В стране петроглифов и эдельвейсов - Элеонора Афанасьевна Новгородова

Интересно вспомнить в связи с этими находками о петроглифах, обнаруженных нами в Средних Гоби, в полупустынной местности Цаган Айриг.

У подножия пологой горы, где мы обнаружили и обследовали неолитическую мастерскую, лежат большие плоские камни; длина и ширина каждого камня — несколько метров. Они — словно гигантские стволы деревьев-великанов. Мы долго разглядывали и ощупывали их, пока не увидели едва различимые выбитые загадочные знаки. Обнаружить их было не так просто. Только тщательно прощупывая неровную ноздреватую поверхность, увидели изображения копыт верблюдов, куланов, коней и опять длинные линии — «дороги». Сходство с отпечатками копыт было так велико, что почти невозможно было поверить в их искусственное происхождение. Кажется, что здесь когда-то прошли табуны диких животных. Однако реальные события напоминают о себе рисунками на одном из камней. Там выбиты более сложные фигуры: длинные стрелы (длиной до 30 сантиметров), концентрические окружности, S-образные, свастикообразные и вилообразные знаки, елки и квадраты. Квадраты, разделенные пополам вертикальной линией, весьма похожи на подобные рисунки в западноевропейских палеолитических росписях.

Итак, благодаря открытию мезолитических петроглифов Аршан хада мы получили возможность построить единую линию развития для памятника искусства каменного века большого региона и убедиться, что все находки Монголии не были случайным или исключительным явлением, а вполне естественным и закономерным результатом развития с древнейших времен.

Знаменательно, что в Аршан хаде стела со знаками частично закрыта землей со слоем стоянки каменного века с неолитическими орудиями и массой отщепов, и в Средних Гоби камни с рисунками были расположены на месте неолитической мастерской и также частично перекрывались культурным слоем. Следовательно, рисунки должны быть древнее стоянки.

Все перечисленные изображения, как мы видим, представляют собой какие-то знаки и символы. В этом их отличие от более древних пещерных рисунков, где преобладающий сюжет — контурные фигуры диких животных.

Видя определенную преемственность между более древними памятниками верхнего палеолита и символическими фигурами Аршан хада, трудно допустить, что в мезолитическом искусстве Монголии отсутствовали изображения животных. Они должны были быть. Мы ждали встречи с ними с нетерпением. И естественно, не обманулись в своих ожиданиях. Здесь же в Аршан хаде, всего в 20 метрах от скалы со знаками, мы обнаружили наклонно лежащий камень, на котором под слоем лишайника едва виднелись три фигуры животных.

Они были выбиты неглубоким контуром, однако очень отчетливо и рельефно; одна из фигур сохранилась не полностью, трещина в камне разрушила часть ее головы. Два зверя идут друг за другом слева направо, один чуть ниже другого. Интересно, что фигуры связаны не сюжетом, а единым стилем.

По тому, как выполнены рисунки, по плавности линий, простоте контурного рисунка, отсутствию антропоморфных фигур и уточняющих деталей (глаз, ушей и т. д.), эти изображения более всего напоминают пещерные росписи западной Монголии, а также фигуры быков мезолитического возраста из Кобыстана в Азербайджане.

Какие животные здесь изображены? Единого ответа на этот вопрос нет. Одни полагают, что это носороги, другие — что кабаны, третьи (их большинство) считают, что это бодающиеся дикие быки, наклонившие вниз головы.

За предположение, что это носороги, говорят длинные «рога» и, главным образом то, что на территории Забайкалья и Монголии костных останков носорогов обнаружено больше, чем, скажем, останков кабанов. В то же время археологическая традиция чаще связывает человека конца каменного века с кабаном. Дальнейшие исследования покажут, кто прав, важно, что рисунки найдены. Найдено недостающее звено. Появилась возможность проследить преемственность традиций от верхнепалеолитической живописи к наскальному искусству мезолита.

Рисунки, о которых шла речь, интересны еще и потому, что, будучи отдаленными от памятников Европы десятком тысяч километров, показывают, однако, что развитие искусства первобытных охотников шло одними и теми же путями..

АМУЛЕТЫ ШАМАНА

КАМЕННОГО ВЕКА

Если ехать от Аршан хада далее на восток по ровной бескрайней степи к г. Чойбалсану, вы окажетесь в широкой долине, где обитали племена нового каменного века, и археологам посчастливилось раскопать здесь немало погребений того времени. Самое интересное из них было открыто совершенно случайно. И о нем следует рассказать особо.

Летом 1972 г. в 72 километрах от Чойбалсана геологи советско-монгольской экспедиции остановились на ночлег на второй надпойменной террасе на берегу Керулена. По другую сторону реки до самого горизонта простирается бескрайняя степь. И лишь невысокая гряда холмов, именуемая горами Норовлийн уул, нарушает монотонность пейзажа. Геологи не случайно выбрали это удобное и живописное место, также не случайно оно неоднократно становилось пристанищем для древних обитателей степей, высокие холмы расположены у самой воды ив то же время защищены от наводнения и разлива.

Гуляя по холмам, шофер экспедиции подобрал в глубокой промоине длинный каменный амулет, на котором было изображено человеческое лицо. Осмотрев нависшие над ним отвесные стенки оврага, он увидел торчащие в трехметровой осыпи кости, окрашенные красной краской. В Улан-Баторе шофер сообщил о своем открытии археологам и передал им удивительный амулет. Раскопки были проведены в том же году.

На глубине 160 сантиметров в ярко-красной, насыщенной охрой могильной яме, вырытой около 6 тысяч лет назад, был похоронен покойник в позе сидящего на корточках человека с сильно согнутыми ногами. И под ним, и над ним был насыпан густой слой красной краски.

Несохранившаяся одежда была расшита в древности мелким бисером из белой пасты: более 3 тысяч бусин покрывали скелет, причем обильнее всего возле черепа. Шею покойника украшало ожерелье из крупных белых шаровидных бус- два кольца неправильной формы, сделанные из раковин, лежали по обе стороны черепа. Они были украшены по краю узкими резными треугольниками и имели отверстия для подвешивания. Возле черепа найдены также клык кабана и плоские овальной формы бусины, орнаментированные вертикальными параллельными насечками. Более всего они напоминают подвески из клыков марала. Расположение этих пастовых имитаций клыков вокруг головы позволяет думать, что они украшали головной убор.

Под левым плечом лежали десять тоненьких подвесок из клыков кабарги, а еще ниже — семь плоских бляшек, ювелирно вырезанных из крупной раковины с радужной оболочкой, две круглые бляшки с отверстиями в центре и радиальными насечками, две бляшки в виде фигурок кабана или, что вероятнее, медведя с отверстиями в центре для пришивания (как у современных пуговиц). Фигурки очень похожи друг на друга: у них непропорционально крупная голова с полукружием уха, выпуклый «отвисший» живот и короткие ноги. Остальные бляшки круглые с зубчатым краем. Все эти украшения, лежавшие рядом, были, возможно, нашиты на плащ, свисавший с левого плеча. Переднюю часть плаща украшали также две луновидные подвески из продольно расщепленных клыков