Ловушка для мастера - Александра Лисина

Хорошо, пускай, хотя и это маловероятно.

Но как же тогда другие люди, которые тоже пострадали в то же самое время? На них что, тоже специально настраивались заранее? И прямо-таки знали, что за артефакты на них будут? Знали, как их обезвредить и куда нужно ударить? Да еще и успели всех обработать за считаные доли сэна?

В общем, с точки зрения магии это выглядело очень сомнительно. Слишком много «но», которые не позволяли сделать однозначные выводы.

Но что есть, то есть.

К тому же сейчас у нас были дела поважнее, так что я попросил Эмму разделить наши разумы, оставил вопросы теории и анализ ситуации на нее, а сам повернулся к учителю и коротко спросил:

— Что мы можем сделать?

— В сон-ловушку нельзя проникнуть обычным способом, — отозвался старый маг, знаком велев нам с Арли подойти ближе. — Он специально построен таким образом, чтобы туда было нелегко проникнуть извне и крайне сложно выбраться оттуда самостоятельно, особенно, если сон успел стабилизироваться. Исключение составляет лишь сон-ловушка, созданный полным дилетантом. Тогда его можно разорвать с помощью магии пространства, ну или же выйти оттуда, позволив себе умереть.

Угу. Мне однажды пришлось такое проделать. Но маг тогда и правда был не слишком опытным, хоть и сильным. Тем не менее о Мадиаре я мастеру Майэ раньше не рассказывал. Ну, вернее, не рассказывал всего. В том числе не упоминал о профессоре Тауле ос-Ларинэ. Поэтому и сейчас углубляться в тему не стал, тогда как учитель просто продолжил:

— Судя по тому, что ты видел, этот способ не сработал. Ноэм, если и догадался, что произошло, должен был первым же делом испробовать именно этот вариант спасения. И раз у твоего отца ничего не вышло, то теперь его единственный шанс — это мы. Проблема в другом…

Мастер Майэ немного помолчал.

— У сна, в который угодил твой отец, крайне необычные характеристики. Судя по тому, что я вижу, это действительно сон-ловушка, но при этом он совершенно нетипичный по структуре. Очень стойкий. Абсолютно закрытый для вмешательства извне или изнутри. То есть выбраться оттуда нельзя. Да и проникнуть внутрь ни ты, ни я по отдельности не сможем.

— Вдвоем мы сможем, — снова подала голос Арли.

— Да, — подтвердил учитель. — Скорее всего, у вас двоих получится. Но только потому, что вы — два сильнейших проводника своего поколения. Обычный маг сна… даже моего уровня… сломать этот сон вряд ли сумеет.

Я насторожился.

— Разве такие сны бывают?

— Бывают, — неопределенно повел плечом мастер мастеров. — Закрытый сон — один из вариантов снов-ловушек. Главное его отличие заключается в том, что это всегда жестко структурированный сон. Очень подробный, с массой деталей. При этом если простой сон-ловушка может иметь альтернативную логику, быть непоследовательным и вообще нереальным, то закрытый сон всегда строится по четким и понятным законам. Именно поэтому он такой стойкий, его практически невозможно взломать снаружи и из него совершенно нереально выбраться. Если тебе вдруг не повезет угодить в такой сон, ты умрешь. Без вариантов. Однако в энергетическом плане стоимость создания такого сна чрезвычайно высока и чаще всего оплачивается жизнью создавшего его мага. На это, как ты понимаешь, мало кто захочет пойти, поэтому полностью закрытые сны — почти забытая тема, о которой тебе мало кто расскажет.

Он снова немного помолчал, давая нам время переварить информацию.

— Как ты и сам знаешь, у любого сна есть слабое место. Место, где он привязан к создателю. Или место, где его закрыли. Какой-то участок, где хозяин слегка недоглядел или чутка недоработал… Так вот, у закрытого сна слабых мест нет. Он, можно сказать, идеален и представляет собой полностью закольцованное, изолированное от внешнего мира пространство, которое замкнули именно с таким расчетом, чтобы его нельзя было снова открыть. Тем не менее у проводников есть полезная особенность — для них в принципе проницаем любой сон. Вопрос только в степени приложенного усилия, а также в количестве энергии, которую маг готов для этого потратить. Поскольку вы двое — не только проводники, но еще и люди, которые пользуются полной поддержкой своих родов, то, думаю, этих двух условий хватит, чтобы взломать закрытый сон.

— Что для этого нужно?

— Нам нужно связать наши ауры, — в третий раз подала голос Арли. — Только так у нас есть шанс пробиться к твоему отцу и моей маме.

Я быстро к ней повернулся.

— Что?

Дайн. Связать ауры? Как Люк и Кэри? И стать друг от друга зависимыми, как они? Причем не на день-два, а на всю жизнь? С ней, с пока еще мелкой и не особо опытной провидицей, смерть которой непременно отразится и на мне. Не говоря уж о том, что в ряде случаев, если пострадает и умрет она, я уйду в промежуточное следом за ней.

— Толковая мысль, — одобрительно посмотрел на нее мастер Майэ. — Смелая. Хоть и довольно опасная для вас обоих. Тоже предки подсказали?

Арли кивнула.

— Без этого мы не войдем внутрь чужого сна. И, что важнее, не сможем оттуда выйти.

— А тебе известна цена, милая? — прищурился учитель. — Ты знаешь, чем тебе придется заплатить за обряд?

Девочка спокойно кивнула.

— Я согласна на любую цену.

— А Адрэа ты об этом спрашивала? Готов ли он провести обряд с тобой? Здесь, сейчас? Согласен ли он стать от тебя зависимым?

Я почувствовал, как Арли крепче сжала мою руку. После чего девочка повернулась в мою сторону, спокойно посмотрела мне в глаза и ровно сказала:

— Я никогда не стану твоим слабым местом. Все, что у меня есть, будет и твоим тоже. Я готова разделить с тобой магию, силы и даже жизнь. Отныне и навсегда. Клянусь предками, жизнью и даром.

Я аж зажмурился, когда вокруг нее ярко полыхнуло. А когда открыл глаза, то обнаружил, что передо мной стоит совсем не восьмилетняя девчонка с хорошими задатками.

Нет.

У Арли снова, как когда-то, резко изменился взгляд. Да и лицо невероятным образом стало иным. Она словно повзрослела лет на десять. Ей будто кто-то разом накинул прилично лет.

Не внешне, нет, но внутренне она действительно стала иной. Взрослой. Даже, я бы сказал, зрелой. Сильной. Рассудительной. Смелой. Отважной. Мужественной и даже в каком-то смысле отчаянной. И при этом в ее глазах горело столько уверенности… такое безграничное доверие ко мне… и такая