Эра скорпиона. Том 4 - Егор Серебрянский

Лиам раздраженно прервал:

— Хватит ненужных терзаний. Из присутствующих нет никого без греха. Потом каяться будем, если появится настроение.

Она как будто не расслышала и воскликнула:

— Сейчас мы пойдем во дворец, иначе он убьет отца и маму! А где Эрман и Таланея? Они тоже помогут!

Лиам вдруг произнес так холодно, что мы все замерли:

— Нет, мы не пойдем во дворец — их величествам нашими силами не помочь. А если они уже мертвы, то вы больше не принцесса — вы и есть королева. И я не допущу, чтобы вы погибли в бесполезной попытке. Эрмана и Таланею мы тоже освобождать не станем. Всех студентов заперли — многие из них из очень влиятельных семей. Ценнее заложников не придумать, поэтому наверняка они будут живы — если их родственники поступят так, как надо новому королю. Но даже если все они в опасности, ваша жизнь весит гораздо больше. Посмотрите мне в глаза — и возьмите хотя бы часть моего цинизма. Вы не себе обязаны — вы обязаны всему королевству. Плевать на ваши желания — отныне вы не имеете на них права. Вы больше не можете называться обычным человеком — вы и есть Летея.

Иристина замерла на миг, слезы на ее щеках уже высыхали. Она сжала челюсти до такой степени, что скулы побелели, но после коротко кивнула.

Кажется, Лиам только что окончательно определился со стороной. А я все еще глупо хлопала глазами. Что она несла? Какой еще тлен? У Кейвара нет тлена — у меня он есть. Но почему он не убил ее? Зачем оставил здесь? Для того как будто есть причина — и, очевидно, грязнее этого самого подвала. Собирался отомстить за смерть своих предков каким-то извращенным способом? И у него есть доказательства, письмо моего прадеда где-то прямо в этом доме, однако у нас не осталось времени его разыскивать.

Слуги нигде не было. Мы все обыскали, но его и след простыл. Нам не пришлось решать его судьбу — прямо в этот момент он уже решал нашу. В спешке и страхе скорой погони мы подались в лес, и лишь там появилась первая возможность прийти в себя. Больше решать за всех я не осмелилась — думала только о своих поступках:

— Ваше высочество, вам следует бежать. А я возвращаюсь — честно расскажу Кейвару, что освободила вас, столкнусь с последствиями и буду рассчитывать на его искренние чувства ко мне.

— Ты точно спятила, — оценил Лиам мой порыв. — К кому ты собралась возвращаться? Связка не позволяет мне тебя прикончить, но тащить за шкирку я вполне способен.

— И я тоже возвращаюсь! — заявил Вирней, да и Руперт согласно кивнул. — Лода осталась, Кей — или как там теперь его звать — он наш человек!

— Все верно, — попыталась добавить я аргументов. — Ваше высочество, Лиам, вы просто не знаете всего! Как бы ни было больно признавать, но сейчас Кейвар борется за справедливость, не все его методы я одобряю, но цель понять могу. Я его отлично знаю — он не из тех людей, кто положится на домыслы, у него точно есть исчерпывающие доказательства того, что…

Принцесса закричала так громко и нервно, как никогда прежде при мне не делала:

— Да, у него есть доказательства, и они настоящие! Армунды сделали все возможное, чтобы очернить Кровавого Скорпиона и уничтожить всю его родню! Потому что иначе невозможно было убрать с престола наследных тленных магов! Я все расскажу, каждую деталь истории, которую знаю с детства, но для начала поймите, что к этому монстру никто из вас идти не должен, иначе вы умрете — или от его руки, или от руки сумасшедшей Лоды, или от тех, кто тоже знает истину и останется верным нашей династии!

Про наследственный тлен Скорпов я ничего не слышала, зато она только что подтвердила махинацию. Стоило уточнить:

— А правда ли, что Армунды убили и тех женщин, которых нашли при обыске замка?

Иристина поникла, но признала:

— Правда. Не всех, конечно, но для правдоподобности были нужны свежие трупы — бедных крестьянок убили и после изуродовали их тела, иначе народный гнев не подняли бы.

— И, по-вашему, они правы? Это и есть те добряки, наследие которых мы с гордостью несем? — уточнила я.

Иристина вскинулась, однако мою мысль подтвердила:

— Нет, они не были добряками, и мне тоже претит та часть истории. Но именно такой выбор они сделали, и этого не изменить. И если сейчас Скорпы вернут себе корону, то все те жертвы окажутся напрасными.

Я подумала и покачала головой, искренне желая отмежеваться уже вообще от всех сторон.

— А ведь другой выбор был. Если Скорпы несли в себе наследственный тлен, то надо было и заявить об этом. Почему информация о тлене так засекречена? Я вообще о нем впервые услышала, когда Имиль заразился!

Принцесса горько усмехнулась:

— Неужели сама не понимаешь? Как думаешь, что остановит преступника на пути к силе? Невинные жертвы? Ну да, конечно! Ты жила среди таких — тебе лучше всех известно, почему людям с дурными наклонностями вообще не нужно знать ни о тлене, ни о возможности подцепить его всего лишь от недостаточно очищенной маны.

Даже если в этом пункте она была права, все остальное я безоговорочно принять не могла. Посмотрела на Татью — мне показалось, что женщина не просто так сейчас стоит ближе к Иристине, не только как лекарь, волнующийся о здоровье пациента. В ответ на мой вопросительный взгляд Татья произнесла:

— Я недавно только читать научилась, ничего в этих ваших историях и интригах не понимаю. Я просто вижу, что наш уважаемый глава отряда взял девчонку и мучил в своем подвале. Принцесса она или кто там — глубоко насрать, я только своим глазам и верю.

Я поморщилась, поскольку вот как раз против этого возразить нечего. Ощущение, что боги иногда устами Татьи говорят — чтобы уже вообще никаких сомнений не осталось. Я перевела взгляд на Лиама:

— А ты что думаешь? Знаю, тебя заботит только Рубеж. Ну так вспомни, что мы воюем с Эртоном десятилетиями по конкретной причине. Если Кейвар окажется на престоле, то наша родина вспомнит, что такое мир.

Он