После развода. И даром не нужен - Елена Владимировна Попова

быть спокойна за свое благосостояние. Сам знаешь, что, когда мы с тобой познакомились, этот дом был совершенно не таким, каким является сейчас. Да, ты купил его до брака, но здесь были пустые стены. Мы вместе в него вкладывались, вместе строили третий этаж, облагораживали территорию, поэтому считаю, что будет честно, если в брачном договоре мы укажем мою долю».

Я согласился. На тот момент у меня даже мысли не было, что мы однажды разведемся и будем делить имущество. Она вырастила моего сына, родила дочь, мы вместе занимались бизнесом, воспитывали детей, обустраивали дом, много путешествовали. Казалось, что еще нужно для полного счастья?

Я никогда не смотрел на других женщин. Меня полностью устраивала моя жена: образованная, умная, идущая к своей цели. Она прекрасная мать и отличная хозяйка. Но полгода назад я познакомился с женщиной, которая с первой же нашей встречи поселилась в моих мыслях. Я постоянно думал о ней. Ее бархатный голос звучал в моей голове. Ее движения, взгляд, походка — завораживали.

В прошлом Оксана тоже танцовщица, как и Маргарита, мать Глеба. Не знаю почему, но я всегда был падок на них. Грациозные, худенькие, хрупкие, с идеальной осанкой, тонкой шеей, изящными кистями. В них есть какая-то особая магия.

 

Глава 8

 

Александр

 

В Маргариту я тоже был по уши влюблен. Когда она выступала на сцене, я смотрел на нее как на богиню красоты и гордился тем, что она моя девушка. Когда она забеременела Глебом, я не находил себе места от счастья. Думал: поженимся, создадим семью. На тот момент я уже успел открыть свою первую клинику, взял кредит и купил недостроенный дом, которым планировал всерьез заняться. Надеялся, что мы будем жить в нем долго и счастливо.

Но «богиня» решила избавиться от ребенка и отдать предпочтение карьере... Маргарите не нужна была семейная жизнь в загородном доме. Она ясно дала понять, что сцена и балет — это все, что ей нужно для счастья. Я кое-как уговорил ее не делать аборт. После родов забрал сына, и первое время надеялся на то, что Марго одумается и приедет к нам. Но этого не произошло.

Позже в моей жизни появилась Ирина. Точнее, она сначала появилась в моей клинике. Я сразу понял, что у этой девушки железный характер и большое сердце — стоило только понаблюдать за тем, как она обращалась с моим сыном. Ира четко знала, чего хочет от жизни. Усердно шла к своей цели, быстро всему обучалась, ни под кого не прогибалась. Она находила инвесторов, спонсоров, с которыми позже знакомила меня, и благодаря ее стараниям бизнес стремительно пошел в гору. Стало очевидно, что рядом с такой женщиной я многого добьюсь, и она может стать матерью для моего сына.

Я выбросил из головы все мысли о Маргарите, с головой ушел в карьеру, мы достроили дом, переехали туда, к тому моменту уже родилась Даша и... хотелось бы закончить словами «Жили мы долго и счастливо», но, увы. После того, как я встретил Оксану, моя жизнь разделилась на «до» и «после».

Я понимал, что многим рискую, вступая в отношения с ней, но ничего не мог с собой сделать. Эта женщина сводит меня с ума одним своим присутствием. Я не могу назвать свои чувства временным помешательством, страстью, или же безумием. Это нечто большее. То, без чего я не могу и дня прожить. Жаль только, что Ирина обо всем узнала именно сейчас, и именно таким нелепым образом. Я хотел поговорить с ней обо всем, но позже. Например, летом. Когда новый медицинский центр начнет набирать обороты и приносить прибыль. Пока что от этого проекта одни убытки‚ поэтому мне никак нельзя терять такого специалиста как Ира. После раздела имущества ей достанутся три клиники, а также все ее пациенты, которых, к сожалению, не получится поделить поровну... Отчетливо понимаю, что многие пациенты пойдут за ней.

Да, я очень виноват перед Ирой, но все же попробую поговорить с ней сегодня. Мне нужно, чтобы она пошла мне навстречу: отложила раздел имущества и поработала на прежнем месте хотя бы до лета.

 

Спустя три часа

 

— Глеб, у тебя что-то срочное? — зажимаю телефон между плечом и ухом, и продолжаю разгребать рабочие документы.

— Она обо всем узнала? — спрашивает сын.

— Да. Она поняла, что ты не был дома, и не приводил туда никакую Оксану.

— Ну ты бы хоть что-нибудь раскидал в моей комнате. Расправил бы кровать, что ли. Если честно я думал, что ты сам догадаешься создать видимость что я был дома.

— Поздно уже говорить об этом, — вздыхаю я, откладываю документы и устало растираю переносицу. — Я так понимаю, она звонила тебе. Спрашивала, зачем ты меня прикрывал?

— Ха, — усмехается сын, — не звонила, а приезжала. Только что разошлись с ней.

— Приезжала? — резко оживляюсь я. — О чем вы с ней говорили?

— Пап, я ей все в лицо высказал. Какая теперь разница, вы же все равно разведетесь. Может, я вообще больше с ней не увижусь. Хотел, чтобы она знала, что я в курсе всего, что она сделала. Я и так полгода терпел, хватит. Сказал все, что о ней думаю, и ушел, не дав ей возможности оправдать свой гнилой поступок.

— Глеб! — плотно сжимаю губы. — Да ты хоть понимаешь... — резко замолкаю, чтобы из моего рта не вырвался отборный мат.

Я вне себя от ярости. Какого черта он влез?! Все, что я наговорил Глебу об Ирине — неправда. Я был вынужден это сделать, когда он застал меня с Оксаной. Мне нужно было, чтобы сын встал на мою сторону, а не побежал рассказывать Ире о том, что у меня есть любовница.

 

Глава 9

 

Александр

 

— Что конкретно ты ей сказал?! — стиснув челюсти, еще раз спрашиваю Глеба.

— Что это из-за нее я столько лет не видел родную мать.

— Я так понимаю, ты рассказал ей о нашем с тобой разговоре... — вздыхаю я.

— Нет, я просто сказал, что знаю правду. Какая ей вообще разница, кто мне это сказал? Ладно, у меня пара идет. Мне нужно идти. А, погоди! Можешь мне денег закинуть?

— Еще?

— Да, мне надо на это... кросы новые хочу. Закинешь?

— Куда ты дел деньги, которые я тебе два дня назад перевел? Опять