Русские заветные сказки - Александр Николаевич Афанасьев

– Стоял.

– А потом лёг и заснул?

– Лёг да заснул.

– Ну, так и у меня: хуй встанет – постоит, постоит, потом опустится и уснёт. Так и скажи генералу.

Посев хуев

Жили-были два мужика, вспахали себе землю и поехали сеять рожь. Идёт мимо старец, подходит к одному мужику и говорит:

– Здравствуй, мужичок!

– Здравствуй, старичок!

– Что ты сеешь?

– Рожь, дедушка!

– Ну, помоги тебе Бог, зародись твоя рожь высока и зерном полна!

Подходит старец к другому мужику:

– Здравствуй, мужичок!

– Здравствуй, старичок!

– Что ты сеешь?

– На что тебе надо знать? Я сею хуи!

– Ну и зародись тебе хуи!

Старец ушёл, а мужики посеяли рожь, заборонили и уехали домой.

Как стала весна да пошли дожди – у первого мужика взошла рожь и густая, и большая, а у другого мужика взошли всё хуи красноголовые, да так-таки всю десятину и заняли: и ногой ступить негде – всё хуи! Приехали мужики посмотреть, каково их рожь взошла; у одного дух не нарадуется, глядя на свою полосу, а у другого так сердце и замирает. «Что, – думает, – буду я теперича делать с эдакими чертями?»

Дождались мужики – вот и жнитво пришло; выехали на поле: один зачал рожь жать, а другой смотрит – у него на полосе выросли хуи аршина в полтора, стоят себе красноголовые, словно мак цветёт.

Вот мужик поглазел-поглазел, покачал головой и поехал назад домой; а приехавши собрал ножи, наточил повострее, взял с собой ниток и бумаги и опять воротился на свою десятину. И начал хуи срезывать: срежет пару, обвернёт в бумагу, завяжет хорошенько ниткою и положит в телегу.

Посрезывал все и повёз в город продавать.

«Дай-ка, – думает, – повезу, не продам ли какой дуре хошь одну парочку!»

Везёт по улице и кричит во все горло:

– Не надо ли кому хуи, хуи, хуи! У меня славные, продажные хуи, хуи, хуи!

Услыхала одна барыня, посылает горничную девушку:

– Поди поскорее, спроси, что продаёт этот мужик?

Девка выбежала:

– Послушай, мужичок! Что ты продаёшь?

– Хуи, сударыня!

Приходит она назад в горницу и стыдится барыне сказать.

– Сказывай же, дура! – говорит барыня, – не стыдись! Ну, что он продаёт?

– Да вот что, сударыня: он, подлец, хуи продаёт!

– Эка дура! Беги скорей, догони да поторгуй, что он с меня за пару возьмёт?

Девка воротила мужика и спрашивает:

– Что парочка стоит?

– Да без торгу сто рублей.

Как только сказала девка про то барыне, она сейчас же вынула сто рублей.

– На, – говорит, – поди, да смотри выбери какие получше: подлиннее да потолще.

Приносит девка мужику деньги и упрашивает:

– Только, пожалуйста, мужичок, дай каких получше.

– Они у меня все хороши уродились!

Взяла горничная пару добрых хуев, приносит и подаёт барыне; та посмотрела, и показались ей оченно*. Суёт себе куда надыть, а они не лезут.

– Что же тебе мужик сказал, – спрашивает она у девушки, – как командовать ими, чтобы действовали?

– Ничего не сказывал, сударыня.

– Эка ты дура! Поди сейчас спроси.

Побежала опять к мужику:

– Послушай, мужичок, скажи, как твоим товаром командовать, чтобы мог действовать?

А мужик говорит:

– Коли дашь ещё сто рублей, так скажу!

Горничная скорей к барыне:

– Так и так, даром не сказывает, сударыня, а просит ещё сто рублей.

– Экой сукин сын! Ну, делать нечего, отдай ему сто рублей! Такую штуку и за двести рублей купить – не дорого!

Взял мужик новую сотню и говорит:

– Коли барыня захочет, пусть только скажет «Но-но!»

Барыня сейчас легла на кровать, заворотила свой подол и командует: «Но-но!» Как пристали к ней оба хуя, да как зачали её нажаривать, барыня уж и сама не рада, а вытащить их не может. Как от беды избавиться? Посылает она горничную:

– Поди, догоняй энтого сукина сына да спроси, что надо сказать, чтоб они отстали?

Бросилась девка со всех ног:

– Скажи, мужичок! Что нужно сказать, чтоб хуи от барыни отстали? А то они барыню совсем замучили.

А мужик:

– Коли даст ещё сто рублей, так скажу!

Прибегает девка домой, а барыня еле жива на кровати лежит.

– Возьми, – говорит, – в комоде последние сто рублей, да неси подлецу поскорей! А то смерть моя приходит!

Взял мужик и третью сотню и говорит:

– Пусть скажет только «Тпрру!» – они сейчас отстанут.

Прибежала горничная и видит: барыня уж без памяти и язык высунула; вот она сама крикнула на них:

– Тпрру!

Оба хуя сейчас выскочили. Полегчало барыне; встала она с кровати, взяла и припрятала хуи и стала себе жить в своё удовольствие: как только захочется – сейчас достанет их, скомандует, и хуи станут её отрабатывать, пока не закричит барыня «Тпрру!»

В одно время случилось барыне поехать в гости в иную деревню, и позабыла она взять эти хуи с собою. Побыла в гостях до вечера, и стало ей скучно: собирается домой. Тут зачали её упрашивать, чтоб осталась переночевать.

– Никак невозможно, – говорит барыня, – я забыла дома одну секретную штуку, без которой мне не заснуть!

– Да коли хотите, – отвечают ей хозяева, – мы пошлём за нею хорошего, надёжного человека, чтоб привёз её в целости.

Барыня согласилась. Сейчас нарядили лакея, чтоб оседлал доброго коня, ехал в барынин дом и привёз такую-то вещь.

– Спроси, – сказывает барыня, – у моей горничной, уж она знает, где эта штука спрятана.

Вот лакей приехал, горничная вынесла ему два хуя, оба завёрнуты в бумагу, и отдала. Лакей положил их в задний карман, сел верхом и поехал назад. Пришлось ему по дороге въезжать на гору, а лошадь-то была ленивая, и только что начал он понукать её «Но-но!», как они вдруг выскочили оба и ну его зажаривать в жопу. Холуй* ажно испугался! Что за чудо такое, откуда они, проклятые, взялись? Пришло холую хоть до слёз, не знает как и быть! Да стала лошадь с горы спускаться прытко, так он закричал на неё «Тпрру!» Хуи сейчас из жопы и повыскакали вон. Вот он подобрал их, завернул в бумагу, привёз и подаёт барыне.

– Что, благополучно? – спрашивает барыня.

– Да ну их к чёрту, – говорит холуй, – коли б на дороге да не гора, они заебли б меня до двора!

Волшебное кольцо[27]

В некотором царстве, в некотором государстве жили-были три брата-крестьянина. Повздорили меж собой и стали делиться; поделили имение не поровну: старшим досталось много, а третьему по жребию пришлось мало.

Все они трое были холостые; сошлись вместе на дворе и говорят промеж себя: пора-де нам жениться!

– Вам хорошо, – говорит меньшой брат, – вы богаты и у богатых сосватались, а мне-то что делать? Я беден, нет у меня ни полена, только и богатства что хуй по колена!

В то самое время проходила мимо купеческая дочь, подслушала этот разговор и думает себе: «Ах, кабы мне попасть замуж за этого молодца, у него хуй-та по колена!»

Вот старшие братья поженились, а меньшой ходит холостой. А купеческая дочь как пришла домой, только на разуме и держит, чтобы выйти за него замуж; сватали её разные богатые купцы, только не выходит за них.

– Ни за кого, – говорит, – не пойду замуж, окромя* за такого-то молодца.

Отец и мать её уговаривать:

– Что ты, дура, задумала? Опомнись! Как можно идти за бедного мужика?

Она отвечает:

– Нужды вам нет до этого! Не вам с ним жить!

Вот купеческая дочь подговорила себе сваху и послала к тому парню, чтоб непременно шёл её сватать. Пришла к нему сваха и говорит:

– Послушай, голубчик! Что ты зеваешь? Ступай сватать купеческую дочь, она давно тебя поджидает и с радостью за тебя пойдёт.

Молодец сейчас собрался, надел новый армяк, взял новую шапку и пошёл прямо на двор к купцу сватать за себя его дочь. Как увидала его купеческая дочь и узнала, что это подлинно тот самый, у которого хуй по колена, не стала и разговаривать, начала просить у отца, матери их родительского навеки нерушимого благословения.

Легла она спать с мужем первую ночь и видит, что