Не Альфа волчьей стаи - Ольга Сурмина

— Ну, такой себе шанс, — Генри скривился.

— Если я пойму, что близость с кем-то мне не помогает, и мне становится хуже — я попрошу её уйти. Но я должен попробовать. Пока это единственное, что я ещё не попробовал.

— Слушай. Давай так. Давай разумный компромисс, — Альфа сел за стол рядом с Бетой и стал полностью серьёзен. — Реально, осмотрись вокруг. Выбери себе невесту, но желательно, чтобы ты что-то почувствовал, прежде чем вступать с ней в брак. Шевеление в животе, там, я не знаю… чтобы было хотя бы подозрение на то, что девочка может оказаться твоей Истинной. Ты же сказал, что она где-то на Аляске, так ну! Ты с ней немножечко поживёшь потом. Поймёшь — помогает она тебе, не помогает… и если нет, — Генри сжал зубы, — в день, когда проступит метка, мы принесём её в жертву леса и освободим тебя. За один день ношения метки ты не должен успеть привязаться к ней настолько, чтобы начать чахнуть без неё. Понимаешь? Но лес примет её, потому что она уже будет, формально, твоей Истинной. Только сделать это придётся сразу после появления метки. Любое промедление будет стоить тебе неизлечимой тоски потом. Желательно сделать это, конечно, в первые часы. Пока метка ещё не вступила в силу. Потому что, Нолан! Брат! Какой толк от рандомной девки, если она тебя даже от страданий удержать не может? Ну какой⁈ Выберешь себе потом такую, что будет по душе. Красивую, молодую. А про Истинную забудешь, как про страшный сон.

Нолан был в ужасе от того, что… больше не протестовал. Хотел что-то сказать, оскалиться, послать друга на хер. Но вместо этого стеклянными глазами таращился на серебряную пулю, которая лежала на столе. Ощущал разрывающую головную боль, от которой не помогали никакие лекарства, лёгкий нервный тик и страх перед ближайшим полнолунием. Чем сильнее стыл несчастный чай, тем сильней был этот страх.

— Я сам к ней привыкну. И я не смогу с ней расстаться. И уж тем более… убить её. Так что это тупой план, Генри. Можешь считать меня идиотом, но я не смогу убить человека, с которым жил. Завтракал за одним столом. С которым спал, в конце концов, а мне придётся с ней спать, чтобы проступила метка. Она уже не будет для меня «рандомным случайным человеком», как ты сказал. Это так не работает.

— Ну, это единственная проблема на данный момент, — Генри поморщился. — Единственная. Заметь.

— Разве что… — вдруг, неожиданно для себя, мёртвым голосом продолжил Кайзер. — Разве что не попытаться срежиссировать её поведение заранее. Организовать, в своём роде, баланс близости. Чтобы проступила метка, но при этом — не слишком быстро. Чтобы я… смог понять, работает ли брак в принципе. И чтобы, если не работает, сильно не привязывался. И чтобы она ко мне не привязывалась.

— Слушай, охрененная идея!! — Генри с улыбкой вытаращил на друга глаза. — Нужно как-то повлиять на неё, чтобы она вела себя, я не знаю… мерзко!! Чтобы не лезла к тебе сама, не пыталась сблизиться с тобой. Баланс близости, как ты сказал. Горячо-холодно. Может, через Жаклин это попробуем провернуть? Она спит и видит, что ты обратишь на неё внимание!

— Я пока не знаю, — Нолан устало прикрыл глаза. — Это просто мысли вслух. Я даже не уверен, что буду ввязываться в это дерьмо.

— Нет, слушай, идея на миллиард, реально. Ты и брак попробуешь, как и хотел, и сможешь принести жертву, если эта идея рассыплется нахер. Или если Истинная будет… такая себе, — Альфа со вздохом усмехнулся. — Кстати, я видел, ты выходил вчера.

— Ну да, — Кайзер устало вздохнул. — Встал кости размять. Это теперь такое событие?

— Да нет. Видел меня вчера с девочкой? — Генри ехидно прищурился, ухмылка превратилась в улыбку. — Моя девочка. Для меня растили. Специально. И, заметь, не Истинная. Потому что Истинную под тебя никто не будет растить в инкубаторе. Светлая, стройная, а попа у неё какая! Мечта, а не девочка.

— Нет. Не видел, — отчуждённо, без любопытства ответил Бета.

— А не хочешь на неё посмотреть на недельке? Я не хвастаться… нет, ты не подумай. Ну, может, совсем чуть-чуть! — Альфа игриво зажмурился.

— Может, на неделе. Посмотрим, — Нолан вздохнул, затем слегка напрягся. — Это та светлая, что ли? С бантом с красным?

— Да-да, она, — в улыбке показались зубы. — Тебе надо увидеть её поближе. Девчушка — самый сок. Бутон.

Мужчина вздохнул, затем вновь пустыми глазами уставился на пулю. У него впервые за многие месяцы появилось нечто вроде… плана действий. Только на душе почему-то было гадко, как никогда. Наверное, вот что значит «жить чудовищем». Правда, теперь не только в прямом смысле, а ещё и в переносном. Ведь исключительно чудовище позволяет себе думать о том, что, возможно, отдаст лесу Истинную ради собственного выживания. Только чудовище. Разве нет?

Подташнивало. Однако в этот раз Бета не мог понять — от таблеток или от себя самого. Быть ублюдком… неприятно. Быть ублюдком — разрушительно. Даже если каждый день повторять себе в зеркало, мол, другого выбора нет.

Есть, наверное. По крайней мере, всегда можно вручить эту пулю кому-нибудь ещё — и насовсем закрыть свои ублюдочные глаза. Тоже выбор. Как-никак.

Красный бант

Настоящее время

— Что значит «я ухожу»? — злостно прошипел Генри. — Что, блядь, значит «я ухожу»⁈ Ты реально просто возьмёшь и свалишь?!! Мутируешь в лесу, вернёшься чудовищем и всех нас грохнешь⁈ Ты больной?!!

— Тогда убей меня, — Нолан жутко раскрыл глаза. — Давай. Убей меня. Я даже не буду сопротивляться. Потому что я не живу — я существую.

Альфа оскалился, но ничего не сказал. И не двинулся с места. Никто из волков не двинулся с места