Апостол гуманности и свободы Теодор Паркер - Николай Ильич Стороженко

отрывках Паркер является тонким наблюдателем человеческой природы, то есть проповеди, в которых он является истинным художником. Говорят, что Паркер мог плакать от умиления, если слышал о каком-нибудь подвиге гуманности и великодушия. Таким умиленным чувством проникнута его проповедь о старости (Of old age), где он делает характеристику известной всему Бостону благотворительницы мисс Кайндли. По художественным достоинствам эту характеристику можно смело поставить рядом с любым отрывком из „Стихотворений в прозе“ Тургенева.

„Мисс Кайндли — всеобщая бабушка; ее очень любят дети; 60 лет тому назад она одевала их бабушек к венцу; она помогала дедушке этого мальчика окончить университет, а отцу этого человека стать на ноги и разбогатеть. Теперь она стара, очень стара. Дети, снующие вокруг нее, не верят, что было время, когда она была такая же маленькая, как они, что у ней была мама, которая целовала ее алый ротик. Когда мисс Кайндли является куда-нибудь на праздник Рождества, ее появление сопровождается массой подарков и игрушек. Теперь полдень; она сидит одна; она погружена в размышления; она говорит сама с собой. Вот она подходит к комоду и вынимает из ящика книгу с золотыми застежками. Позолота потемнела, переплет выцвел. Она раскрывает книгу и находит на первом белом листе свое имя Агнеса, а внизу год и число. Итак, сегодня ровно 68 лет, как она сделала эту надпись своею, повидимому, дрожавшей рукой. Уж очень, очень, обветшала эта милая старая Библия. Она раскрывается на 14-й гл. Евангелия от Иоанна, и мисс Кайндли читает: „Да не смущается сердце ваше, — веруйте в Меня!“ Она раскрывает книгу в другом месте и находит в ней бумажку с каким-то порошком; можно догадаться, что это цветок, превратившийся в пыль. Рука ее дрожит и слезы невольно катятся из глаз. Одна слезинка падает на порошок, и он мгновенно превращается: это уже не порошок, это — роза свежая, благоуханная, усеянная брильянтами весенней росы. Да и сама бабушка преобразилась. Это не трясущая своей головой старушка, это — прекрасная Агнеса, такая, какой она была, когда ей минуло 18 лет. Прошло ровно 68 лет с тех пор, как природа праздновала свой великий праздник: пышно распустившиеся цветы благоухали, а птицы пели на все тоны гимны любви и счастия. Возле мисс Кайндли стоял ее жених, который поднес ей эту розу. Рука милого обнимала ее стройный стан; ее черные локоны ниспадали на плечи жениха. Она чувствовала его дыхание на своей зардевшейся щеке; их уста сблизились; их души слились в святом союзе бесконечной любви. Этот поцелуй любви был вместе с тем поцелуем разлуки, ибо жених должен был уехать в далекие края. Они дали слово думать друг о друге, глядя на полярную звезду. На прощание она дала ему эту Библию. Он уехал и больше не вернулся. Видно, Бог призвал его к себе. Одна Библия вернулась к Агнесе; она положила в нее на память розу, символ и воспоминание их юной любви. Сегодня душа ее с ним, но придет час, когда души их сольются как две капли росы на лепестке розы, и мрачная дряхлость земли заменится для них вечной юностью неба“.

Когда пробегаешь мыслью разнообразную общественную или литературную деятельность Паркера, в душе сам собою складывается привлекательный и оригинальный нравственный облик этого истинного апостола гуманизма и свободы. Это была в полном смысле слова возвышенная, цельная и героическая натура, у которой слово никогда не расходилось с делом, которая ежедневно была готова жертвовать жизнью за свои убеждения. Путеводной звездой всей деятельности Паркера, как литературной, так и общественной, была идея нравственного совершенствования личности и тесно связанная с ней идея всемирного братства людей. Ни религиозным догматам, ни политическим учреждениям он не придавал большого значения; он ждал всего от нравственного подъема духа под влиянием христианского идеала: он был глубоко убежден, что на земле будет лучше, если мы сами сделаемся лучше. Это убеждение озаряло его жизненный путь. Оно утешало его даже тогда, когда он прислушивался к приближающимся шагам смерти. В предсмертном бреду ему казалось, что личность его раздвоилась, что в то время, как один Паркер умирает во Флоренции, двойник его живет в Америке и продолжает дело первого.

Так как одним из главных препятствий для осуществления любимой мечты о братстве людей были национальные предрассудки, то Паркер употребил все силы своей души на борьбу с ними. Борьба эта, присоединившая Паркера к фаланге светлых ратоборцев за священные права человеческой личности, была его главным жизненным подвигом.

Паркер был вдохновенным проповедником того, что составляет сущность христианского идеала-любви и бесконечного нравственного совершенства. Многие из его идей либо забывались, либо отвергались, но идея грядущего пересоздания человечества не может быть отвергнута, ибо она есть логический результат прогресса.

При мысли о роли и значении личностей, подобных Паркеру, в истории человечества невольно приходит на мысль и напрашивается на сравнение факт, давно случившийся в Вера-Крусе и сообщаемый Паркером в послании к своим бостонским прихожанам. Во время войны Англии с Францией, мимо Вера-Круса проходил поздно ночью английский военный корабль. Подойдя к городу, он заметил громадную черную массу, которую капитан и матросы приняли за неприятельский корабль. Англичане окликнули черную массу, но не получили от нее никакого ответа. Озадаченный этим загадочным молчанием и боясь засады, капитан велел пустить в черную массу ядро, но и на этот раз она не удостоила англичан ответом. Тогда он велел бомбардировать корабль-призрак. Бомбардировка длилась всю ночь; ядра свистали, бомбы разрывались, но черная масса оставалась попрежнему безмолвна и неподвижна. Так продолжалось до утра, когда англичане увидали, как бессильны и бесплодны были их выстрелы, ибо они были направлены в гранитную скалу. И в области нравственности есть такие же крепкие, как скала, истины, о которые рано или поздно разобьется эгоизм и непонимание людей. Блеснет луч солнца, и люди увидят, что их усилия исказить вечную истину были напрасны, что она попрежнему стоит неподвижно и не боится никаких нападений. Вдохновенным глашатаем этой вечной истины, возвышающейся подобно скале из волн житейского моря, и был Теодор Паркер. Он был провозвестником того желанного времени, давно уже призываемого друзьями человечества, когда исчезнут национальные предрассудки и расовые антипатии и когда люди увидят друг в друге братьев. Будучи глубоко убежден в конечном наступлении этой счастливой поры, он утешал унывающих словами, которыми я позволяю себе заключить настоящую беседу: „битва за истину, как бы она ни казалась нам безнадежной, в конце-концов будет выиграна“.

1

Паркер заблуждался, говоря так, потому что все великие