Две стороны равновесия -14 По краю смерти(ФРАГМЕНТ) - Хайдарали Мирзоевич Усманов

— Я переступлю границу, которую вы все считали непреодолимой! — Он говорил уже не с молодыми культиваторами. Не с демонами. Не с кем-то конкретным. Он обращался к самой Академии Небесного Сводa. Ко всем старейшинам. К Великому старейшине Линь. К тем, кто годами стоял над ним. К тем, кто не позволял ему поднять голову.

— Вы думали, что я навсегда останусь в вашей тени?! — Его голос дрогнул. — Думали, что я никогда не смогу превзойти вас?!

Чёрный дым вокруг его тела стал плотнее.

— Думали, что вы сможете всю жизнь смотреть на меня сверху?! Он поднял браслет, и злобно оскалился. — Сегодня… Сегодня я стану тем, перед кем склонится вся Академия Небесного Сводa! И не только эта Академия!

Именно в этот момент он почувствовал нечто невероятное. Сила. Она пришла из браслета. Сначала едва заметно. Затем сильнее. Ещё сильнее. Старейшина Чан почувствовал, как древняя энергия начинает двигаться внутри артефакта. Она была настолько огромной, что его духовное восприятие буквально не могло её охватить. Это было похоже на океан. Нет. На бескрайнее море. И он стоял на берегу этого моря, понимая, что стоит ему сделать всего один шаг… И вся эта мощь станет его собственной. Старейшина Чан задрожал. От восторга. От жадности. От предвкушения. Он уже видел будущее. Он видел, как одним ударом уничтожает Великих старейшин. Видел, как Великий старейшина Линь падает перед ним. Видел, как исчезают все те, кто когда-то смотрел на него свысока. Он видел, как его имя становится легендой. И именно поэтому старейшина Чан даже не сразу заметил того, что происходит вокруг. Он не заметил того, как далеко на востоке очередная группа демонических существ прорвалась через защитные формации. Не заметил, как один из павильонов Академии вспыхнул пламенем. Не заметил, как вдалеке раздался отчаянный крик. Не заметил, пока не услышал знакомый голос.

— Отец! — Старейшина Чан замер. Всего на одно мгновение. Он медленно повернул голову. И увидел его. Это был Чан Гань. Его родной сын. Молодой старейшина из семьи Чан. Его кровь. Его наследник. Человек, которого он долгие годы готовил к тому, чтобы однажды тот занял его место. Чан Гань находился в нескольких сотнях шагов от него. И сейчас он сражался. Нет. Он пытался выжить. Вокруг него находились демонические существа. Одно. Два. Три. Нет! Их было куда больше. Но как минимум трое уже окружили молодого старейшину. Первое существо напоминало огромного хищного зверя. Его тело было покрыто чёрной бронёй. Из пасти торчали длинные клыки. Второе двигалось почти как человек. Но его руки были слишком длинными. А пальцы заканчивались когтями. Третья тварь была почти незаметна. Она двигалась в тени. А Чан Гань уже постепенно отступал. Его лицо было искажено напряжением. Кровь стекала по его руке. Один из демонов уже успел ранить его. Но он всё ещё сражался.

— Умрите! — Чан Гань взревел. Огонь вспыхнул вокруг него. Его духовная энергия взорвалась.

— Искусство Десяти Огненных Клинков! — Вокруг молодого старейшины возникли десять огромных огненных лезвий. Они вращались вокруг его тела. Каждое было размером с человеческий рост. И каждое из них обладало ужасающей разрушительной мощью. Чан Гань взмахнул рукой. Десять огненных клинков одновременно рванулись вперёд. Первый демон попытался закрыться руками.

Бум!

Огненный клинок отбросил его назад. Второй получил удар в грудь. Его тело отлетело на несколько десятков шагов. Чан Гань тяжело дышал. Пока что он смог отбиться. Он действительно смог… Но только от двух. Третья тварь… Исчезла… Чан Гань не заметил этого. Он был слишком занят двумя существами перед собой. Он не увидел тень за своей спиной. Не услышал шагов. Не почувствовал приближения.

— Отец! — На этот раз крик был отчаянным. Чан Гань смотрел прямо на старейшину Чана. Именно на него. Именно к нему он взывал.

— Отец!

Старейшина Чан замер. Их взгляды встретились. Всего на мгновение. Отец и сын. Один — в окружении демонов. Другой — стоящий перед пробудившимся Демоническим браслетом. Чан Гань протянул руку.

— Отец!

Старейшина Чан видел. Он видел его. Видел, как сын пытается выбраться. Видел, как за его спиной появляется тёмная фигура. Видел, как длинные когти поднимаются. Видел всё. И мог вмешаться. Он был достаточно близко. Если бы старейшина Чан использовал духовную энергию… Если бы бросился вперёд… Если бы хотя бы направил удар… Он мог бы спасти сына. Но… Он не сделал этого. Его взгляд снова скользнул к браслету. И в этот момент острые когти демонической твари вошли в спину Чан Ганя. Он резко вздрогнул. Его глаза расширились. Тело выгнулось. Кровь брызнула наружу. Когти прошли насквозь. Пронзили грудь. А затем… Третья тварь рванула руку назад. И вырвала его сердце. Прямо из груди молодого старейшины. Чан Гань замер. На его лице застыло выражение невероятного удивления. Он смотрел на собственное сердце в когтистой лапе твари. На кровь. На существо, которое держало его орган в когтях. А затем… Его взгляд снова поднялся. К отцу. Последний раз.

— Отец… — Голос был едва слышным. Чан Гань сделал шаг. Всего один. Но ноги его уже не слушались. Он рухнул. Его тело тяжело ударилось о землю. Кровь растеклась по камням. А сердце… Исчезло в пасти демонической твари.

На всё это старейшина Чан смотрел всего лишь краем глаза. Молча. Долго. Очень долго. Его собственный сын. Его наследник. Его кровь. Мёртв. А затем… Старик улыбнулся. Сначала едва заметно. А потом… Рассмеялся.

— Ха – Ха – Ха! — Молодые культиваторы, всё ещё запертые внутри формации, смотрели на него с ужасом. Они ожидали увидеть боль. Ярость. Отчаяние. Что угодно. Но не это. Старейшина Чан смеялся.

— Какая жалость! — Он даже не посмотрел на тело сына. — Какая досадная случайность.

И в этот момент его голос был совершенно спокойным. Словно речь шла о ком-то совершенно чужом. Потому что сейчас он видел перед собой не сына. Он видел силу. Величие. Будущее. Доу Хуан. Эта мысль полностью затмила всё остальное. Сын умер? Что же... Это печально. Но… Он был слаб. Старейшина Чан даже не заметил, как постепенно перестал воспринимать Чан Ганя как человека. Как сына. Как наследника. Он стал для старика всего лишь очередной жертвой той великой трагедии, которая должна была развернуться этой ночью. И даже это его устраивало. Потому что теперь всё становилось ещё проще. Если кто-нибудь спросит… Чан Гань погиб в сражении