Цвет империи - Дмитрий Маркович Губин

В иронической оде Державина «На счастье» (1789) поэт смеялся над вычурным слогом выскочки-вельможи, заменившего свой казацкий чуб на модные французские локоны. 21-я строфа оды была направлена против П.В. Завадовского:

Жить буду в тереме богатом,

Возвышусь в чин, и знатным браком

Горацию в родню причтусь;

Пером моим славно-школярным

Рассудка выше вознесусь,

И, став тебе неблагодарным,

«Беатусъ, брат мой, на волах

Собою сам поля орющий

Или стада свои пасущий» —

Я буду восклицать в пирах.

Пришла беда – открывай ворота

Однако отцовство Завадовского было трагичным: из тринадцати детей остались в живых лишь пятеро.

«В течение шести недель потерял я единородного сына и старшую дочь Татьяну, которая окончила четвертый год… Я познал, какова радость, какова печаль от детей: пятерых погреб; одна дочь шести месяцев остается, которая не ободрение, а более трепет сердцу наводит. Толико я несчастный отец!» – писал Петр Васильевич.

Жена, хоть и вышла за Петра Васильевича по любви, стала жаловаться на меланхолию и подозрительность мужа. Дети умирали. Дворцовые интриги и суета тоже подействовали на него. Сегодня бы сказали – депрессия. Завадовский потребовал отставки, однако Екатерина и слышать не хотела.

Кроме того, по всей империи ширились слухи, что супруга ему неверна. В свете стали поговаривать, что отцом появившихся позднее и оставшихся в живых Александра и Василия, а также их сестры Татьяны был князь Барятинский. Более того, в сплетни поверил даже Семён Воронцов, писавший Ростопчину при отправке в Петербург сына Михаила (будущего генерал-губернатора Новороссийского края):

«Я был бы рад, чтобы мой сын остановился у графа Завадовского, если бы, к несчастию, мой друг не был женат на совершенно распущенной женщине. Молодость имеет много прелести для такой особы: она способна была бы его обольстить».

В 1793 году Завадовский получил орден Св. Александра Невского. В том же году по желанию Екатерины II император Франц II пожаловал Петру Завадовскому и его братьям Якову и Илье титул графов Священной Римской Империи.

Император Павел в первые же часы воцарения интересуется Завадовским. Он прислал к нему в деревню камер-пажа узнать о здоровье, а по выздоровлении изъявил ему своё благоволение. Но Завадовский был недоволен кадровой политикой нового государя.

Своего мнения Завадовский не скрывал и, после смерти своего друга князя Безбородко, был в постоянном ожидании, «не ведая, откуда грянет гром». Ему казалось, что отставка неминуема, и он сам попросил о ней. Однако Павел отказал.

А в ноябре 1799 года государю сообщили, что секретарь Государственного ассигнационного банка, которым руководил Петр Васильевич, обманным путём получил 7 тысяч рублей. Сумма была не очень значительная, но Павел в гневе приказал немедленно отстранить Завадовского от службы. Так состоялась его вторая отставка.

Когда вспыльчивый император одумался, Петр Васильевич уже отбыл в Ляличи. У себя в имении он изощряется в хозяйстве: квасит ананасы, как капусту, и велит поварихе класть их и в квас, и в борщ.

Дело полезное

В один из мартовских вечеров 1801 года, когда больной и опальный граф Завадовский сидел в большой гостиной дворца у мраморного камина, ему доставили собственноручный рескрипт нового императора Александра I. Раскрыв письмо, он прочитал:

«Граф Петр Васильевич, при самом начале вступления моего на престол я вспомнил и верную вашу службу, и дарования ваши, кои на пользу ея вы всегда обращали. В сем убеждении желаю, чтобы вы поспешили приехать сюда принять уверение изустное, что я пребываю вам, доброжелательный Александр».

«Жребий мой проводить старость не в покое, не в отдохновении, как и вся жизнь суетна была», – проворчал шестидесятичетырехлетний Завадовский и заторопился в столицу.

В мае 1801 года граф Завадовский был назначен председателем Комиссии по составлению законов. Он пишет Семёну Воронцову: «Тучи книг теоретического законоведства, которое не клеится с русским бытом… Непомерно хочется истребить кнут, которого я не видал ни в натуре, ни в действии, но одно наименование поднимало и поднимает во мне всю ненависть».

С ним работали разные люди, в том числе и прошедший Сибирь Александр Радищев. Когда-то, в 1790 году, сенатор Завадовский был одним из тех, кто уговорил императрицу заменить смертный приговор Радищеву на ссылку.

Через двенадцать лет Петр Завадовский фактически убил того, кого спас вместе с Безбородко. Однажды он неосторожно бросил Радищеву, потрепав по плечу: «Эх, Александр Николаевич, охота тебе пустословить по-прежнему, или мало тебе Сибири?» После этих, казалось бы, ничтожных слов автор «Путешествия из Петербурга в Москву» пришёл домой и отравился.

8 сентября 1802 года после долгих обсуждений и споров император Александр подписал указ о правах и обязанностях Сената и манифест об учреждении министерств. В тот же день Завадовский занял пост министра народного просвещения.

В ведение министерства входили Академия наук, Российская академия, университеты и другие учебные заведения, типографии, цензура, издание периодических сочинений, народные библиотеки, музеи и различные общества по распространению знаний. 25 января 1803 года в доме П. В. Завадовского состоялось первое заседание Главного правления училищ, на котором были прочитаны «Предварительные правила народного просвещения».

Россия делилась на шесть учебных округов. Во главе округа стоял университет.

Каждый из губернских городов теперь имел свое «губернское училище или гимназию», находившееся под контролем университета. Директор гимназии был вместе с тем и директором уездных училищ, которых предполагалось, по меньшей мере, по одному в каждом уездном и губернском городе. Наконец, смотритель уездного училища был, в свою очередь, начальником приходских училищ своего уезда. Чтобы поднять престиж гимназического образования, Завадовский отдал своих 10-ти и 11-летних сыновей в гимназию.

12 декабря 1802 года был утверждён акт об открытии (на базе захиревшей, но существовавшей ещё с 1632 года «Академии Густавиана») Дерптского, ныне Тартуского, университета. 4 апреля 1803 г. Главная Виленская школа (на базе основанной королём Стефаном Баторием Виленской академии) была преобразована в Виленский университет. На базе Казанской гимназии в 1804 году был создан Казанский университет, одновременно с ним – Харьковский.

Учебное и административное устройство университетов основывалось на положениях устава 1804 года, проект которого был предложен харьковским помещиком Василием Каразиным. В соответствии с уставом университет определялся как «высшее учебное сословие», в котором «приготовляется юношество для вступления в различные звания государственной службы».

«Надо сказать, что П. В. Завадовский был запоминающейся личностью. По свидетельствам современника, «глубокомыслие и важность ясно изображались на его лице. С первого взгляда