Эра скорпиона. Том 4 - Егор Серебрянский

— Сам бы попробовал поднять с коленок то, что даже на пузе еще не валялось!

— Я попробовал, и у меня получилось. — Лиам не улыбнулся, но тем самым еще сильнее обидел бывшего капитана.

Конечно, он преувеличивал. Их задача была куда проще — восстановить экономику целого региона, разрушенную в ходе переворота Кейвара Скорпа. А вот Оливер, Татья и черный дым не восстанавливали, а создавали ее с нуля, поскольку в Эртоне до их прихода вообще никакой экономики не было.

Министерство ресурсов освободило Лиама Северта через четыре месяца, когда он принес из шахты последние мешки с эфиром. Они бы и рады были с ним вовек не расставаться, однако сама королева установила норматив, чем едва не нарушила стабильность поставок. После Лиама шахты становились так девственно чисты, что их можно было использовать разве что для портальных переходов. Это порадовало бы лишь министерство перевозок, а для восстановления ресурса шахту необходимо запечатать на десять лет.

Сразу после отбытия наказания они с Миной отправились туда, где их помощь требовалась больше всего — в герцогство Черси. Вначале эти двое собственными руками помогали строить дома в полуразрушенных городах и сожженных деревнях, жили в наспех построенном бараке для рыбаков, решали конфликты, возились с каждой проблемой, налаживали первые отношения с Солеными островами. Жители Приморья уже слышали о бывшем генерале Северте и о том, что он едва не стал герцогом на Рубеже — так бы и случилось, если бы королева не решила отдать все территории Авреям. И, в силу гибели всех членов семьи Черси, начали объединяться вокруг него и его молодой деятельной жены, поскольку разруху не победить без руководящей руки. В прошлом году ее величество даровала титулы герцога и герцогини Черси не просто так, а за огромные заслуги по восстановлению региона, повинуясь воле теперь немногочисленного населения побережья.

В ту пору Лиам и Мина выглядели едва ли не так же, как сегодня их друзья из Эртона, — тоже постоянно просили дотаций из казны, хотя разница весомая: Черси были самой пострадавшей частью Летеи, а не другим государством. Однако пусть придворные смеются над нытьем и наглостью эртонцев, а они не станут, хотя и продолжат по-доброму потешаться.

Вирней никак не унимался:

— А может, потом все-таки в мои апартаменты? Закатим вечеринку, вспомним прошлое. Хорошо, что вы детей с собой не прихватили — вот их я не пригласил бы. Мальчишки уродились у вас жуткими, при всем уважении.

— В отца пошли, — вздохнула Мина, все равно улыбаясь, будто услышала похвалу.

— Такие же спокойные и уравновешенные? — пошутил Лиам.

— В шестиногу они пошли, — крякнул Гельт. — Пока за одним следишь, второй сзади нападает. Это будут первые в мире архимаги-разрушители при вашем-то воспитании.

— Ты хоть понимаешь, с кем разговариваешь? — холодно осадил его герцог Черси.

Но Оливер просто развел руками:

— А что ты мне сделаешь? Я гражданин другого государства, посол мира!

— Вот и посол отсюда, — поддержала мужа Мина, которой тоже казалось, что старые друзья все сильнее напоминают эртонцев, а не культурных людей.

Судя по тому, как Лиам сжал ее пальцы, она поняла, что он на самом деле вовсе не злится — наоборот, хохочет внутри себя с непроницаемым выражением лица. Хорошо ему, он вообще никогда не поддается сильным эмоциям, как был ледяной глыбой — так ею и остался. Разве что за закрытыми дверями спальни Лиам Черси превращается в совсем другого человека, но это уже не касается никого, включая и самых близких приятелей.

Конец