Путешествие за дымковской игрушкой - Борис Михайлович Носик

class="p1">Помоложе — это уже четвертое поколение мастериц, с которыми мне еще предстоит познакомиться в мастерской и которые начали работать только в 1958 году. Они не учились непосредственно у Ольги Ивановны, но, как мне пришлось убедиться, черты ее стиля у многих из них, а не у одной только Светланы Шаляпиной, весьма ощутимы.

Ольга Ивановна хорошего мнения о молодых, считает, что они старательно учатся, быстро растут. Да и то сказать — легче им теперь работать-то! И платят больше.

Сама она работает теперь мало, делает игрушку только для выставок и для ненасытных музеев.

— Да, переменились времена, — говорит она. — Кабы раньше так-то.

Ольга Ивановна член Союза художников СССР, участник советских выставок как внутри страны, так и за рубежом. В Дымкове Ольга Ивановна не живет уже много лет.

— И давно не была там что-то, — говорит она. — А там, небось, река уже зашевелилась. Заливает Дымково. Да, вот я что читала в газе-те-то — мост вроде бы должны открыть...

Ольга Ивановна достает вчерашний номер «Кировской правды».

— Уже открыли, Ольга Ивановна. Я по мосту в Дымково и ходил.

— Вот оно что. Стало быть, мост. А когда-то наши дымковчане перевозом жили. Ну это когда было. Теперь у них и других дел полно.

У ВДОВЫ ДЕНЬШИНА

В адресном столе мне дали адрес Екатерины Иосифовны Косс-Деньшиной, вдовы художника Алексея Ивановича Деньшина, последней из трех крупнейших мастериц, справивших незадолго до моего приезда свой совместный юбилей: 60, 60 и 75 лет.

— Пойдете по Герцена, прямо-прямо. Этот дом за Октябрьским проспектом, — объяснила мне девушка в справочном окошечке уже сверх своих служебных обязанностей.

И вот, оставив позади оживленную улицу Ленина, я иду вдоль длинной улицы Герцена, по зданиям и домикам которой можно проследить всю историю Вятки. Вот крепкие купеческие дома — ведь это был город купеческий, и первый в России частный банк был основан именно здесь. А рядом — малюсенькие деревянные мещанские домики «безобразного захолустья», провинциального городка, в дремучей скуке которого страдали сосланные Герцен и Салтыков-Щедрин. Дома из разных эпох стоят в одном неровном ряду на сегодняшней улице Герцена, но люди по ней спешат из самой что ни на есть сегодняшней эпохи. Вон бегут на обеденный перерыв модницы-девчата с фабрики «Физприбор», знакомой нам всем с детства по надписи на ученических ручках — «Киров. КУТШО». За окнами библиотеки какие-то стоики, которых не выманишь на весенний солнцепек. Чаще всего это заочники-студенты и, главным образом, кировские рабочие — здесь таких очень много.

Библиотека эта была создана по инициативе Герцена. Герцен произнес речь на ее открытии. Он сказал, что библиотека — это открытый стол идей. Но и через десять лет после открытия библиотеки числилось в ней ровно столько же книг, сколько в год открытия, при Герцене. А постоянный подписчик был за все время только один. Недаром так томился здесь ссыльный Салтыков-Щедрин, жалуясь на недостаток книг и отсутствие в городе интеллигентных людей. Теперь герценовский «открытый стол идей» может предложить вам больше полутора миллиона книг, а «столуются» здесь иногда до тысячи человек в сутки.

За библиотекой — снова кусок старой Вятки; потом, миновав арку, вдруг попадаешь на широчайший Октябрьский проспект, застроенный новыми домами. Направо и налево уходят ряды многоэтажных зданий и все еще заснеженные полосы бульваров. На углу блеснуло окнами студенческое общежитие: какие-то студентки, отложив учебники, глядят вниз на улицу. Не очень-то им охота учиться в погожий апрельский день!

Не верится, что приземистое, заливаемое вешней водой и утопающее в грязноватом талом снегу Дымково — где-то совсем рядом.

Но вот и дом, что я ищу, — дом, где живет знаменитая мастерица дымковской игрушки — Екатерина Иосифовна Косс-Деньшина.

Седая красивая женщина приглашает меня войти. Комнатка ее напоминает музей. В шкафу за столиком переливаются всеми красками и поблескивают золотом игрушки, стены завешаны фотографиями. Среди прочих выделяется портрет молодого мужчины с худощавым, мужественным и добрым лицом. Это Алексей Иванович Деньшин, покойный муж Екатерины Иосифовны, и разговор у нас, естественно, сразу заходит о нем.

Мальчишкой он бегал на воскресные художественные курсы при вятском технологическом училище. Преподавал здесь строгановец И. Ф. Федоров, большой знаток и любитель народного промысла. Часто в качестве модели ставил он своим ученикам дымковскую игрушку. И вот как-то, не успев докончить рисунок в классе, Алеша Деньшин решил сбегать в заречную слободу к старушке игрушечнице. Здесь-то и поразили его впервые работы Афанасьевны. Это было еще в 1908 году.

Так рассказывал жене Алексей Иванович. Так рассказала мне Екатерина Иосифовна. Маленькая веселая игрушка из заречной слободы вошла в жизнь этого горячего, неутомимого человека, стала главным делом его жизни.

Екатерина Иосифовна была дочерью столяра-краснодеревщика, училась в Петербурге в гимназии. Потом судьба занесла ее семью в Вятку. В Вятке, в драмшколе, где она училась, а Алексей Иванович преподавал историю искусств, они и познакомились.

К этому времени Алексей Иванович уже много сделал для пропаганды дымковской игрушки. Отправляясь в Москву, в Училище живописи, ваяния и зодчества, он каждый раз брал с собой игрушки и там показывал их специалистам в музеях. В 1917 году выпустил он первое издание своего альбома, через два года — второе.

В ту пору, когда Екатерина Иосифовна и Алексей Иванович решили пожениться, Деньшин готовил новое издание своего альбома с рисунками игрушек и очерки об истории игрушки и об Афанасьевне из Дымкова. Расписывать иллюстрации к альбому пришлось от руки, и помогать Деньшину взялась его невеста, к тому бремени успевшая уже не раз побывать в гостях у его старого друга — Афанасьевны.

Тысячу листов альбома пришлось расписать Екатерине Иосифовне. Это было ее первым и весьма основательным знакомством с игрушкой. Потом Екатерина Иосифовна стала расписывать игрушки старейших дымковских мастериц Е. Ворожцовой и Е. Пенкиной. Сами они к тому времени расписывать помногу уже не могли из-за ослабевшего зрения, и работа эта была великолепной школой для молодой мастерицы. Перед войной Алексей Иванович создал бригаду дым-ковчан для росписи павильона Кировской области на Всесоюзной сельскохозяйственной выставке в Москве. В эту бригаду вместе с Е. И. Пенкиной, Е. А. Кошкиной, О. И. Коноваловой, 3. Ф. Безденежных входила и Е. И. Косс-Деньшина. А вскоре после выставки Алексей Иванович создал бригаду мастериц при товариществе «Художник». Теперь промысел уже твердо встал на ноги.

Популярность дымковской игрушки неожиданно возросла в годы войны. Казалось бы, меньше всего это время подходило для расцвета старинного промысла: положение на фронтах было тяжелое. Киров переполняли военные госпитали, голодно было в этом