Социальное дистанцирование. Национал-куколдизм как кровоизъявление - Олег Владимирович Кашин

И, наверное, мне все же не стоит как-то особенно радоваться тому, что я разгадал Кожина – Кожин тщеславен, и он сам разбросал по всей своей свадебной истории множество подсказок, чтобы кто-нибудь любопытный нашел разгадку и порадовался за старика. Будь на месте Кожина кто-то более закрытый, мы бы так и не узнали его имени – как мы не знаем множества других имен. Раньше в светской хронике было принято писать «такой-то со спутницей», теперь новое поколение «спутниц» существует как бы само по себе, и публичность каких-то эпизодов, каких-то имен – это как раз редкое по нашим временам исключение. Так было с Кожиным, так же было с Песковым, о подробностях личной жизни которого мы узнали благодаря нетипично разговорчивой брошенной жене, которая, как изящно сформулировали в «Татлере», поскользнулась на олимпийском льду. Наверное, публичность Кожина и Пескова – это такая своего рода оттепель, Путин своим разводом если не снял, то слегка сдвинул табу, и самые смелые и тщеславные теперь тоже могут публично уходить от старых жен и демонстрировать публике новых.

Но это именно единицы. Я, когда искал жениха певицы Бословяк, много времени провел в инстаграмах невесты и ее подруг и друзей, кто-то даже оказался общителен, и обороты типа «раньше у нее губернаторы были» о ком-то из девушек того круга в переписке со мной эти люди употребляли совсем не обличительно, скорее восторженно. Или еще: «Ей быстро нашли жениха из лояльных», или даже «она депутат следующего избирательного цикла»; этот мир всегда разговаривал на своем, смешном с нашей точки зрения языке, но до сих пор в том языке не было выражения «избирательный цикл», а теперь есть.

Клуб «Рай» переместился к Охотному ряду и к Белому дому; попробую осторожно, чтобы не навредить личному знакомству, рассказать про одну свою старинную приятельницу – она мне ровесница, то есть сейчас ей тридцать четыре, и недавно в ее фейсбуке я увидел, как ее кто-то спрашивает, где она работает, и она с гордостью отвечает – в правительстве Российской Федерации. Пришла к успеху; она как раз всегда была «из клуба Рай», но с самого начала немного старше принятого в нем возраста, потому что самые интересные с точки зрения «Рая» годы прожила в своем родном городе далеко к востоку от Урала, родители в шестнадцать лет отдали ее замуж за местного бандита, и в Москву она переехала позже, чем могла бы, только когда мужа убили. Мы с ней вместе делали один смешной проект на ее деньги, и ее интересом, она этого не скрывала, было как раз найти себе нового мужа – это середина нулевых, тогда у девушек еще были такие приоритеты; мне было бы интересно посмотреть, чем она занимается в правительстве – может, составляет списки контрсанкций?

***

Поищите, кстати, клип «Кофе с перцем» – это была зима 2002 года, по всей Москве висели билборды, рекламирующие презентацию этого клипа. За сутки до назначенной даты в газетах написали о гибели человека по прозвищу «Костя Пекинский» – он имел какое-то отношение к гостинице «Пекин», поэтому его звали «Костя Пекинский», и вот его расстреляли возле больницы, в которой он лечился после предыдущего покушения. Презентация клипа не состоялась, и о певице мы тоже ничего и никогда больше не слышали, потому что, оказывается, она была девушкой того Кости. Где она сейчас, что с ней? Но то – 2002 год, почти девяностые. Сейчас у нас все гуманнее, и если представить, что завтра отменят концерт какой-нибудь загадочной певицы, то разгадку надо будет искать не в криминальной хронике, а в политических новостях – кто ушел в отставку, против кого возбудили уголовное дело, у кого еще какие-то неприятности. Каждому времени – свой кофе с перцем.

***

Еще раз напомню, что вы сейчас читаете не статью, а описание статьи, которая никогда не будет написана. Эта статья, если бы я ее написал, никого бы не обличала, права судить кого-либо у нас нет. Человек во все времена устроен так, что он прежде всего хочет, чтобы ему было хорошо, а что такое хорошо в данный исторический момент – это уже не от человека зависит, а от внешних обстоятельств, созданных в любом случае не нами. Система общественных отношений, где существуют девушки, у которых основной капитал – молодость и красота, – эта система вечная и, вероятно, непобедимая. Картину «Неравный брак» все видели еще в детстве. Даже в неприличном глаголе «насосала» можно обнаружить, по крайней мере, нейтральную интонацию – ну да, извините, если таким словом описывается единственный доступный способ достижения успеха, что тут поделаешь? В ситуации, когда нет никаких социальных лифтов, кто может осуждать людей, сооружающих собственные социальные лифты из того, что у них есть? В идеальной России «курицы» учились бы в университете или выходили бы замуж за честных трудящихся парней, но что делать, если Россия не идеальная, а такая, какая есть? Первую часть ответа на этот вопрос мы получили еще в нулевые, когда популярным медиагероем стал «Петр Листерман» со своей философией «мохнатого золота» (из тех же времен – более академический термин «нетарифная проституция», введенный, кажется, Боженой Рынской), вторую часть ответа мы получаем сейчас – да, вполне естественно, что в условиях монополии государства на все существующие богатства основным и, наверное, единственным потребителем «мохнатого золота» также становится государство. Глянцевый штамп десятилетней давности – «выйти замуж за олигарха» как формула максимального успеха для девушки, – он ведь давно утратил всякий смысл, потому что олигарх это кто, Михаил Прохоров? Нет, теперь успех – это «выйти замуж за Кожина». Вроде бы идея та же, но есть нюансы.

Государство – это в любом случае государство. Это власть, это федеральный бюджет, это кадровые назначения, это решения, влияющие на жизнь миллионов людей. «Куриц» уже много, завтра их будет больше, послезавтра еще больше, и уже можно говорить о социальной группе, которая по всем правилам общественного развития будет отвоевывать себе и власть, и собственность, и медийность. Мы уже видели депутатов Госдумы из этой социальной группы, мы найдем ее представительниц и в шоу-бизнесе, и в телевидении, и много где еще вплоть до пресловутого «Оборонсервиса». Рано или поздно кто-нибудь из «куриц» станет губернатором или министром, а когда-нибудь их дети, тайно нажитые от пожилых выпускников юрфака ЛГУ им. Жданова или от ветеранов госбезопасности,