В стране петроглифов и эдельвейсов - Элеонора Афанасьевна Новгородова

солнцем, то есть угадывается тематика, связанная с небом, солнцем и луной. Вся средняя часть оленного камня заполнена оленями — можно предположить, что эти тотемные животные (предки и защитники) изображают существовавшую на теле воинов татуировку, но не исключено, что одежда была просто расшита аппликациями. Примеры и того и другого нам известны по находкам в курганах горного Алтая, выставленным в экспозиции Государственного Эрмитажа. Я имею в виду открытия в Пазырыкских курганах.

Изучение оленных камней, петроглифов, рисунков на сосудах из глины, бронзовых скульптур на кинжалах и ножах неразрывно связано с изучением одного из наиболее ярких направлений изобразительного искусства культуры кочевников — так называемого «звериного стиля». Именно в Монголии удается проследить его истоки, развитие и длительное сохранение мотивов и элементов стиля вплоть до XX в.

«ЗВЕРИНЫЙ СТИЛЬ»

В ПРОШЛОМ И НАСТОЯЩЕМ

Под термином «звериный стиль» принято понимать широко известную изобразительную манеру мастеров-художников первой половины — середины I тысячелетия до н. э. так называемой скифской эпохи. Весьма своеобразная в каждом локальном варианте эта манера имела и те определенные черты, которые позволяют объединить «звериный стиль» как искусство кочевников Евразии. К обобщающим каноническим образам относятся следующие: свернувшийся в кольцо кошачий хищник (пантера или барс), сцены терзания хищниками (птицами-грифонами, волками или тиграми) травоядных животных (лосей, — оленей, куланов или коней). Животные изображены в определенной стилизованной манере, с подчеркнутыми признаками хищности: когтями, клыками, клыкастыми пастями.

Предметы, выполненные в «зверином стиле», встречаются на большой территории от Восточной и Центральной Европы до Центральной Азии. Тысячи находок отмечают путь его распространения, однако истоки формирования и место первоначального зарождения этого направления до сих пор дебатируются в специальной литературе.

Анализ монгольского «звериного стиля» в настоящее время можно начинать с петроглифов эпохи энеолита, когда древние художники высекли на своих высокогорных святилищах сцены с жертвенными животными и тотемами — предками рода. Среди них первоначально преобладали копытные животные: быки-туры, бараны и олени. Изобразительная манера той эпохи представила монументальных и статичных быков, иногда с луной в рогах, со звездой над головой. Олени первоначально изображались с вертикально расположенными рогами в форме дерева (ели). Рога оленя изображали также на танцевальной маске, на голове матери-прародительницы. К эпохе бронзы относится и изображение колесницы, в которую впряжены два оленя.

Для передачи мифа, отражавшего представление той эпохи о Вселенной, древние художники искали оптимальные варианты, позволявшие рассказать о многом в предельно сжатой форме. Символ солнца, колесница и олень совмещались в одном понятии: луна в рогах быка, солнце в рогах оленя объясняли место этих животных на небе. Очевидно, и синкретический образ копытного, обнаруженный среди рисунков Чулуута, с телом быка, рогами горного барана и пятнистой окраской оленя, был призван воплотить в себе Вселенную. Интересно отметить, что даже мифические образы монгольских петроглифов на редкость реалистичны. В них восхищает лаконизм и чеканная завершенность, выразительность главного образа.

Итак, копытные животные, и прежде всего олени, занимают центральное место в космогонических культах древнего человека. Что касается орнамента, декора и стиля изображения, они были подчинены этой главной идее. Но теперь мы опираемся именно на них, пытаясь проследить формирование «звериного стиля» в Монголии. Здесь как нигде, развитие идет непрерывно, хотя, конечно же, древнейшие изображения резко отличаются от поздних.

Сначала лоси и олени показаны идущими или стоящими, с расчлененными телами: вертикальные линии, геометрические фигуры, возможно, передают шерсть, иногда детали тела жертвенного животного. На смену единичным фигурам приходят сцены охоты, но не ординарной, а мифической: огромные олени и быки с расчлененными телами, преследуемые десятками собак, окружены мелкими фигурами оленей, быков и козлов. На этом этапе изобразительного искусства олени показаны на длинных вытянутых ногах (как бы в позе жертвенных животных), с длинными птичьими клювами, но еще с вертикальными стволами рогов. Та же идея охоты на фантастического зверя с птичьим клювом сохраняется в конце эпохи бронзы, трансформируясь следующим образом: олень имеет длинное тело, заполненное десятками квадратов, длинные вытянутые ноги и, что особенно интересно заметить, уже ветвистые рога, простирающиеся вдоль всего тела. Ветвистые рога, клювообразная морда, горб на преувеличенно вытянутом теле — все это выдает то новое, что станет каноном в искусстве скифского времени. Тот же канонический образ скифского оленя высечен на сотнях оленных камней.

Итак, в центре Азиатского материка, на той единственной территории, где стоят сотни оленных камней (не встречающихся в остальных ареалах скифского мира), удается отныне проследить становление одного из элементов «звериного стиля» — формирование знаменитого скифского оленя. В течение более тысячи лет с эпохи энеолита до бронзового века на территории Центральной Азии шел процесс становления этого канона. Если скифский олень может быть назван каноном, то изображение животных в эпоху развитого бронзового века (карасукский период, или период колесниц) можно считать в искусстве периодом протоканона, который выражен в частичной символизации образов. На металлических кинжалах и ножах изображены олени, бараны и козлы с огромными ушами, глазами и рогами, а среди петроглифов протоканон выражен описанными выше оленями, быками и другими копытными с длинными телами, заполненными пятнами, вертикальными полосами, квадратами и ромбами. Этот протозвериный стиль в наскальных рисунках мы назвали условно декоративным. А выделив этот декоративный стиль, мы получили возможность легко проследить в нем истоки, элементы «звериного» и, следовательно, предположить, что «звериный стиль» складывается здесь еще во II тысячелетии до н. э.

Являясь исконно центральноазиатским направлением в искусстве, «звериный стиль» именно здесь сохраняется в течение многих веков и даже тысячелетий. В хуннскую эпоху на поясных бляхах и украшениях изображали сцены терзания хищниками оленей и лосей, сцены жертвоприношения (о чем можно судить по материалам из раскопок П. Козлова, Ц. Доржсурена и Д. Наваана, А. Давыдовой и др.). Традиции этого стиля фрагментарно прослеживаются и в древнетюркское время, и в средневековом искусстве. Очень интересны изображения коней в оленных масках с рогами среди поздних петроглифов (XIX–XX вв.), обнаруженных нами в окрестностях города Кобдо.

Древнейшие доламаистские культы[4], мотивы и стили и поныне сохраняются в народном творчестве Монголии. Об этом можно судить не только по музейным экспонатам. На переправе через реку Селенгу до конца 60-х годов нашего века служила деревянная лодка-долбленка (в настоящее время заменена паромом). Высокий нос этой лодки представлял собой две огромные стилизованные морды коней, более всего напоминавшие морды коней на бронзовых навершиях ножей и кинжалов бронзового века.

В традициях «звериного стиля» выполнены многие работы современных народных мастеров Монголии. Это предметы быта, вырезанные из дерева: ковши и черпаки для воды и кумыса,