После развода. И даром не нужен - Елена Владимировна Попова

— Когда ты уехал к Маргарите, Ира очень рассердилась. Она места себе не находила. Однажды вечером она поделилась своими эмоциями с подругой, и я случайно услышал этот телефонный разговор.

— Что она сказала? — напрягся Глеб.

— «Надо было придушить эту Марго, когда она приезжала к нам домой», — усмехнулся я, делая вид, что цитирую слова Иры. — Затем на эмоциях рассказала о том, что Маргарита искала встречи с тобой, когда тебе было около трех лет. Оказывается, твоя родная мать не раз приезжала к нам домой, но Ира не пускала ее на порог и запрещала видеться с тобой. Ира ей ясно дала понять, что у меня уже другая семья, что у нас растет дочь, и что Маргарите тут не место.

Я развел руками и с досадой взглянул на сына.

— Глеб, я не знал, что Маргарита одумалась и захотела вернуться к нам с тобой. Я думал, что она пропала с концами на своих гастролях. Но все оказалось совсем не так. Она приезжала сюда, хотела увидеть тебя, но Ира ее прогоняла. И знаешь, Ира так спокойно говорила об этом, словно ничего не случилось. Всего-то не дала родной матери увидеться с сыном. Еще сказала, что она правильно сделала, что не подпустила к тебе Маргариту, потому что та не вырастила бы тебя таким, каким вырастила она.

— То есть... Маргарита пыталась увидеть меня, но мама... — пробормотал Глеб и медленно опустился на кровать.

— Я понимаю, что Маргарита слишком поздно одумалась. Но все же она искала встречи с тобой. Ира могла бы мне об этом сказать, но она молчала все эти годы, а я считал, что родная мать, как бросила тебя после родов, так и не вспоминала о твоем существовании.

— Почему Маргарита не пошла к тебе? Могла бы узнать, где ты работаешь и все такое.

— Не знаю, почему ей хватило разговора с Ирой. Хотя, чему удивляться? Ира умеет очень конкретно разговаривать с людьми. Помнишь, я тебе рассказывал, как она строила рабочих, которые делали в этом доме ремонт? Все ходили по струночке. Поэтому и Маргарите могла наговорить чего угодно.

Про рабочих я не соврал. Ира действительно быстро поставила их на место, когда увидела, как они халтурили, укладывая плитку.

— Я понимаю, что она испугалась тогда, — положил руку на плечо Глеба. — Подумала, что мы с Маргаритой снова сойдемся, и что я брошу ее с Дашей. Но так или иначе она не должна была скрывать от меня приезд Маргариты. Я очень сильно любил твою биологическую мать, и, возможно, если б Ира не вмешалась тогда, то я бы простил Марго и все сложилось бы совсем по-другому.

— Почему Маргарита мне об этом не рассказывала?.. — задумчиво произнес Глеб.

— Не знаю... Скорее всего решила, что ты не поймешь, почему она спасовала перед Ирой, сдалась и не стала за тебя бороться. Наверное, чувствует свою вину перед тобой.

— Вы все время твердили, что родная мать бросила меня и никогда не интересовалась моей судьбой, — отрешенно глядя перед собой, хрипло проговорил Глеб. — Когда я познакомился с ней, сразу подумал, что она вполне нормальная, адекватная. Даже не верилось, что она меня бросила. У меня была большая обида на нее, но в то же время мне хотелось сменить обстановку, уехать подальше от твоего контроля, поэтому, когда она предложила переехать к ней, я почти не думая согласился.

Он повернулся ко мне и посмотрел глазами, наполненными обидой и болью.

— Получается, она и раньше хотела быть со мной. Хотела быть рядом с сыном, но такая возможность появилась только недавно. Когда я уже мог сам выбрать, с кем хочу жить.

— Я прекрасно понимаю, что ты сейчас испытываешь. После того, как я услышал тот телефонный разговор, очень разозлился на Иру, и не смог ее простить. Наши отношения резко ухудшились, и...

— И ты нашел ей замену, — горько усмехнулся сын.

— Да, я встретил женщину, с которой мне хорошо, — сказал я, надеясь на то, что сын теперь меня поймет и не станет осуждать.

Глеб уехал из дома злой как собака. Я настоятельно попросил его не рассказывать Ире о нашем разговоре, чтобы не усугубить предстоящий развод и раздел имущества.

— Понял. Только возвращаться домой я не буду, — напоследок сказал он. — Останусь у родной матери.

Это мне было только на руку. Я пообещал, что буду регулярно переводить ему деньги, и что он не будет ни в чем нуждаться. После его отъезда я позвонил Маргарите. Раньше я звонил ей и в грубой форме требовал, чтобы она отцепилась от сына и заставила его вернуться в Москву. На что она отвечала: «Его никто здесь не удерживает. Я лишь предложила ему перебраться ко мне, и он согласился. По-моему, он всем доволен. Парень наконец-то почувствовал свободу и живет так, как ему нравится, а не как сказал строгий папа».

Все наши телефонные разговоры начинались и заканчивались скандалом, но на этот раз я поговорил с ней довольно-таки деликатно.

— Зачем тебе это нужно? — спросила Марго. — Такое чувство, что ты хочешь настроить Глеба против своей жены. Или мне кажется?

— Просто сделай так, как я прошу. Ты от этого ничего не теряешь, наоборот, даже вырастешь в глазах сына. Скажи ему, что Ира не давала тебе с ним видеться, и придумай, почему ты перестала искать с ним встречи. Больше от тебя ничего не требуется. Скинь мне номер своей карты. Переведу денег на содержание Глеба.

Эти полгода Глеб сквозь зубы разговаривал с Ирой, но слово свое держал — не выдавал ей наш разговор. Но это едва не случилось сегодня... Какого черта она вообще поперлась в Ярославль? Хотела узнать, почему Глеб врал ей, что Оксана якобы его подруга? А Глеб и рад стараться. Начал ей за прошлое высказывать.

Глава 11

Ирина

— Тихо, Ирочка, тихо, спокойно, — разговариваю с собой по пути в Москву.

Прибавляю громкость и пытаюсь под тибетскую мантру привести в порядок нервную систему. Подпеваю, стеклянными глазами глядя на оживленную трассу.

— Та-а, та-да-да. М-м-м. М-м-м-. Та-а, та-да-да. М-м-м.

На полминуты мне удается уйти в состояние покоя, что обычно со мной происходит при прослушивании мантры, но сквозь пелену сознания прорываются слова Глеба и успокаивающие звуки медленно растворяются в них.

— Если бы