Город, которого нет. Припять – путешествие в зону отчуждения - Артур Саримович Шигапов

Персонал действовал как мог, подчиняясь условиям испытаний, утвержденным наверху, и делая роковые ошибки. Но можно ли ставить в вину простому инженеру последствия, не предусмотренные физиками и академиками-конструкторами? Увы, обратный отсчет был уже запущен, и хроника короткого эксперимента превратилась в хронику многолетней трагедии.

Испытания и люди

• 25 апреля, 01:06. Начало испытаний, снижение мощности энергоблока.

• 25 апреля, 03:47. Мощность реактора понизили вдвое, до 1600 МВт. По условиям испытаний она должна снизиться еще сильнее, до 700 МВт.

• 25 апреля, 14:00. В соответствии с условиями эксперимента САОР (система автоматического регулирования) отключена от контура циркуляции по указанию начальника смены Сергея Лебедева. Это несколько 25-кубовых баллонов, заполненных водой и воздухом. При внеплановом нагреве реактора должна срабатывать быстродействующая арматура, и в зону подаются охлаждающие компоненты. Однако плановое снижение мощности до 700 МВт и начало эксперимента отложены по указанию диспетчера «Киевэнерго». Причиной стал дефицит электроэнергии в сети большого города, готовившегося к предстоящим выходным и первомайскому празднику. Далее САОР в работу введена не была, а реактор продолжал работать на тепловой мощности 1600 МВт. Это стало первым звеном в цепи случайных событий и отходов от регламента, послуживших катализаторами кошмарного исхода. В реакторе начали развиваться неприятные явления.

Согласно ядерной физике, при делении урана-235 образуется йод-135, который затем превращается в ксенон-135. Период полураспада йода-135 – около 9,5 часов. Ксенон-135 хорошо поглощает нейтроны, сильно снижая реактивность.

При нормальной работе реактора его количество постоянно: сколько образуется, столько и выжигается нейтронным потоком. Но если мощность реактора падает, ксенон накапливается в аномально больших количествах, что еще больше снижает реактивность и тормозит реактор. Это называется «ксеноновым отравлением». Конечно, никто из людей не травится вокруг, отравление получает активная зона, начинающая стремительно затухать.

• 25 апреля, 15:20–23:10. Начата подготовка энергоблока к проведению испытаний. Ими руководит заместитель главного инженера Анатолий Дятлов – жесткий волевой начальник и один из ведущих в стране специалистов-атомщиков. Он метит на кресло своего босса Николая Фомина – партийного выдвиженца, собирающегося на повышение, и успешный эксперимент может приблизить его к цели.

Биографическая справка

Анатолий Степанович Дятлов (03.03.1931–13.12.1995). Уроженец села Атаманово Красноярского края.

В 1959 году с отличием окончил МИФИ. Работал в Сибири на установке реакторов атомных подводных лодок, где произошла крупная авария. Получил дозу облучения 200 бэр, а его сын погиб от лейкемии. На Чернобыльской АЭС с 1973 года. Дошел до ранга заместителя главного инженера и считался одним из сильнейших специалистов станции.

Осужден в 1986 году по статье 220 УК УССР сроком на 10 лет как один из виновников аварии на четвертом блоке. Получил дозу облучения 550 бэр, но остался в живых. Освобожден через 4 года по состоянию здоровья. Умер от сердечной недостаточности, вызванной лучевой болезнью.

Автор книги «Чернобыль. Как это было», где обвинил в аварии конструкторов реактора. Награжден орденами Трудового Красного Знамени и «Знак Почета».

Тот день выдался исключительно погожим, даже жарким. Город готовился к майским праздникам.

Старший оператор ГЦН 4-го блока Валерий Ходемчук отсыпался к ночной смене, как и его коллега с 3-го блока Александр Агулов.

Пожарный Припятской части № 2 лейтенант Петр Хмель получил выходной по случаю дня рождения и отмечал его бурным весельем с возлияниями, согласно фамилии.

Зам. начальника припятской милиции Алексей Москаленко поехал на атомную станцию с инспекцией – проверить, как несут службу его подчиненные в вечернее время.

Ее директор Виктор Брюханов к тому времени уже поговорил с Анатолием Дятловым об эксперименте, получил уверения, что все пройдет хорошо, и, успокоенный, лег спать. Следующее утро сулило ему очередной успех, награду и возможное повышение с переводом в Киев. Уже 15 лет на одной должности в этом захолустье, пора бы сменить прописку на столичную.

Ближе к одиннадцати вечера Валерий Ходемчук засобирался на смену. В шкафу на парадном пиджаке красовался орден Трудовой Славы III степени. В тот день его жена была на выходном. Валерий, уже на пороге, сказал, что сегодня планируется остановка блока. Жена ответила – ну, ты будь там осторожен. Он махнул рукой – дескать, все будет нормально. Перед расставанием она пошутила: «Ты на мне женился по любви или по расчету?» Он обнял ее, ответил – конечно, по любви. И ушел на работу. Больше они не виделись.

• 25 апреля, 23:10. «Киевэнерго» запрет на снижение мощности отменил. К этому моменту реактор 4-го энергоблока проработал на 1600 МВт около 19 часов, что привело к сильному ксеноновому отравлению. Пик отравления прошел незадолго до снятия запрета. Важный момент: хоть его количество уже начало уменьшаться, все равно газа было много, он тормозил реактор.

• В соседнем цехе, на 3-м блоке, уже пришла новая смена, и в том числе оператор Александр Агулов: «Здесь на этом щите была операторская. Где-то в 23:45 я позвонил старшему инженеру-механику Александру Ювченко и доложил, что у меня нет замечаний по работе оборудования. Я просто как-то слышал по разговорам с другими операторами, что четвертый блок будет идти на остановку, или уже должен был остановиться. То есть, когда мы шли на смену, этого не знали. Но если четвертый блок должен останавливаться, значит, на нашем в это время никаких серьезных работ предвидеться не могло. Поэтому все было обыденно, как всегда. И ровно в ноль-ноль по радио прозвучала команда смену сдать и смену принять. По принятым у нас негласным правилам мы принимаем смены минут через 10–15, в зависимости от загруженности.

Начальник смены цеха и старший инженер-механик к нам приходили, пили чай. Поговорили еще раз об оборудовании. Валерий Иванович оповестил, что четвертый блок будет идти на остановку. Перед остановкой проведут эксперимент. Эта работа уже не ваша. Это работа Валерия Ходемчука с его операторами».

• 26 апреля, 00:20. Мощность снизили до 700 МВт, как и планировалось для эксперимента.

• 26 апреля, 00:28. Произошло еще одно несчастливое совпадение. При снижении мощности старший инженер управления реактором Леонид Топтунов не справился с задачей, и мощность внепланово упала сначала до 500, а потом и до 30 МВт. Реактор практически остановился. Произошел конфликт между Дятловым и Топтуновым, считавшим, что нельзя продолжать эксперимент на таких малых величинах. Мнение начальника, решившего пойти до конца, победило. Начат подъем мощности. Спор в БЩУ не прекращается.

Что делать в такой ситуации? Казалось бы, нужно извлечь стержни-поглотители, повысить реактивность и выйти на плановую мощность. Но именно это было категорически