Дважды одарённый. Том X - Элиан Тарс

Глава 4

— Поехали, — устало произнёс я. — Волхв, скоординируй выезд с Коптером.

— Принял! — с готовностью отозвался мой камерир и потянулся к рации.

Я же развалился на удобном сиденье «Имперца» и глубоко задумался.

Да уж… Какая, однако же, любопытная история у рода Самоцветовых. Нет, я знал, что там не всё чисто с родителями Сергея. Но лишь в общих чертах — на расследование прошлого Самоцветовых я свои скудные ресурсы не тратил.

Зато сегодня через своего Невидимого Шпиона я стал свидетелем семейной драмы и получил кучу информации для размышления.

Например…

Откуда всё-таки у родителей Сергея деньги на наёмников? Или почему их наёмник говорил с немецким акцентом? Это очень забавно, учитывая, что немецкая родня есть у двух из трёх веток дома Романовых. А мать Сергея себя едва ли не пяткой в грудь била с криками, что род Самоцветовых не должен подчиняться великим князьям.

И всё же эти изгои с ними связаны?

Кто кого использует?

Или, как обычно, каждый пытается использовать каждого? Один лишь Сергей…

Слишком мягкий для главы такого рода.

И за бабушкой он хвостом бегает, и Марьяне едва ли не в рот заглядывает, ещё и родителей, похитивших его, спасти пытался.

С последним, к слову, я ему помог. Несмотря на свою мягкость, Сергей всё же умный парень. Да и у его бабули железная хватка. В качестве пленников изгои будут гораздо полезнее, чем в качестве трупов. А учитывая, как целенаправленно от них хотела избавиться великая боярыня…

Живые родители Сергея могут реально отдалить его от невесты и связи с Варшавой.

Мне это будет на руку.

Да и… откровенно говоря, жаль мне было Сергея. Мы с ним, конечно, не закадычные друзья, однако же видеть, как твоих родителей убивают на твоих глазах… Врагу не пожелаешь.

К слову, о врагах. Того немца мне всё же пришлось убить, иначе оставался риск для Сергея.

Да уж… как вспомню, чего мне стоило настроить Воздушного Близнеца перед той вылазкой — аж в дрожь бросает. Слишком многое нужно было учесть, слишком много конструктов в него заложить. Слишком много маны потратить — накопитель опустел ещё где-то на середине работы!

А от нагрузки у меня до сих пор голова пухнет!

Правда, всё это мне не помешало повторно отправить Близнеца после того, как в нём активировался «защитно-атакующий режим». Ну а как иначе? Надо было же убедиться, что цель достигнута.

Из-за небольшой задержки по времени я не видел, что происходило сразу после активации моего заклинания. Следующая «трансляция» начиналась уже с того, что рядом с Сергеем крутились ратники его рода, снимая наручники с господина и «пакуя» двух пленников — родителей Сергея, которых вырубило моим заклинанием.

Разумеется, ратники Романовых-Варшавских тоже были там, но стрелять по трём тушкам — трупу немца и родителям Сергея — не рискнули. Видимо, понимали, что это будет совсем уж нагло и подозрительно — на боевую обстановку не спишешь.

А затем явилась сама великая боярыня с телохранительницами, а следом и графиня Самоцветова…

И вот это было интересно!

* * *

Некоторое время назад.

Великая боярыня Марьяна Арнольдовна Романова-Варшавская грациозно соскользнула с пассажирского сиденья мотоцикла, которым управляла её верная телохранительница, и решительным шагом направилась к своему жениху. Сергей Иванович Самоцветов, потирая запястья, только что освобождённые от наручников, смотрел на то, как его ратники цепляют уже привезённые с собой наручники на Белозмеевых. Своей невесты он не замечал и не видел, как она бросила недовольный взгляд на ратников своего рода, виновато стоявших поодаль.

— Помогите им! — холодно велела великая боярыня и взглядом указала на ратников Самоцветовых.

Только сейчас граф заметил приближение кого-то, повернулся и удивлённо уставился на свою невесту.

— Марьяна? — выпалил он. — А ты что здесь делаешь?

— Тебя спасаю, Сергей, разве не ясно, — ответила она резко и повернулась к бойцам своего рода. — Быстрее!

— Нет! — глянув на них, произнёс Сергей, подняв ладонь.

Марьяна удивилась:

— Нет? Что значит «нет»?

А затем она снова повернулась к командиру своих бойцов и жестом велела продолжать.

— Нет! — уже громче произнёс Сергей, глядя на свою невесту. — Я очень благодарен тебе лично, Марьяна, и ратникам твоего рода за помощь. Но дальнейшее — уже дело рода Самоцветовых.

Ратники графского рода стеной встали перед численно превосходящими их воинами великокняжеского рода, не подпуская тех ни к своему господину, ни к пленникам.

— Сергей… — поморщилась Марьяна.

— Сергей! Как же я рада, что с тобой всё в порядке! — раздался голос справа. К спорщикам уже спешила её сиятельство графиня Самоцветова.

Старушка запыхалась, но всё равно держалась достойно.

Без тени смущения подбежав к внуку, она крепко обняла его.

— Спасибо, Айседора Ивановна, со мной всё хорошо, — ответил он, тоже обняв бабушку. — Артефакты рода защитили меня.

— И помогли тебя обнаружить! — наставительно произнесла графиня, отойдя на шаг.

А затем выражение её лица изменилось, когда она увидела своего единственного сына, валяющегося на траве без чувств.

С болью во взгляде старушка смотрела на него.

И с ненавистью глянула на его жену.

— Так. — Холодным тоном великая боярыня вновь привлекла к себе всеобщее внимание. — Я рада, что с Сергеем всё хорошо. Но я настаиваю на том, чтобы довести начатое до конца. Мы заберём пленников, а позже поделимся с вами результатами допроса.

Она снова повернулась к своим ратникам, готовым в любой момент сорваться в бой, но отдать приказ не успела.

— Нет, Марьяна, — произнёс Сергей. — Это дело моего рода.

Великая боярыня хмуро уставилась на него. Несколько секунд граф мог выдерживать этот взгляд, но затем отвёл глаза.

— Серёжа… — позвала она его. — Давай-ка отойдём и побеседуем.

Властным жестом девушка махнула в сторону и пошла первой. Граф Самоцветов покорно поплёлся за ней, задумчиво разглядывая её фигуру.

— Сергей, — спустя несколько секунд остановившись возле разлапистого куста, резко обернулась великая боярыня, — что всё это значит?

— Лишь то, Марьяна, что я не хочу впутывать тебя ещё больше в дела своего рода, — подбирая слова, ответил он.

— Вот как? — Романова-Варшавская недовольно подняла бровь. — Впутывать в дела рода, говоришь? А что же, я уже не твоя невеста? Ты хочешь расторгнуть помолвку?

— Нет! — быстрее, чем следовало бы, выпалил граф.

Великая боярыня победно ухмыльнулась и коснулась двумя пальцами его