После развода. И даром не нужен - Елена Владимировна Попова

не ты, то отец остался бы с моей матерью. Это ты разлучила меня с ней, ты! — кричал он, стоя на крыльце колледжа. — Приехала из глухомани в Москву и решила хорошо здесь устроиться? Пришла работать в клинику отца и быстренько залетела от него, пока моя мать была на гастролях.

У меня аж дар речи пропал, когда услышала это. Не могла сложить буквы в слова.

— Серьезно думала, что правда никогда не вылезет наружу? — прожег меня злобным взглядом. — Надеялась, что никто не узнает о том, как ты не пускала на порог мою мать и как угрожала ей?

— Что за бред?! — взорвалась я. — Это она тебе так сказала? А отказаться от родительских прав тоже я ее заставила?

— Какая разница, кто мне это сказал, — прошипел, пристально глядя в глаза. — Главное, что я теперь все знаю. И никогда тебе это не прощу. Жаль, что я узнал об этом только полгода назад.

— Поехали к Маргарите! — схватила его за руку, но он тут же ее отдернул.

— Не трогай! — процедил сквозь зубы и с брезгливым видом оттряхнул руку, как будто прикоснулся к чему-то очень противному. — У меня пара начинается. — Он открыл дверь колледжа, напоследок презрительно посмотрел на меня и добил словами: — Я рад, что у отца есть другая. И что он счастлив с ней.

Я еще некоторое время неподвижно стояла на крыльце и отрешенным взглядом смотрела на дверь, за которой он скрылся. Не могла пошевелиться. Было такое чувство, что его слова словно пули насквозь прошили мое тело и душу. Первой мыслью было поехать к Маргарите, но я понятия не имею, где они с Глебом живут. Телефона ее тоже у меня нет.

Ушла в машину, опустошила бутылку воды, посидела в полной тишине, подумала хорошенечко, и решила: я устрою очную ставку! Маргарита, Глеб, я и Саша. Я соберу всех. И пусть Маргарита, глядя мне в глаза, расскажет о том, как ее не пускали на порог и запрещали видеться с сыном. Эта женщина ни разу не сказала мне элементарное «Спасибо». За все время она не удосужилась выдавить из себя эти семь букв, чтобы хоть как-то отблагодарить меня за то, что я столько лет растила ее сына. За то, что он с отличием окончил девять классов, вырос крепким, здоровым, спортивным, умным парнем, у которого вся стена в комнате увешана грамотами и дипломами. У которого на полках висят медали и стоят кубки за высокие достижения в спорте. Ни разу она не пришла и не сказала мне «спасибо», за то, что я вырастила его таким. За то, что любила его как родного и всю жизнь во всем поддерживала.

Я не нуждалась в ее благодарности. Каждый действует по своей совести. Но я никак не могла подумать, что эта женщина посмеет настраивать Глеба против меня. Я была уверена в том, что два года назад он сбежал из дома из-за Сашиного строгого надзора. Скорее всего, изначально так и было, потому что как только Глеб переехал в Ярославль, то сразу расслабился: скатился в учебе, стал пропадать в компьютерных клубах, связался с плохой компанией старшекурсников, которые подсадили его на ставки, он стал занимать деньги у кого попало.

Я много разговаривала с ним, объясняла, что он скатится в пропасть, если будет продолжать такой образ жизни. Полгода назад он, видимо, тоже это понял, захотел вернуться домой, но... почему-то очень резко передумал. Маргарита не захотела его отпускать и наговорила ему про меня эту чушь? Что ж, тогда я ее за руку притащу на встречу с Глебом и Сашей. Пусть даже не надеется на то, что я это так просто проглочу. Я заставлю ее за все ответить!

Приехав в Москву, собираюсь сразу заскочить в клинику, чтобы забрать из кабинета свои вещи, но решаю сделать это завтра. На сегодня с меня уже хватит. Нужно оставить силы на разговор с мужем. Завел любовницу? Ну так пусть катится к ней, никто держать не будет. Только прежде, чем уйти из семьи, он просто обязан вместе со мной поговорить с сыном, и рассказать ему, как все было на самом деле. Я все равно не отступлю. По головам пойду‚ чтобы восстановить справедливость. Заезжаю в гараж, выхожу из машины, поднимаюсь по ступенькам крыльца, и тут из дома выбегает Даша.

— О, мам, привет! — целует меня в щеку и трясет учебником. — Я до Маринки в соседний дом. Нам нужно с алгеброй разобраться. Не закрывай тогда. Я минут на десять всего.

— Хорошо. Ты ужинала?

— Ага, — выкрикивает, подбегая к калитке. — Там апельсиновое печенье на столе, только испекла. Попробуй обязательно.

Вхожу в дом, в котором кружится аромат выпечки, и слышу, как Аркадий с выражением рассказывает стихотворение, которое он выучил с Дашей.

— Белеет парус одинокий, в тумане моря голубом. Что ищет он в стране...

Резко переключается на другую тему.

— Алиса, включи музыку.

— Какую музыку будем слушать? — спрашивает колонка.

— Ой, как хорошо-о-о, — протягивает Аркаша. — Кубничку будешь?

— Спасибо, но у меня совсем нет аппетита.

— Чьи такие ножки?

— Мои, чьи же еще?

«О-о, как меня уже достали эти ножки», — закатываю глаза.

Пока Аркадий общается с Алисой, я иду в спальню, переодеваюсь, и, спускаясь на первый этаж, слышу стук в дверь.

«Даша ключи не взяла?» — предполагаю я, открываю дверь и во все глаза смотрю на здоровенного бритоголового мужика.

— Исаева Ирина? — спрашивает он.

— Добрый вечер! — выпрямляюсь я. — А вы кто, простите?

— Я по поводу вашего сына Глеба Исаева, — расправляет широкие плечи, обтянутые черной кожанкой. — Он дома?

— Какая цель вашего визита?

— Ваш Глеб задолжал мне, — со вздохом произносит он и оглядывает коридор. — Смотрю, вы не бедствуете‚ кудряво живете... А что ж тогда сын ваш никак не может рассчитаться с долгами?

— Этот вопрос нужно задать ему, — скрещиваю на груди руки и поднимаю голову. — Если надеетесь, что я дам вам денег, то сильно ошибаетесь.

— Тогда как вы предлагаете решить наш вопрос?

— Наш? — усмехаюсь я. — Лично у меня с вами никаких вопросов нет. Советую вам забыть дорогу в наш дом, так как Глеба вы здесь все равно не найдете. Он