После развода. И даром не нужен - Елена Владимировна Попова

— Нет, конечно, — фыркает сын. — Я же сказал, что завязал с этим. Мне что, кросы нельзя купить?

— Еще раз спрашиваю, куда ты дел деньги, которые я тебе перевел? Их хватило бы не на одни кросы!

— Монитор новый купил, — огрызается он. — Все, допрос окончен? Или тебе фотку монитора с чеком скинуть?

— Глеб‚ если я узнаю, что ты опять играешь на ставках, то...

— Что за вечное недоверие? — перебивает он. — Ну, поиграл на ставках, залез в долги, с кем не бывает? Я понял, что все это разводняк и давно уже завязал.

— Надеюсь! — строго изрекаю я. — Не забывай, как я полгода назад покрывал все твои долги. Все, иди на пару. Сейчас закину тебе на кросы. А ты это... Ире не говори, что это я тебе рассказал правду. Мы собираемся разводиться. Не хочу, чтобы она со злости начала вставлять палки в колеса. Ты прекрасно знаешь, что она может пойти по головам.

— Ок, договорились.

С тех пор, как Глеб застукал меня с Оксаной, мне приходится буквально плясать под его дудку: крыть долги, переводить деньги на все его нужды. Два года назад, когда он переехал в Ярославль, я отказался его спонсировать. Так и сказал: раз уехал от нас, значит, учись сам зарабатывать и обеспечивать себя.

— Я уехал не от вас, а от тебя, — прорычал он. — Потому что хочу свободы, ясно? Ты запрещаешь мне гулять до сколько хочу, играть в компьютерные игры, настаиваешь на том, чтобы я поступил в медицинский и пошел по твоим стопам. А ты спросил, чего я хочу? Мама, в отличие от тебя, адекватно смотрит на многие вещи. Она тоже врач, но не толкает меня в медицину, так как понимает, что родители не должны решать за детей, кем им нужно стать в будущем. И до тебя это пытается донести, но ты стоишь на своем.

Напоследок бросил с усмешкой:

— Занимайся воспитанием Даши. Делай из нее стоматолога, проктолога, психолога — кого угодно, а я поживу пока у Маргариты. Без твоего контроля, который мне уже по горло.

— То есть, по-твоему, лучше жить с той, которая тебя бросила? А о матери ты подумал? Ты только представь, что она чувствует. Она тебя с пеленок растила как родного сына, а ты уходишь к Маргарите, которой гастроли были важнее тебя.

Я понимал, что сын сбегает из дома из-за моего строгого отношения к нему. Ему захотелось свободы. Что ж, я дал ему эту свободу. Но оставил без денег, решив, что скоро он запоет по-другому и вернется.

Вот только домой Глеб не торопился. Ему прекрасно жилось без моего надзора. Так прекрасно, что скатился в учебе, стал зависать в компьютерных клубах, шататься до утра. Потом связался с компанией старшекурсников, которые его подсадили на эти долбаные ставки, и он залез в долги. Маргарита вообще не следила за ним. Откуда ей знать, как воспитывать парня-подростка, если она никогда в жизни этим не занималась.

Полгода назад Глеб стал поговаривать о том, что хочет вернуться домой. Я решил, что он наконец-то одумался. Понял, что жить со мной и Ирой куда лучше, чем с балериной, которая ничего ему в жизни не даст, и ничему не научит. Ну, разве что, может показать ему, как нужно скакать в пуантах. Больше она ничего не умеет. Мы с Ирой начали искать учебное заведение, куда он смог бы перевестись, готовились к его возвращению. Но... я не думал, что он вернется домой так внезапно.

В тот день Ира с Дашей уехали в поселок на юбилей тещи. А я впервые привел в наш дом Оксану. Она сразу дала понять, что не относится к тем девушкам, которые шатаются по гостиничным номерам. Я намек понял и повез ее к себе домой. Мы прекрасно провели время, затем вместе отправились в душ, а когда вышли из ванной комнаты... встретились со свирепым взглядом Глеба. Он сжал кулаки, оглядел Оксану, которая стояла в халате Ирины, прошипел мне в лицо «Мразь!», и быстро спустился на первый этаж. Я бросился за ним.

— Подожди, я тебе все объясню!

— Что объяснишь? — кричал он на весь дом. — Что таскаешь баб, пока мамы и Дашки нет дома? Даже не надейся, что они об этом не узнают. Я сейчас же позвоню и расскажу о том, чем ты здесь занимаешься.

— Глеб, пожалуйста, выслушай меня. Я...

— Да пошел ты! — выплюнул он, и, зайдя в комнату, хлопнул дверью перед моим лицом.

Я был в полной растерянности. Не знал, что делать. Хватаясь за голову, широкими шагами ходил по гостиной и ждал, пока Оксана оденется на втором этаже. Затем вызвал ей такси и, собравшись с мыслями, вошел в комнату сына. Он сидел на кровати, прижав к уху мобильник.

— Мать трубку не берет, — поднял на меня взгляд, полный глубокой ненависти и злобы. — Но ты не переживай, она сегодня же обо всем узнает.

— Для начала спроси у меня, почему я нашел другую женщину, — проговорил я, пристально глядя на сына.

— Да мне плевать на это, — усмехнулся он. — Ты изменяешь матери в нашем доме. Твоя любовница расхаживает в ее халате. И ты правда думаешь, что мне интересно, почему так вышло?

Я сел рядом с ним, но он тут же вскочил с кровати, отошел к столу, и указал мне на дверь.

— Выйди из моей комнаты! Ты предал мать, а значит, предал всю семью!

— Да если б не она, то ты бы рос со своей биологической матерью! — выпалил я первое, что пришло на ум.

— В каком смысле? — резко нахмурился Глеб.

— Я сам недавно узнал об этом, — вздохнул я.

Глава 10

Александр

— Что это значит? — спросил тогда Глеб. — Можешь нормально объяснить, почему мама виновата в том, что я рос не со своей биологической матерью?

И мне пришлось врать ему дальше. Да, я понимал, что выставлю Ирину дрянью, которая разлучила Глеба с родной матерью, но у меня не было вариантов. Точнее, были: либо Глеб расскажет Ире о том, что я приводил в дом любовницу, либо он ее возненавидит и встанет на мою сторону. И второй вариант мне был куда