Финал в Китае. Возникновение, развитие и исчезновение белой эмиграции на Дальнем Востоке - Пётр Петрович Балакшин

Посмотрим, кто во главе СОРО:

Ф.Л. Глебов. Главой организации должно быть лицо с абсолютно чистыми руками. Являетесь ли Вы таким? Где деньги, добытые трудом солдат и казаков в Корее? Где деньги, вырученные вами от продажи оружия и пароходов в Шанхае? Если вы говорите, что эти средства израсходованы на общественные нужды, то из каких источников вы приобрели себе „бординг-хауз“, автомобиль, скаковых лошадей? На какие средства вы живете последних 15 лет, если вы нигде не служите? Почему хорошо всем известный сексот М.И. Афанасьев до сих пор живет и вашем доме после того, как он был исключен из Общевоинского союза за работу в пользу советских агентов, выдавая им эмигрантские паспорта, и за растрату средств, собранных для беженцев из Советского Союза?

С.Н. Шендриков. Где деньги, украденные вами у семиреченских казаков?

Доктор Хохлачкин. Как можете вы, старый социалист-революционер с руками, окровавленными от ежедневных абортов, заботиться об общественных делах?

Н.Д. Меркулов. Вы погубили Приморскую область в России. Вы также погубили Шантунгскую провинцию.

С.С. Бергман. Вы – агент ГПУ, и ваш сын был депортирован из Циндао по распоряжению китайских властей как коммунист. Каким образом вы связаны с эмиграцией?

Русские люди! Близится двенадцатый час. Разве вы не чувствуете влияния провокационной деятельности известных секретных советских агентов, пытающихся подорвать ваши силы? Вы должны помнить, что даже такой безвредный хвастун, как Глебов, может стать опасным, если им умно руководит ловкий и беспринципный сексот, генерал Афанасьев, который действует исключительно по приказу местного ГПУ»[170].

Кампания вражды исходила из определенных кругов, связанных с шанхайскими фашистами и прояпонскими элементами. Эти группы ставили в вину СОРО и его главе, Глебову, что эта организация «была создана при поддержке Гоминьдана, и финансировалась еврейскими дельцами с целью захвата власти над русской колонией и устранения недостаточно удобного и послушного Русского эмигрантского комитета»[171].

У этих кругов были свои счеты с генералом Глебовым, в которых существенную роль играли прояпонские симпатии одних и прогоминьдановские симпатии последнего. С одной стороны, эти круги поддерживали главу Эмигрантского комитета К.Э. Мецлера, но поддерживали исключительно в силу взаимной вражды между ним и Глебовым. Когда последний сменил свои вехи с потерей гоминьдановского влияния в Шанхае и перешел в японский лагерь, сменили свои чувства также и недавно еще враждебные ему группы. Теперь свою кампанию вражды они направили исключительно против К.Э. Мецлера.

Расцвет русского Шанхая

Если в области общественно-политических организаций и происходили недоразумения, приводившие к выводу, что не все благополучно с русским Шанхаем, то самое поверхностное ознакомление с действительностью выявляло замечательную жизнеспособность русских эмигрантов, их своеобразную сплоченность, взаимную поддержку, трудоспособность, упорство в достижении лучших условий материальной и культурной жизни.

Общественно-политическая рознь, как правило, была делом незначительных по количеству, беспокойных, радикально настроенных групп и некоторых не в меру честолюбивых и властолюбивых эмигрантских вождей. Одни из них были прямыми виновниками и зачинщиками этих раздоров; другие были втянуты в них против своего желания.

Вдали от этих раздоров пребывала основная масса русской эмиграции, тридцать с лишним тысяч населения русского Шанхая, по разнообразию своего состава не отличавшегося от населения дореволюционного скромного губернского города и представлявшего все его слои, классы, сословия, профессии, степени культурного уровня.

Несмотря на эту тождественность, русский Шанхай отличался от своего прототипа разительной диспропорцией в некоторых слоях населения. Так, например, было в артистическом, медицинском и торговом мире.

Ни один русский город, с населением даже в два раза больше русского Шанхая, не насчитывал в своем составе свыше ста докторов медицины, зубных врачей и других медицинских работников. Еще большую диспропорцию можно было проследить в артистическом и торговом мире. Это можно объяснить тем, что русские врачи, артисты, предприниматели обслуживали не только русское население, но и весь четырехмиллионный город.

Школы

К началу тридцатых годов русских детей в Шанхае насчитывалось около 2000. Первая школа, Русское реальное училище, рассчитанное на 150 учеников, было открыто в 1921 году. Затем открылись Коммерческое училище, Свято-Андреевская церковно-приходская школа и женская гимназия при Лиге русских женщин, Русское морское училище и первый в Шанхае русский университет – Высшие коммерческо-юридические курсы.

Эти школы были основаны русскими общественными организациями и содержались почти целиком на средства русской колонии. Но этих школ хватало только на половину русских детей. Навстречу школьным нуждам русской колонии пошли власти Международного сеттльмента и Французской концессии. На территории последней весной 1931 года была открыта школа Реми исключительно для русских детей. Преподавание шло на русском и французском языках. Больше половины преподавателей были русскими педагогами. В том же году во Французской концессии для русских студентов был открыт Высший технический центр.

В трех школах Французской концессии из 750 учащихся было 550 русских, из которых половина являлись стипендиатами. Кроме того, русские дети учились в католических, частных французских и немецких школах. Во всех этих школах преподавался русский язык, Закон Божий, русская история.

В Международном сеттльменте из 350 школьников «Хайбури паблик скул» половина была русскими. В середине тридцатых годов в шанхайском университете «Аврора» проходили высшие курсы около 50 русских студентов.

В Шанхае существовал ряд вечерних школ, основанных русскими общественными организациями и частными лицами. Там предлагались всевозможные курсы от шитья и машинописи до бухгалтерии и скульптуры.

Медицинский мир

С первыми волнами русских эмигрантов в Шанхай попали военные врачи, служившие в белоповстанческих армиях. Затем стали прибывать врачи, практиковавшие во многих городах России, включая Петроград и Москву.

Основанное в 1922 году Общество врачей провело добровольную проверку документов своих членов, удостоверяющих их право на звание врача и медицинскую практику. В короткое время русские врачи завоевали себе репутацию добросовестных, наделенных высокой профессиональной этикой первоклассных врачей.

В их среде были мировые светила, известные хирурги, врачи-бессребреники. Некоторые из русских врачей зарабатывали сотни тысяч долларов в год. Но были врачи, которые не только не брали плату с неимущих, но и сами оплачивали в аптеках выписанные им лекарства.

Небольшая группа русских врачей во главе с Д.И. Казаковым основала госпиталь при Русском православном братстве. Врачам удалось заручиться денежной помощью муниципальных советов Международного сеттльмента и Французской концессии. Стали поступать пожертвования от частных лиц и организаций. За несколько лет число коек с 10 было доведено до 100. Были открыты отделение для душевнобольных, женское, туберкулезное отделение. Многие врачи добровольно оказывали бесплатную помощь больным в Русском госпитале.

Печать

С первых лет появления в Шанхае русских эмигрантов