Репортаж о докторе Зорге - Юлиус Мадер

Однако, доктора Зорге интересовали не только товары, которые Германия поставляла Японии, не только их количество и сроки отправки: данные о стратегическом сырье, экспортируемом Японией в фашистскую Германию, он использовал для проверки других сведений, полученных им. Таким пробным камнем служили, к примеру, срочно затребованные германской военной индустрией поставки каучука, вольфрама и олова. Это сырье предполагалось вывозить в Германию из Азии. В связи с этим следует напомнить о том, что говорилось в пункте Зв директивы верховного командования вермахта № 24 о сотрудничестве с Японией, изданной незадолго до нападения на Советский Союз: «Поставки каучука должны продолжаться и после вступления Японии в войну, поскольку являются для Германии жизненно важными».

От атташе военно-морских сил Веннекера доктор Зорге узнал также о боевом приказе командования военного флота от 14 ноября 1940 года. В этом приказе перечислялись все меры по обеспечению перевозок каучука морем даже после запланированного нападения на Советский Союз и утраты всех возможностей использования сухопутных транспортных средств. Среди прочего предусматривалось направить в Японию все германские торговые суда, находившиеся в то время в тихоокеанских портах, с тем чтобы загрузить их каучуком. В разговорах с капитанами и офицерами блокадопрорывателей «Оденвальд», «Бургенланд» и «Бенно» Зорге узнал дальнейшие подробности об этих стратегически важных транспортах, являвшихся, с недавних пор, составной частью фашистских планов войны против Советского Союза.

В той же степени, что и нехватка нефти, бедность Японии другими полезными ископаемыми во многом предопределяла планы агрессий, разрабатывавшиеся командованием сухопутных и военно-морских сил. Необходимость обеспечения военной промышленности сырьем привела в 1941 году к вторжению японских империалистов в тихоокеанские регионы. В течение непродолжительного времени им удалось завладеть в Юго-Восточной Азии

95 % мирового производства сырой резины,

90 % мирового производства хинина,

70 % мирового производства риса и

70 % мирового производства олова.

Намеченное японскими агрессорами направление удара отразилось и в распределении средств военного бюджета между видами вооруженных сил и родами войск, ибо в военных расходах империалистических государств как важной составной части бюджета постоянно находят свое отражение внешнеполитическая и военнополитическая концепции этих стран. И в дискуссиях по основным вопросам стратегии, развернувшихся между генеральным штабом сухопутных сил и главным штабом военно-морского флота Японии, чрезвычайно важное место занимали суммы из государственного бюджета и их распределение.

Никакие манипуляции японского правительства средствами государственного бюджета не могли ввести доктора Зорге в заблуждение. Ведь он знал, что финансирование военных приготовлений проводится не только за счет средств, отпускаемых по статьям чисто военного бюджета. К рассмотрению государственного бюджета он подходил с классовых позиций и ясно отдавал себе отчет в том, что статьи его расходов служили прежде всего интересам эксплуататоров, в конечном счете, их обогащению. Бюджет империалистического государства всегда служит инструментом перераспределения национального дохода в пользу господствующих классов. Не будет ошибкой предположить, что Рихард Зорге разбирался в финансах Японии лучше многих чиновников-бюрократов из финансового ведомства и подавляющего числа депутатов парламента. И в этой сфере он последовательно собирал и фиксировал важные факты, анализировал проекты государственного бюджета Японии, дебаты по ним в парламенте, а также политику расходования средств, проводимую правительством империи. Особое внимание при этом он отводил исследованию зависимости между агрессивными внешней и военной политикой Японии и их финансированием. В январе 1937 года Зорге указывал: «Регулярные ежегодные скачки от рекорда к рекорду начались после «маньчжурского инцидента» (обычное в Японии наименование нападения на Северо-Восточный Китай и аннексии территорий в Маньчжурии в 1932-32 гг. — Ю. М.). В том году расходы составили еще 1447 миллионов, в следующем они повысились уже до 1950 миллионов (позднее, в 1937-38 финансовом году — до 3041 миллионов иен — Ю. М.). Одновременно с увеличением расходов стал расти и государственный долг».[396]

Еще за два года до нападения Японии на Китай он писал о непомерно раздутом военном бюджете и, тем самым, о военных приготовлениях островной империи: «Третья острая проблема японской экономики — состояние финансов государства. И оно… вновь дало повод для беспокойства, так как в марте (1935 года — Ю. М.) был узаконен государственный бюджет с его огромным преобладанием расходов над доходами. Примерно 2200 миллионам государственных расходов, из которых почти половина уйдет непосредственно на содержание армии и флота, противостоят планируемые доходы в размере 1450 миллионов иен, так что государственный долг вновь возрастет на 750 миллионов иен».[397]

А в начале 1937 года доктор Зорге выразил свою солидарность с теми японцами, кто выступал против безудержного роста расходов на вооружения, подчеркнув: «Критика нового государственного бюджета со стороны общественности, в целом обоснованная, строится на различных аргументах. Во-первых, порицается постоянно растущее превалирование военных расходов. Не потому, что необходимость вооружаться ставится под сомнение; но, с одной стороны, полагают, что нынешние темпы роста вооружений выходят за пределы возможностей народного хозяйства страны; с другой же видят серьезную опасность в том, что экономические и социальные реформы, в свое время справедливо названные новым кабинетом Хирота не менее важными, чем вооружение, вновь полностью отодвинуты на задний план».[398] Одновременно Зорге предлагал в целях уменьшения быстро растущей государственной задолженности «резко сократить расходы, и прежде всего — расходы на вооружение».

Когда в конце марта 1940 года был обсужден и принят тот самый государственный бюджет, которому предстояло стать финансовой основой подготовки Японии к вступлению во вторую мировую войну, доктор Зорге вновь выступил с его критикой и со всей серьезностью указал на вырисовывающиеся опасности.[399]

Доктор Зорге не ограничивался периодическими исследованиями количественной стороны государственных расходов Японии, а вел их последовательно в течение длительного времени, параллельно уделяя много внимания распределению бюджетных средств между двумя основными видами вооруженных сил. Об этом свидетельствует нижеприведенная обзорная таблица прямых военных расходов Японии (см. след. стр.).

Явственно прослеживается общая тенденция роста военных расходов. После нападения Японии на Китай в 1937 году политика в области вооружений изменилась в пользу военно-морского флота, несмотря на проводившиеся в ходе агрессии крупномасштабные операции сухопутных войск. Преимущественное развитие военного флота продолжало сохраняться и в 1940 году, когда Зорге получил информацию о «Шестилетнем плане усиления армии и военно-морского флота». Этот государственный финансовый план также свидетельствовал о перестройке стратегии японского империализма с расчетом нанесения ударов с моря по территориям в Южной и Юго-Восточной Азии.

Разница в бюджете сухопутных сил и военно-морского флота на первый взгляд кажется незначительной. Однако, если учесть, что сухопутные войска Японии представляли собой миллионную армию, воевавшую в Китае уже на протяжении двух лет без перерыва, что неизбежно влекло за собой большие