Дом с секретом и его притяжение. Часть 1 - Ольга Станиславовна Назарова

***

Влад очнулся в машине, недоуменно вскинулся и уставился на…

– Моя рука! – он поднёс к глазам кисть руки и не мог отвести от неё взгляд. – Не может быть! Неужели же всё получилось?

Вторая рука была точно такой же, как и первая – явно не похожей на волчью лапу, а человеческой!

Насмотревшись на руки, он заспешил, ощупал лицо, уши, невольно взъерошил волосы:

– Не понял… почему такие длинные? – волосы лежали на плечах и, по ощущению, доходили практически до лопаток.

– Так отросли, – спокойно объяснил ему Вран, обернувшийся к Волкову с переднего сидения. – За два-то года…

– Точно… – отозвался Влад. – И на лице… ого, какая борода выросла, да и ладно, это неважно! Просто поверить не могу: я – это снова я!

Он резко сел, в голове зашумело, она закружилась, пришлось схватиться за ручку двери и за сидение.

– Ты бы лучше пока полежал, – посоветовал Крамеш, сидящий за рулём. – Приедем, поешь, глядишь, полегче будет.

– Да мне бы к родителям! – Волков прекрасно помнил радостную новость, принесённую ему Крамешем перед отъездом в лес – что родители и бабушка живы-здоровы!

– Это понятно, но ты уже знаешь, что им скажешь?

Влад, который, если честно, запрещал себе думать о том, как вернётся в свой облик – просто чтобы не страдать лишний раз, если ничего не получится, глубоко задумался.

– Сказать, что ничего не помню? – предположил он.

– Это само собой, но надо бы продумать детали, – разумно посоветовал Крамеш. – Да и с Филиппом Ивановичем обсудить – поверь, это тебе только на пользу будет!

– Да, ты прав! Эээ… я хотел спросить, а кто он?

Крамеш и Вран весело переглянулись, но отвечать не стали.

– Ладно, извините. Понял, что вопрос некорректный, – пошёл на попятную Влад. – А! Я ещё спросить хотел, а что случилось с Алиной? Мне надо будет ещё какую-то пакость от неё ждать?

– Об этом тоже лучше с Филиппом Ивановичем поговорить, – усмехнулся Бескрайнов. – Лучше полежи пока.

Волков не просто полежал, он и уснуть успел – видимо, сказывалось его истощение, а когда проснулся, то увидел, что его будит Вран, а машина стоит в просторном гараже.

– Пошли! По лестнице-то подняться сможешь? – уточнил Чернокрылов, покосившись на хитро ухмыляющегося Крамеша.

Бескрайнову не хотелось отвечать на вопросы Влада, не хотелось и морочить его лишний раз, а так – глядишь, доползёт до номера и свалится сам…

– Смогу! – решительно заявил Волков и, что показательно, самостоятельно покорил мраморную лестницу двухэтажного особнячка, правда, после этого действительно вырубился на кровати в том же самом номере, откуда недавно ушёл волком.

Его разбудила Татьяна:

– Доброе утро! Очень рада видеть вас в вашем настоящем виде! – улыбнулась она, пропуская в номер симпатичную темноволосую и темноглазую девушку с подносом в руках.

От подноса шёл упоительный запах, и Волков заторопился вставать, впрочем, тут же подался назад, осознав, что то, что на нём надето, можно назвать не иначе как жуткими лохмотьями!

– Не переживайте, – успокоила его Таня. – Я вам принесла одежду, – она кивнула на стул. – Единственное, Филипп Иванович просил вас эту не выбрасывать и не стирать, просто сложить.

– Хорошо, я так и сделаю!

Когда дверь номера закрылась, Волков рванул в ванную и буквально уплыл от горячей воды, шампуня, мыла. Правда, надолго там остаться не вышло – очень хотелось поесть.

Через час, вымытый до скрипа, сытый и одетый в чистое Волков ощущал себя на седьмом небе, только мечтал связаться с родителями и бабушкой, так что, когда за ним пришёл Вран и попросил следовать за ним, Влад заторопился – может, хоть сейчас получится поговорить со своими?

– Филипп Иванович, я его привёл! – Вран запустил бывшего волка в кабинет Соколовского и закрыл за ним дверь.

– Доброе утро, Влад! Садитесь, – он кивнул на удобное кресло. – Вы прекрасно выглядите! – улыбнулся Соколовский худому-прехудому молодому мужчине с бородкой и волосами, спадающими ему на грудь.

– Спасибо! Это всё благодаря вам! Думаю, что мне уже недолго оставалось в лесу… – погрустнел Волков.

– Что правда, то правда, – согласился Сокол.

– Я вам жизнью обязан! Я уж не говорю о том, что вы мне её нормальную вернули!

– Рад, что сумел помочь, – сдержанно кивнул Филипп.

– Эээ, я хотел бы с родными поговорить.

– Сейчас устроим.

– А ещё… спросить, сколько я вам должен за… ну за всё это, – Волков махнул рукой, явно указывая на себя.

– Я вам выпишу счёт, – улыбнулся его собеседник. – Вы ещё что-то хотели спросить?

– Да! Что теперь будет с Алиной?

– Она вернулась домой, но уже сегодня утром обнаружила, что выглядит как волчица, – спокойно, словно это абсолютно обыденное дело, произнёс Филипп Иванович.

– Что? Это… это на неё перешло?

– А вы, как я посмотрю, не рады? Пожалели её? – c любопытством уточнил Филипп. – Она-то вас не жалела, хоть вы перед ней и не виноваты были.

– Я ж сам волком был, – глухо ответил Влад. – Она в шкуре не выживет! Пожалел?

Он призадумался:

– Если честно, она – дрянь, конечно, жуткая, но смерти я ей не желаю! – он невольно вспомнил и свой ужас, и невыносимую безнадёжность, и одиночество с горьким осознанием того, что его родные сходят с ума от ужаса и не смогут спокойно это пережить – он-то у них один! А ещё – голод и жажду, пробирающий до костей холод и попытки добыть еды, стёртые в кровь лапы и лай собак… Нет, пожалуй, он всё равно не мог пожелать Алине всё это.

Соколовский наблюдал за ним, размышляя о том, что такие люди – это противоядие от подобных Алин.

– Не переживайте, она только думает, что она волчица, а на самом деле выглядит она обыкновенно, – спокойно сказал он бывшему волку. – Ночью она будет сознавать, что она выглядит девушкой, а днём ей снова будет казаться, что она – волчица. Понимаете… Алина опасна. Она собиралась вновь использовать тот нож – хотела