Финал в Китае. Возникновение, развитие и исчезновение белой эмиграции на Дальнем Востоке - Пётр Петрович Балакшин

Русский спортивный кружок «Витязь», основанный в 1933 году, объединял молодые спортивные силы русского Шанхая. Кроме того, действовало гимнастическое общество «Русский сокол» и Русский теннисный клуб.

Из политических организаций существовали следующие.

«Крестьянская Россия», основанная в 1929 году, представляла организацию эсеров и входила в состав главного отдела в Праге. У нее была своя газета «Голос».

Дальневосточный отдел Всенародной партии националистов, открытый в Шанхае в 1929 году, являлся политическо-религиозной организацией, «положившей в основу нового освободительного движения священно-религиозное начало и наименовавшее его: извне России – священным Крестовым походом, а внутри России – Священным освободительным движением».

Это была своеобразная организация, сочетавшая формы чистейшего идеализма с насильственно-принудительными формами материализма, справленными немалой дозой наивности.

Организаторы и руководители Российской всенародной партии националистов рассчитывали на возможность религиозного воодушевления внутри страны, если начнется крестовый поход извне. К сожалению, после ознакомления на местах они скоро должны были разочароваться в своих надеждах на возможность религиозного воодушевления и объединения, а отсюда и выполнения Священного освободительного движения.

Убедившись, что божественно-одухотворенная идея объединить и сплотить людей на борьбу с советской властью на духовно-моральных принципах, имеющих в основе своей исключительно религиозное воодушевление, в действительной жизни неосуществима, у руководителей нового освободительного движения зародилась тогда идея «национализма в чистом виде».

В программе партии находились такие параграфы, как изъятие из русского языка таких слов, как «социализм» и «социалист», недопущение выхода ни одной народности из состава России, устранение классов и партий от участия в политической жизни России («Вся политическая жизнь национальной России будет выявляться через социально-профессиональные союзы») и т. д.

Шанхайский отдел Союза мушкетеров, основанный в 1930 году по примеру Харбинского союза, являлся полувоенной организацией молодых людей. В Шанхае состав его был около 150 человек.

В Шанхае также существовал отдел европейского органа младороссов, политическая платформа которого проповедовала восстановление в России монархии и сохранение системы коммунистических советов.

В Шанхае существовало несколько разрозненных фашистских кружков. Прибытие в 1934 году А. Вонсяцкого, главы небольшой фашистской группы в Соединенных Штатах, вызвало в них большое оживление не столько на политической, сколько на материальной почве. Интерес их не шел дальше попытки получить от Вонсяцкого средства. (В эмигрантских фашистских кругах Вон-сяцкий славился не столько как вождь фашистской организации, сколько как муж американской миллионерши.)

Японские власти, как это было вначале и в Харбине, оказывали фашистским группам поддержку в надежде использовать их в своих целях.

В фашистских группах правил дух нетерпимости, антисемитизма и враждебности по отношению к аполитичной массе эмигрантов. Выступления эмигрантских фашистских деятелей на собраниях и в печати обычно носили погромно-демагогический характер и были не менее вредны для русской колонии, чем деятельность демагогов и провокаторов из советского стана.

Стремление к централизации

Характерной чертой русских общественных, военных, политических и корпоративных организаций во всем эмигрантском рассеянии является их параллелизм. Если основывается общество ветеранов, то тотчас же основывается и общество инвалидов, хотя эти организации, служащие одним и тем же интересам, принесли бы больше пользы, если бы слились вместе в самом начале своего возникновения.

В этом отношении русский Шанхай с его многочисленными общественными, военными и политическими организациями не составлял исключения. Наоборот, он еще больше подчеркнул эту особенность русской эмиграции, причиной которой были не столько индивидуализм русского эмигранта, сколько честолюбие эмигрантских вождей, их непреодолимое желание играть роль, не сходить с командных должностей.

Дробление общественных сил эмиграции давно подсказывало необходимость создания одной правовой, авторитетной организации, которая представляла бы русскую колонию и защищала ее интересы.

Весной 1924 года китайское правительство признало Советский Союз. Бюро по русским делам было закрыто, а здание российского консульства передано советским консульским представителям.

По инициативе доктора Д.И. Казакова, председателя Русского православного братства, состоялось совещание русских эмигрантских организаций в Шанхае по вопросу о правовом положении эмигрантов. Избранная комиссия под председательством В.Ф. Гроссе выработала положение о Комитете защиты прав и интересов русских эмигрантов в Шанхае.

Председателем Комитета был избран В.Ф. Гроссе, а вице-председателем Н.А. Иванов. Новая эмигрантская организация стала называться Белым консульством.

Комитет защиты прав был организован не на основе выборов, а по принципу личного подбора состава.

На первых порах Комитету пришлось потратить много времени по делу генерала Н.С. Анисимова, который с группой лиц в 450 человек вышел из подчинения генералу Ф.Л. Глебову, захватил один из русских кораблей, «Монгугай», и ушел во Владивосток. Это был первый случай массового возвращения русских эмигрантов в Советский Союз, оставшийся незамеченным за пределами Шанхая.

С момента возникновения Комитета защиты прав у него возникли недоразумения с некоторыми эмигрантскими группами и их деятелями. В этих недоразумениях, прежде всего, сказалось столкновение гражданской и военной власти, то есть В.Ф. Гроссе, бывшего российского генерального консула, и Ф.Л. Глебова, главы большой военной группы, прибывшей из Приморья.

В 1925 году Комитет защиты прав был реорганизован и в его состав вошли председатели всех русских общественных организаций. Он стал объединенным органом русских эмигрантских организаций и полномочным представителем русской колонии Шанхая, признанным властями Великого Шанхая, Международного сеттльмента и Французской концессии.

Углублявшиеся разногласия вылились наконец в полный разрыв в 1926 году, когда на заседании Русского благотворительного общества под председательством К.Э. Мецлера было выражено недоверие большинству правления Комитета. В ответ на это В.Ф. Гроссе вышел из Комитета защиты прав и организовал Русский эмигрантский комитет и благотворительную организацию «Помощь».

В Шанхае, таким образом, появилось сразу две правовые организации, претендовавшие на представительство русской колонии, и две крупные благотворительные организации. Председателем Комитета защиты прав был избран Н.А. Иванов, а В.Ф. Гроссе возглавил Русский эмигрантский комитет.

В 1929 году Комитет защиты прав был вновь реорганизован, пополнен новыми людьми и придан Русской национальной общине, во главе которой стоял староста общины, капитан 1-го ранга Н.Ю. Фомин.

В октябре 1931 года В.Ф. Гроссе умер и председательство в Русском эмигрантском комитете перешло к К.Э. Мецлеру.

Многие ставили в вину В.Ф. Гроссе то, что он продолжал считать себя генеральным российским консулом, хотя консульства уже не было. Другие обвиняли генерала Ф.Л. Глебова в создании искусственных разногласий.

Деление русской колонии и существование двух соперничающих организаций продолжало привлекать внимание эмигрантской массы, желавшей создать один авторитетный орган для всего русского Шанхая.

В 1932 году состоялось многолюдное собрание представителей почти всех русских общественных организаций, на котором было решено создать Совет объединенных русских организаций (СОРО).

В состав правления СОРО вошли представители 36 организаций, среди которых были такие, как Общевоинский союз, Медицинское общество, объединение осетин Шанхая, пять казачьих станиц, русская секция Еврейской религиозной общины, Союз служащих кабаре и т. п. После первых выборов быстро последовали перевыборы, на которых председателем СОРО был