Эра скорпиона. Том 4 - Егор Серебрянский

шахта, — постановила ее величество. — Полагаю, в случае господина Северта можно установить специальную норму добычи эфира. Рассчитайте, сколько примерно способен добыть профессиональный шахтер за пять лет. Нет, лучше за семь, если учитывать разницу в рангах. Иначе мы просто отправим его в легкий отпуск — еще и в академию, где он просто будет валять дурака в компании обожающего его ректора. Я постановляю: пока он не пополнит нашу казну именно на рассчитанный норматив, его наказание не будет считаться отбытым.

— Но это… — начал возмущаться Гирт Аврей.

— Что, ваша светлость? — перебила королева. — Вы полагаете, что я нарушаю букву закона? Вовсе нет. Отныне все преступники с магическим даром принудительно отправляются на добычу эфира, а срок устанавливается судом: для тех, кто просто оступился, это будет шансом не потерять время даром, а приговоренные к смерти — на благо отечества до самой смерти и будут служить. Такое нововведение придумал Кейвар Скорп, и я считаю его вполне разумным. Не будем отвергать отличные задумки только потому, что они исходили от плохого человека. Однако архимагов в делопроизводстве у нас пока не было, придется доработать правила и на их счет.

Гирт вновь привстал, но воспитание не позволяло ему столь яро проявлять эмоции в присутствии венценосной особы, поэтому он вынудил себя сесть и с трудом выдавил:

— Он добудет эту вашу семилетнюю норму за год…

Лиам всегда безупречно контролировал выражение лица, оттого и сейчас никто не заметил промелькнувшей в серых глазах искринки. Какой год? Он управился бы к началу следующей недели, но, к сожалению, ни в одной шахте разом не найдется столько эфира даже на всех уровнях.

Иристина не стала ни соглашаться, ни возражать, а затронула другую тему, вновь привлекая к себе внимание Гирта:

— Ваша светлость, так сложилось, что у Итана Росса больше нет законных правопреемников. Назначать управляющего из столицы я считаю глупой мерой — никто здесь не знает, как у вас там все устроено, поэтому лишь навредит. Полагаю, в нынешних обстоятельствах вы сможете взять под свой контроль всю приграничную территорию? Боюсь, у вас нет выбора, это та задача, которую я вынуждена перед вами поставить. Там мне нужен человек, которому я полностью доверяю, и желательно, чтобы ему никто не мешал. Вы превосходный хозяйственник, наладьте нормальную мирную жизнь и начните уже приемлемые отношения с Эртоном.

Надалина судорожно выдохнула:

— Весь Рубеж? Весь?!

Ее отец вообще отвесил челюсть, не в силах выразить чувства. Оба герцогства огромны, а вместе они представляют собой самую гигантскую и богатейшую территорию королевства! Даже если Надалина пока не мечтает выйти замуж за Гирта Аврея, то все равно выйдет — он за одну минуту стал самым завидным холостяком материка! И лишь один герцог поморщился и отвел взгляд, то ли решив, что от него откупились, то ли уже прикидывая в уме немыслимое увеличение своих обязанностей. Однако никто в этом кабинете не сомневался, что он справится — он даже в период агрессивных атак сумел удержать границу, а эта сфера была отнюдь не его вотчиной.

Мина считала так же, но поздравлять старого знакомого не спешила, а произнесла тихо, но твердо:

— Я тоже хотела бы рассказать, как на самом деле умерла Шелла Росс.

— Вы издеваетесь?! — даже обычно сдержанная королева вышла из себя.

Лиам покачал головой, но перебивать не стал. Мина именно так оценила его поступок — пошла на подобное признание. Но это означало только хорошее: в ближайшее время они не разлучатся, а к шахтам они привыкли как к родному дому.

Вот только девушка сделала неверную ставку — среди присутствующих все знали ее настоящую личность и такое дело нельзя было доводить до суда: уже объявлено во всеуслышанье, что она не Вильгельмина Росс, а вся подоплека дела лишь в этом и заключалась. Внимательно выслушав историю о ее мести, королева покачала головой и приказала немедленно об этом забыть — порядок в Летее сейчас гораздо важнее.

От подобных поворотов в ходе рядового совещания королева утомилась. Ей еще придется подчищать множество хвостов и принимать сомнительные решения. Благо, хоть ей ни в чем подобном признаваться не пришлось: Иристину растили как младшего ребенка, не наследующего корону, и готовили стать героиней Летеи. Так она себя и ощущала, к такому будущему всегда стремилась. За всю свою жизнь она не сделала ничего, в чем мог бы ее упрекнуть даже самый взыскательный суд.

Лиам вышел из кабинета последним, посмотрел на гвардейцев — по всей видимости, именно они его сейчас и арестуют. Поэтому сбавил шаг еще сильнее и придержал Мину за локоть.

— Забыл спросить о самом главном. Я теперь никто, и ты теперь никто. Кажется, впервые мы с тобой стали абсолютно равны. Ты выйдешь замуж за ничтожество? Может, во второй раз свадьба получится лучше. Или хотя бы просто получится.

Она мягко улыбнулась и ответила:

— Выйду, но свадьба получится ужасной. Тебя определят в шахтерское подразделение, а я отправлюсь к ректору — уверена, никто не отзывал мое позволение слушать курс лекций. Если он не откажет, мы с тобой будем встречаться только на полигоне.

— Почему же? Скамейка на центральной аллее — как раз наш уровень. Или ты мечтала о более торжественном празднике?

Мина грустно усмехнулась. Тогда Лиам не выдержал, обнял ее одной рукой и притянул к себе. Спросил в макушку:

— Злишься на меня?

— Злюсь, — призналась она. — Но снова осознала, почему ты вызываешь во мне такой восторг — постоянно делаешь то, чего от тебя не ожидают. С тобой никогда не будет легко, ты всегда будешь меня злить, вот только что-то попроще меня уже не устроит.

Лиам наклонился к ней и поцеловал — не впервые, но впервые по-настоящему и без подоплеки. Впервые так открыто, больше не скрывая темных мыслей и искренних эмоций. Мина отвечала ему еще более жарко, поскольку она и прежде ничего скрывать не умела. Гвардейцы продолжали топтаться в стороне, все еще не понимая, как следует себя вести со столь неоднозначной персоной, как Лиам Северт.

***

Спустя пять лет после свержения династии Скорпов и возвращения на престол династии Армундов

— Его светлость герцог Черси! Ее светлость герцогиня Черси!

Объявленные персоны прошли по ковровой дорожке к трону. На этот раз слишком серьезный церемониймейстер не выдержал и едва слышно цыкнул в сторону:

— Господин министр, держите себя в руках!

Вирнею пришлось поморщиться и отступить,