Первая буква Севера - Лина Винчестер

О боже, я вру лучшим подругам.

— Пенелопу просто порвет, когда узнает, что ты теперь работаешь вместе с газетой «Мемфиса».

— Я скучаю по этому, — вздыхаю я. — В конце концов, нужно чем-нибудь занять себя в этой школе.

— Пришли потом ссылку, когда опубликуешь все на сайте. Айзек знает?

— Эм, нет, мы в ссоре.

— Снова? — Руби поворачивается, отвлекаясь от измены на экране. — Что с вами двумя происходит?

— Ему не нравится, что я подружилась кое с кем. — Девочки выжидающе смотрят, и я, крепко зажмурившись, падаю спиной на кровать. — С Ником Ровером.

— С кем, прости? — озадаченно переспрашивает Руби.

— Он на самом деле не такой плохой парень, честно. Несколько раз помог мне и защитил.

Руби вскидывает бровь.

— Бэйлс, одумайся.

— Знаю.

— Он что, — неуверенно пожав плечами, Линдси не сразу продолжает: — нравится тебе?

— Нет! — приподнимаюсь на локтях я. — Только как человек. И то не всегда.

— Тогда зачем ты общаешься с этим отморозком?

— Ник не отморозок.

— Он именно такой.

— Слушайте, только не смотрите на меня так, ладно? Я тоже думала плохо об этих ребятах до недавнего времени, но «Норд» совсем не те, кем мы их считали.

— «Норд»? — Руби многозначительно переглядывается с Линдси. — То есть теперь не только Ник, но и все его друзья хорошие? Черт, они там что, пытают тебя и угрожают, чтобы ты несла всю эту чушь?

— Бэйли, — тихо зовет Линдси, опускаясь на пуфик, — да, они симпатичные ребята, не отрицаю, но они все еще часть «Мемфиса». Это… Неправильно.

— Ну, я теперь тоже часть «Мемфиса», — развожу руками я. — И если мы говорим о правилах, то кто их ставит? Мы сами? Наши школы? Почему Мейсону никто и слова не сказал, когда он связался с Констанс, а мне нельзя просто общаться с ребятами, с которыми я теперь учусь вместе? Девочки, об этом можно спорить часами, но это последнее, чего я хочу. Давайте просто проведем спокойный вечер, обсуждая ссору Бьянки и Пьера, а не нашу с Айзеком.

Нерешительно кивая, подруги соглашаются, а вот я начинаю чувствовать себя неловко, а еще лишней, словно пришла на вечеринку без приглашения. Наверное, не стоило открывать рот, но чем ближе я знакомлюсь с ребятами из «Мемфиса», тем тяжелее молчать, когда их оскорбляют. Не пойму, то ли я изменилась, то ли девочки стали холоднее ко мне относиться, но наш вечер совсем не кажется таким же уютным и веселым, как было раньше.

Из видеодневника Бэйли Шепард: Чувствую себя чужой везде. В новой школе. С друзьями. Со своим парнем. Даже дома. Я словно в той игре, где нужно успеть занять свободный стул, как только перестанет звучать музыка. Все заняли свои места, а я так и осталась растерянной в стороне, будто не до конца поняла правила игры.

Глава 29 Обидчиков нужно шлепать по заднице

Утро началось с хороших новостей. Папа, узнав, что я до поздней ночи обрабатывала снимки для газеты, похвалил меня за старание и попытку адаптироваться в новой школе, поэтому вернул ключи от машины. А может, ему просто не хотелось тратить время, подвозя меня до школы, потому что мама наотрез отказалась ездить туда.

Второй повод для радости — день рождения Микки. Я долго раздумывала над подарком, в итоге остановилась на наборе маркеров для скетчинга, потому что Микки обожает рисовать. Я люблю дарить подарки, но, к сожалению, впервые сталкиваюсь с тем, что у меня ограниченный бюджет. Деньги с продажи телефона потихоньку заканчиваются, раньше я не задумывалась, сколько трачу на подписки в онлайн-сервисах, мобильную связь, маникюр и простой кофе.

За завтраком мне приходит сообщение от Пайпер, она спрашивает в силе ли наш план по отвлечению Микки для подготовки сюрприза.

Бэйли Шепард: Конечно, у вас с миссис Рамирес будет полно времени. Дай знать, когда все будет готово.

— Доброе утро. — Мейсон, зевая, берет глубокую тарелку и садится за стол напротив меня. — Чего такая счастливая?

— У меня снова есть машина, папа сжалился.

Мейсон протягивает руку, и я отбиваю его ладонь.

— Не помню, сказала ли я, кто мой новый босс в газете?

— Сгораю от нетерпения узнать подробности, — язвит он, насыпая гранолу в тарелку.

— Твоя бывшая.

— Дженна?

— Дженна из «Примроуз», ты напрочь запутался в своих бывших. Я про Констанс.

— И как она, не обижает тебя?

— Пока все в порядке.

Кивнув, Мейсон заливает гранолу молоком.

— Ты сегодня неразговорчивый, приснился плохой сон?

— Хуже, порвал вчера на тренировке любимую джерси.

— У тебя их целая сотня.

— А у тебя сотня пар туфель, готов поспорить, ты разревешься, если из этой сотни испортишь самую любимую.

Справедливое замечание.

Разговор о джерси заставляет меня вспомнить о Нике и его первом желании, которое я не собираюсь исполнять.

— Мейсон, можно вопрос? Ты ведь не раз спорил с парнями на что-то, бывало такое, что, проиграв, кто-то не отдавал долг или не исполнял уговор?

— Ты поспорила на деньги? — усмехается он.

— Нет, просто Линдси рассказала вчера одну историю, и я не могу перестать о ней думать. Не суть, — отмахнувшись, я делаю глоток кофе. — Кто-нибудь нарушал условия спора или нет?

— Нет конечно. А если бы кто-то это сделал, я бы проучил слабака. Ответить за свои слова — дело чести каждого парня.

— А если это девушка?

— Пол не важен. Если хватило ума спорить, то должна осознавать, что есть шанс проиграть.

Спасибо, но я надеялась услышать другой ответ. Мейсон возвращается к завтраку, а вот я, тряся ногой под столом, раздумываю, что делать с проигрышем. Может, Ник просто пошутил?

— Бэйлс, есть разговор.

— Какой серьезный тон. — Подавшись ближе, я подпираю щеку ладонью. — В чем дело?

— Знаешь, не люблю лезть в твою личную жизнь…

— Ложь, — перебиваю я.

— Айзек не похож сам на себя в последние несколько дней, ни с кем не разговаривает, лажает на тренировках. Недавно я сидел в библиотеке и слышал, как тренер орет на него на поле, и я