Мой верный - Эмилия Грин

Я покачал головой. Экран айфона Левицкого засветился. Паша принял вызов.

— Маш, ты где? — он откинулся на спинку дивана, недобро прищуриваясь. — Не можешь пройти фейс-контроль? Сейчас разберемся! — сказав это, Паша отключился. — Мою Мышь не пропускают! — он зло ухмыльнулся. — Рожей не вышла для твоего элитного заведения!

Сделав знак Наташе, я попросил ее сгладить инцидент на входе и пропустить девчонку. Даже как-то неловко вышло, ведь я знал, что Маша помогает Сашке с кондитерской.

Вскоре помощница Левицкого подошла к нашему столу.

— Добрый вечер! — негромко поздоровалась она.

Я кивнул, непроизвольно отмечая ее нелепый наряд. Выглядела Маша так, будто сбежала из общества защиты животных Крайнего Севера — в бесформенном зеленом балахоне и штанах цвета хаки. Дополняли образ старомодные босоножки и джинсовый рюкзачок, болтающийся на плече.

— Павел Романович, — она деловито протянула Пашке какую-то пухлую черную папку. — Там все, что вы просили. Ну, я поеду? — Маша поправила съехавшие на нос очки.

— Спешишь? — внезапно поинтересовался он.

— Вообще-то… да, — настороженно подтвердила девчонка. — Сейчас нерабочее время, и у меня есть планы на вечер.

— И как зовут твои «планы»? — докапывался он.

— Павел Романович…

— М?

— Мне нужно идти.

— У тебя мужик-то есть?

Немая сцена. Девчонка вмиг побледнела, опуская глаза.

— Может, останешься? Я же вижу, как ты по мне слюни пускаешь, мышка!

И короночка — мой ополоумевший товарищ красноречиво посмотрел в сторону вип-кабинок. Ой, дура-а-ак.

— Вы пьяны, — еле слышно заметила Маша.

— Мышка, представь, что ты выиграла лотерейный билет. Пошли потрахаемся, пока я добрый? — приосанился этот идиот, оттягивая штаны в районе паха.

Я уже хотел вмешаться, но тут девчонка с чувством собственного достоинства произнесла:

— Павел Романович, будем считать, что я невезучая. В этом баре полно женщин — отдайте лотерейный билет кому-нибудь другому. Мне пора!

Приблизившись ко мне, она тихо шепнула:

— Вы только проконтролируйте, пожалуйста, чтобы он в таком состоянии не садился за руль? А то он может.

— Обязательно проконтролирую, Маша.

Девчонка ответила мне слабой улыбкой, явно не ожидая, что я назову ее по имени.

— И ты тоже этому уроду глазки строишь?! Мышка, да ты для него слишком страшная! Видела бы ты, какая у него жена! Тебе до нее… — Левицкий развязно заржал. — Не надумала еще со мной переспать?! Благотворительная акция закончится через три, два, один…

Маша с гордо расправленными плечами направилась к выходу.

— Ну и вали! Чемодан! Вокзал! Ты уволена! Слышишь, Мышь?! УВОЛЕНА!

Игнорируя его пьяные вопли, я догнал Машу около гардероба.

— Если все-таки уволит, устрою тебя к себе, — пообещал, чтобы хоть как-то сгладить идиотскую выходку своего проблемного дружка.

Девчонка вздохнула, поправляя очки.

— Не уволит. Он завтра даже не вспомнит, — произнесла она с горечью, теребя ручку рюкзака.

— Подожди, я договорюсь, чтобы тебя подвезли.

— Спасибо, но…

— Считай, это компенсация за моральный ущерб. За работу с ним тебе вообще положена надбавка как за вредные условия труда.

* * *

Приехав в аэропорт, в зале ожидания я набрал Саше сообщение:

«Я соскучился. Как вы?»

Вместо ответа любимая женщина прислала фотографию сопящих мордашек наших дочерей.

«Мы тоже соскучились. Сердце не на месте, когда ты уезжаешь…» — следом написала она.

«Скоро вернусь. Спи, пока они спят».

* * *

Полет прошел без происшествий, и поздно ночью я уже был в Сочи. Когда я вернулся, свет в доме не горел, и царила такая непривычная уютная тишина.

Открыв дверь в спальню, я подошел к двум розовым кроваткам. Вера и Люба крепко спали, причмокивая губами. На морском воздухе у девочек наконец нормализовался сон. Обернувшись, я увидел, что Саша тоже спит.

Присев на край кровати, я погладил ее по разметавшимся по подушке белокурым волосам. Некоторое время любовался женщиной, ради которой был готов перевернуть весь мир.

Вот он, мой дом — она и мои дочери. И нет на этой планете места теплее и уютнее, чем рядом с ними. Я знал это наверняка, потому что слишком долго был бездомным.

Я так и не понял, за что мне так повезло в этой жизни.

Спасибо.

Я вытащил из кармана телефон и, положив его на тумбочку, отправился в душ. Вернувшись в спальню, услышал тихую вибрацию.

— Артем, ты вернулся… — Саша сонно улыбнулась, переворачиваясь на бок.

Присев, она протянула мне мобильник. Любимая переменилась в лице, стоило ее взгляду упасть на дисплей.

— Тебе Дым звонит.

POV Александра

— Перезвонит, — Артем затянул пояс халата, присаживаясь рядом со мной на кровать.

Его щеки так непривычно покраснели, отчего он показался гораздо младше своего возраста. По глазам Темного я поняла, что он умышленно оставил телефон на тумбочке.

Я склонила голову набок, не разрывая зрительного контакта. Артем молчал. Давящая тишина, окутавшая нас, сгущалась. Внезапно муж прилег рядом со мной и положил голову мне на колени. Его глаза продолжали блуждать по моему лицу.

— Прости меня, Саша, — голос Артема дрогнул. Он выглядел абсолютно потерянным.

В каком-то материнском жесте я обхватила его лицо руками, прошептав:

— Уже давно простила.

В его глазах отразилось искреннее недоумение.

— Ты все это время знала?

— Я же ведьма, — высоко рассмеялась я. — Получала свою дозу мазохистского удовольствия, наблюдая, как ты мучаешься от чувства вины. — Я запустила пальцы в его жесткие волосы, слегка оттягивая их. Артем плотно сжал губы, внимая каждому моему слову. — Если бы в ту ночь, когда вооруженные люди ворвались в наш дом, там не было твоего человека… — Я резко выдохнула, стараясь абстрагироваться от травмирующих воспоминаний. — Вряд ли бы я сейчас здесь сидела.

Затянувшееся молчание раздуло в горле и без того тягучий ком. Я сглотнула, собираясь с мыслями.

— И когда ты узнала?

— За несколько дней до взрыва. Случайно увидела вас в городе. Сергей подвозил меня на встречу с подрядчиком. Я увидела твой автомобиль, хотела попросить водителя остановиться, как вдруг… Рядом с твоим затормозил еще один внедорожник, и оттуда вышел Дым.

Глаза Артема стали еще темнее.

— И ничего мне не сказала. Почему?

— Увы, жизнь редко похожа на сюжеты ванильных любовных романов. Жизнь — это ведь постоянная борьба и постоянный компромисс. Ты не идеал, да и я не идеальна. А вместе мы — просто два одиноких поломанных человека, которые отчаянно нуждаются друг в друге. Наверное, я выросла, раз начала понимать такие вещи.

— И ты меня любишь? После всего, что я сделал? — Артем выглядел абсолютно потерянным.

— Люблю. — По моей щеке скатилась одинокая слеза. — Еще как люблю…

Артем закрыл