами…

– Коли так, я и замуж не хочу!

– Что ты, что ты, глупая. Да чего тебе бояться? Добрые девки ещё тому радуются.

– Да чего радоваться-то?

– Как чего? Переспишь с мужем первую ночь, променяешь тады и отца с матерью на него, понравится тебе слаще мёду и сахару.

– Отчего же, матушка, так сладко, и где у них эта сладость?

– Ах ты, какая глупая! Вить ты ходила маленькою с отцом в баню-то?

– Ходила, – говорит дочь.

– Ну, видела ты у отца на конце зарубку?

– Видела, матушка!

– Вот это и есть самая сласть!

А дочь говорит:

– Коли бы эдак зарубить зарубок пять, тады б ещё слаще было!

Отец лежал, лежал на полатях*, слушал, слушал, не утерпел и закричал:

– Ах вы, разбойницы! Хуй вам в горло! Про что говорят! Мне для вашей сласти не разрубить своего хуя на мелкие части.

Вот тут девушка гадала да гадала: одного-то хуя мало, а два не влезут; лучше их вместе свить да оба вбить!

Первое знакомство жениха с невестой

У  одного старика был сын, парень взрослый, у другого дочь – девка на поре. И задумали они оженить их.

– Ну, Иванушка, – говорит отец, – я хочу женить тебя на соседской дочери, сойдись-ка с нею да поговори ладнее да поласковее!

– Ну, Машутка, – говорит другой старик, – я хочу отдать тебя за соседнего сына, сойдись-ка с ним да ладнее познакомься!

Вот они сошлись на улице, поздоровались.

– Мне отец велел с тобой, Иванушка, ладнее познакомиться, – говорит девка.

– И мне то ж наказывал мой батька, – говорит парень.

– Как же быть-то? Ты где, Иванушка, спишь?

– В сенцах.

– А я в амбарушке; приходи ночью ко мне, так мы с тобою и поговорим ладнее…

– Ну что ж.

Вот пришёл Иванушка ночью и лег с Машуткою. Она и спрашивает:

– Шёл ты мимо гумна?

– Шёл.

– А что, видел кучу говна?

– Видел.

– Это я насрала.

– Ничего – велика!

– Как же нам с тобою поладить? Надо посмотреть, хорош ли у тебя струмент?

– На, посмотри, – сказал он и развязал гашник*, – я этим богат!

– Да эдакой-то мне велик! Посмотри, какая у меня маленькая!

– Дай я попробую: придётся ли?

И стал пробовать. Хуй у него колом стоит; как махнёт её – ажно из всех сил она закричала:

– Ох, как больно кусается!

– Не бось! Ему места мало, так он и сердится.

– Ну вот, я ведь сказала: для него мало!

– Погоди, будет и просторно.

Как пробрал её всласть, она и говорит:

– Ах, душечка! Да твоим богатством можно денежки доставать!

Покончили и заснули. Проснулась она ночью и ну целовать его в жопу – думает, в лицо, а он как подпустил сытности – девка и говорит:

– Вишь, Ваня, от тебя цингой пахнет!..

Мужик и барин

Пришёл барин в праздник к обедне, стоит и молится Богу; вдруг откуда ни возьмись – стал впереди его мужик, этот сукин сын согрешил, так набздел, что и продохнуть не можно.

«Эка подлец! Как навонял», – думает барин. Подошёл к мужику, вынул целковый* денег, держит в руке и спрашивает:

– Послушай, мужичок! Это ты так хорошо насрал?

Мужик увидел деньги и говорит:

– Я, барин!

– Ну вот, братец! На тебе за это рубль денег.

Мужик взял и думает: «Верно, барин уж очень любит бздёх, надо каждый праздник ходить в церковь да около него становиться; он и всегда по целковому будет давать».

Отошла обедня, разошлись все по домам. Мужик прямо – к соседу своему и рассказал, как и что с ним было.

– Ну, брат, – говорит сосед, – теперича, как дождём праздника – пойдём оба в церковь; вдвоём мы ещё больше набздим: он обем (обоим)