Беспощадный целитель. Том 5 - Константин Александрович Зайцев

— Райн, Райн, сколько раз тебе говорили: никогда не суди книгу по обложке. Парнишка оказался слишком хорош для твоего вышибалы. Он не смог продержаться даже минуты. Интересно, сколько бы продержался ты сам?

— Лучше молчи, Артур. — В голосе Райна звучало неприкрытое бешенство.

— А то что? Вызовешь меня? — В глазах парня стояла неприкрытая насмешка. — Так что ждать? Вот арена. — Он указал рукой на площадку, где я только что сражался. — Против меня правда придётся драться самому, как говорится, титул обязывает. — Артур улыбнулся так, что я сразу почуял, кто он, и это была очень неприятная информация. Дух смешанный с телом — вот его стихия, или, как называют в простонародье, оборотень. Именно поэтому скалящийся пёс на кольце был так похож на этого ухмыляющегося парня.

— Уходим. — Райн резко развернулся и вышел вместе с дружками, оставив валяться своего бойца, стонущего от боли.

Наёмник поднялся через минуту. Это мне понравилось — не ныл, не жаловался, просто встал и посмотрел на меня. Без злости, без обиды. С тем особенным выражением, которое бывает только у профессионалов, признающих чужое мастерство. Один боец другому. Кивнул. Я кивнул в ответ. Между теми, кто дерётся за деньги, нет ненависти, есть только работа. Он свою проиграл, я выиграл. Надеюсь, парень достаточно умён, чтобы беречь свою связку. Глубоко вздохнув, он похромал на выход.

Мира подошла и, набросив на меня куртку, поцеловала в щеку, тихонько шепнув:

— Общайся, я разберусь со ставками. — Поцеловав её в ответ, я повернулся к Артуру, который указал мне на небольшой столик в тени, на котором уже стояло два бокала вина и сыр.

— Сорок седьмая школа из Блэкфена, говоришь? — произнёс он с улыбкой, когда мы сели.

— Всё так.

— Из мастеров Цинланя там учится лишь Эйра Чен, стиль Восьмирукого ледяного демона. По лицу я бы сказал, что ты с запада, а не с востока. — Охренеть, он знает не только про Эйру, но и название её стиля, которое я, например, никогда не слышал.

— К чему вопрос? — Я сделал глоток вина и на мгновение зажмурился от удовольствия — оно чем-то напоминало вино, которое я забрал после смерти Давида из его квартиры.

— К тому, что ты интересная личность, Алекс Доу. Один из пятёрки финалистов своей школы, но в целом там учится один мусор. — Он тут же поднял руки в извиняющемся жесте. — Я всего лишь доношу общественное мнение, и ставки на вашу команду, мягко говоря, сомнительные.

— Отличное вино, такой интересный ягодный вкус с лёгкими нотками ванили. — Ответом мне был добродушный смех: дворянин прекрасно осознавал, что начал спрашивать слишком много.

— Ты точно из Блэкфена? Прости, я увлёкся, псовая натура вечно лезет вперёд. — Великое Небо, ну за что мне это? Ночной клан оборотней — это истинный кошмар. Уверен, они ограничены кучей условий по рукам и ногам, потому что оборотень лучше всего растёт, когда убивает, особенно в бою. Именно поэтому этот Райн так быстро и сбежал.

— Оттуда, Артур, но я не понимаю, чего ты от меня хочешь.

— То, что ты сегодня показал, — это великолепная смесь уличной техники и мастеров Цинланя, а я, знаешь ли, коллекционирую всё необычное. Будь у тебя другой разрез глаз, я бы спросил, не из Ченов ли ты, но, зная их традиционный уклад, понимаю, что нет. На текущий момент я предлагаю приятное, ни к чему не обязывающее знакомство. Я сейчас на третьем курсе Академии и буду выпускником, если ты туда попадёшь. Прости за нескромный вопрос: какой у тебя объём ядра?

— E-ранг. — Я улыбнулся. — Так что с точки зрения большинства я бесполезен.

— Значит, с большой вероятностью после инициации ты прорвёшься как минимум на D, но даже если нет, я буду рад продолжить знакомство.

— Почему ты во мне так уверен? — Он нагнулся ко мне и едва слышно, почти не разжимая губ, произнёс:

— Потому что Блэкхаунды — цепные псы Рэдклифов, что рвут глотки их врагам, и мы чуем своих, астральщик. — Охренеть, он помог мне не просто так, а потому что почуял во мне склонность к астралу, и это откровенно меняет всё. Астральщиков всегда мало, а здешние — в первую очередь ищейки, а не повелители духов. Иметь в обойме пусть слабенького ищейку куда лучше, чем не иметь.

— Я ничего не могу обещать, кроме того, что с удовольствием встречусь ещё раз с тобой, например после турнира в Академии, и тогда я уже буду лучше понимать ситуацию.

— Договорились, — он протянул мне свою руку, и я её крепко пожал. — Ты можешь называть меня Артур даже на людях или же Волкодав.

— Спасибо за такое право. Алекс или Мертвец. — Ответом мне был добродушный смех, а потом он резко замолчал и на несколько ударов сердца ушёл в себя, чтобы через миг спросить:

— Как ты сказал? Мертвец? Тебе очень подходит и имя, и вот это. — Он вытащил из внутреннего кармана череп молчания. — У тебя ведь она есть. — Глаза Артура внимательно меня изучали, и я, поняв, что нет смысла увиливать, кивнул.

— Есть, но получил её недавно.

— Добро пожаловать в семью, Мертвец. Нас в Вэйхолле около пятидесяти с такой монетой, и две трети — дворяне. Я оповещу остальных, но учти: это и плюс, и минус. В любой момент может прилететь вызов, правда, за бой ты сможешь получить не меньше, чем сегодня. Значит, ты сумел впечатлить Мясника, а это многого стоит. К тому же учишься с его сестрой. Очень интересно. — Ненавижу ночные роды: они знают слишком много, думают ещё больше, а скрывают в десять раз больше того, что думают.

— Так может, не стоит?

— Еще как стоит, это у вас в Блэкфене носящих монету всего пятеро с учётом тебя, и Лян как действующий чемпион графства может игнорировать правила. А тут у нас своя иерархия и ей приходится соответствовать.

— До турнира я не готов участвовать в боях, чтобы обо мне не говорили и не думали.

— Вполне разумно, об этом я тоже скажу, кстати рекомендую делать ставки на победу уже сейчас. Завтра к вечеру о твоем бое здесь и о твоей монете будут знать все букмекеры. Рад был знакомству, Мертвец. Как я вижу, твоя женщина уже закончила финансовые дела, и теперь лишь моя болтовня задерживает тебя от приятного времяпрепровождения. Хорошего вечера.

Глава 5

Когда мы уходили, арбитр стоял у стойки, закрывая протокол на планшете. А когда я проходил мимо, поднял голову. Наши глаза встретились буквально на мгновение, но он