Из огня да в полымя. Книга 4 - Серг Усов

— У нас завтра с утра планёрки и летучки в подразделениях, — говорит директор, крепко пожимая мне при расставании руку. — и документы нужно подготовить, какие вы просили. Алёна уже начала искать, но пока ещё не все собрала. Так что, приезжайте к девяти. Сергей за вами без пятнадцати заедет.

Ага. К девяти, а Тойоту подадут к без пятнадцати. Раз — и уже доехал. У нас в Москве о таком можно только мечтать. Может уволиться к чертям, да прийти сюда на завод работать? Ха-ха, шутник выискался. В столице всё ж плюсов намного больше, причём настолько, что с лихвой окупают все минусы, но хорошо жить и в провинции можно, не отрицаю.

Ради интереса засёк по своим Ролекс, за сколько доедем до дома со шпилями. От ворот до подъезда гостиничных апартаментов доехали за тринадцать минут. Обалдеть.

— Я за тобой в половине седьмого заеду. — напомнил мажор. — Обсудим сегодняшний обзор в, так сказать, неформальной обстановке. Девчонки есть знакомые, скучают без нормальных парней, готовы скрасить нашу с тобой компанию.

— Девчонки — это круто. — изображать, что доволен, мне не нужно. Давление между ног командует мозгом. — Забыл спросить, дресс-код у нас на вечер какой? — уточняю на всякий случай.

Понятно, баня есть баня, но мало ли какие заморочки могут быть у провинциального истеблишмента? Если что, фрака у меня при себе нет.

— Не костюм конечно, — смеётся Сергей, он в мыслях, оценивая моё поведение сегодня, спокойное, доброжелательное, уже уверен, что у него получится меня развлечь до полного изнеможения. Ну-ну, посмотрим. — Надень, что удобней. Вечерами у озера прохладно, если решим на берегу посидеть ночкой лунною, то куртка или ветровка не помешают. Но можем и там найти тебе, что на себя накинуть, если ты с собой не прихватил.

— Всё есть. — отмахиваюсь, выйдя из машины. — Буду ждать.

Поднявшись в квартиру, аккуратно повесил костюм на плечики. Оставшись в одних трусах и носках, забрал из портфеля мини-бук, бухнувшись в кресло, перекачал в комп по блютузу фотки из айфона. На мониторе, пусть его размер всего десять с половиной дюймов, намного лучше видны результаты моей фотосессии.

Принимать душ перед поездкой в баню, ну, дурь же полная, а вот сходить в туалет по большому не помешает. Не хочу, но лучше сделать это, так сказать, в плане профилактики, чтобы потом при девках не уединяться. Подумают ещё, что к ним из столицы какой-то засранец приехал. Ага, москвич-засранец.

На унитазе совместил полезное с полезным. В том смысле, что из восьми с лишком десятков фоток отобрал тридцать четыре более информативные и качественные, отослав их на почту Катьке Васильчиковой. Набрал ей сообщение, чтобы сегодня ими не занималась, шла спокойно к ребёнку после работы, а то знаю её, засидится допоздна. Ни к чему это. Завтра времени будет полно. Если что, Олег поможет.

После туалета пошёл на кухню, сделал себе чай — капец, отвык уже от этой хрени в пакетиках — достал печенье с конфетами, чтобы не совсем голодным ехать в рыбацкий коттедж, и только тут понял, что у меня в мозгах свербит.

Сбегал за трубкой и позвонил Анне Николаевне. У них с госпожой Решетовой сегодня по графику бассейн, но время ещё без двадцати шесть, поди не успели с работы смотаться.

— Наконец-то, — слышу голос начальницы сквозь шум автомобиля. Уже, получается, едут на своё плавание. — Я уж думала, ты там совсем забыл про начальство, ни доклада, ни хотя бы сообщения, что добрался и тебя встретили.

— Так вот же, — блин, не успел позвонить, уже сразу втык получил. — докладываю. Первый рабочий день провёл на заводе. Васильчиковой уже отослал там кое-что…

— Лёшка, привет! — кричит госпожа Решетова, хотя могла бы и спокойно сказать, звуки доносятся разборчиво. — Не обращай внимания, Аня сегодня просто не в духе. Ты как там? Жив-здоров?

— Да, всё нормально.

— Или что-то случилось, раз ты соизволил позвонить? — насторожилась, чувствую, госпожа Каспарова.

— Нет, честно, всё нормально, а кое-какой вопрос, который возник, его лучше в личной беседе обсудить. — вываливать сейчас инфу про мошеннические делишки наших контрагентов не самое подходящее время. — Я звоню, чтобы кое-что уточнить. У меня предстоит сегодня неформальная встреча с капролактамовцами, может на ней что интересное ещё всплывёт, вот.

— Это понятно. — я будто вижу глазами, как начальница сейчас кивнула. — Обычная практика. В чём проблема-то? Ты, главное, перед ними ни в чём не обязывайся. Холдинг в состоянии сам обеспечивать своих сотрудников.

— Так я ж по этому поводу и звоню. — хотел закинуть себе в рот конфету, да вовремя спохватился. Говорить с начальницей и жевать при этом — весьма непродуманный поступок. — Мы не в ресторане собираемся, с на природе собираемся. Они ж там наверняка поляну накроют. Мне б по идее туда со своим, ну, понимаешь, со своей закусью и с пойлом явиться, чтоб, значит, типа моя доля.

— Правильно. И? Там реально такая дыра, что в местном сельпо ничего не купишь?

— Да нет, всё тут есть. — даже морщусь с досады от её недогадливости. — Даже федеральные ретейлеры присутствуют. Я к тому, что в бухгалтерии у меня примут чеки из магазина, или представительские могу только в ресторанах тратить? То есть, не получится, что я сейчас пойло и хавку на рабочее мероприятие за свой счёт куплю?

На той стороне в салоне авто возникла пауза, слышались только звуки сигналов от других машин. Но провисело молчание недолго. Обе мои собеседницы вдруг захохотали в полный голос. Капец, а? Нет, реально, все бабы — курицы тупые. Даже такие важные, как госпожа Каспарова и госпожа Решетова, директор департамента и генеральный директор консалтинговой фирмы. Вот что я сейчас такого смешного сказал? Задал вопрос по делу, сугубо практический. Эти же ржут как кобылы.

— Лёшка, — всхлипывает Алла Дмитриевна. — я ведь тебе говорила, что ты чудо? Так вот, ты самое удивительное чудо! Ты лучший. Если б не Ваня, я бы…

— Хватит уже смеяться, Ал, — останавливает подругу начальница, сама еле-еле успокоившаяся. — смотри на дорогу. А то опять поздороваешься бампером с каким-нибудь бедолагой, а потом будешь на него службу безопасности натравлять.

— Ты чего, Ань? Ты ж со мной тогда была⁈ — возмутилась госпожа Решетова. — Видела ведь, как он сам меня подрезал, а потом ещё и грубить начал. Да и не сильно-то его проучили. Даже до больнички дело не дошло. Просто поговорили, пристыдили, взяли обещание, что он так больше делать не станет.