Савонарола - Евгений Викторович Старшов

разумения и воли. Высшее не может быть управляемо тем, что ему подчинено; отсюда следует, что интеллект, который более совершенен, нежели обычное любое тело, не может управляться ни небесными, ни какого-либо иного рода телами… Все, что управляемо и движется, будь то небесные или земные тела, есть [явление] физическое и подвержено [действию] времени. Наше же мышление превосходит во всех своих операциях все тела, простираясь до явлений нематериальных, даже до Бога. Это же невозможно осуществить посредством никакой физической силы, ибо никакой деятель, оперируя, не может превзойти [возможностей] своей собственной природы. Отсюда, строго говоря, получается, что небесные тела не могут оказывать влияние на мышление, сила которого явно превосходит все [сущее] на небосводе» (кн. 4, гл. 3)[371]. Непрямое воздействие небесных тел на мышление Савонарола столь же решительно отвергает, равно как и мысль о том, что они могут быть одушевлены. Он пишет: «Однако некоторые утверждают, что небесные дела одушевлены, и держатся того положения, что хотя они (небесные тела. – Е. С.) и не движут наши разум и свободную волю, однако же на эти способности влияет душа, животворящая небеса» (там же)[372] – и далее опровергает это, превосходя весьма светлые умы древности, например Платона, полагавшего, что планеты и звезды одушевлены либо являются божествами мелкого разряда, отражением или гранями Единого, и современности, и последующих поколений. Кампанелла, поддерживающий теорию гилозоизма (то есть «жизни во всем»), веком позже не сомневался в том, что солнце и планеты – живые существа, равно как и вселенная. Впрочем, Савонарола допускает, что влияние планет ощутимо в человеческих наклонностях, темпераменте и тому подобном, и сказывается на мышлении, воображении и так далее, однако человек достаточно силен, чтобы при необходимости преодолеть эти самые наклонности и влияния, опять же имея свободу и силу воли.

Здесь мы видим, что вновь, как авторитетнейший для Савонаролы источник, возникает Иоанн Дамаскин. Критикуя астрологию, он так же пишет в «Точном изложении Православной веры»: «Эллины, конечно, говорят, что через восхождение, и захождение, и сближение этих звезд, и солнца, и луны устраиваются все наши дела; ибо астрология занимается этим; однако мы утверждаем, что хотя от них и получаются предзнаменования как дождя, так и бездождия, как холода, так и жары, как влажности, так и сухости, также ветров и подобного (то есть погоды в зависимости от времени года. – Е. С.), но никоим образом не предзнаменования наших дел. Ибо мы, происшедши от Творца одаренными свободною волею, бываем господами наших дел. Ибо если мы все делаем вследствие течения звезд, то по необходимости совершаем то, что делаем; а то, что происходит по необходимости, ни добродетель, ни порок; если же мы не имеем ни добродетели, ни порока, то не достойны ни похвал, ни наказаний, а также и Бог окажется несправедливым, доставляя одним блага, а другим бедствия (в зависимости от влияния звезд при рождении. – Е. С.)»[373].

Савонарола продолжает: «Но даже в наши дни есть некоторые, зовущиеся христианами, которые, маскируясь, все же пользуются заблуждениями астрологии. Они говорят, например, что хотя свободная воля [существует] и подчиняется не звездам, а Богу, однако, поскольку чувствующая часть нашей природы, которой управляется большая часть людей, подчинена звездным влияниям, они могут посредством звезд предсказать многие будущие события; более того, [якобы] Бог управляет делами человеческими посредством звезд как вторичных причин. И настолько далеко, на самом деле, уводит таковых их заблуждение, что они обманывают людей, [дабы те] верили более звездам, нежели Богу, и способны убедить их ничего не предпринимать без предварительного совещания с небесами» (кн. 4, гл. 3)[374]. Согласитесь, довольно передовой взгляд, если даже более века спустя такой светлый ум, как Томмазо Кампанелла, верил во влияние планет на судьбу и здоровье человека, проводил соответствующие обряды над папой римским и его близкими, а незадолго до смерти – и над собой в надежде отсрочить ее пришествие. Также он допускал влияние хода светил на дела человеческие, подчеркивая, что светила по воле Божией движут ангелы, сообщая, таким образом, людям волю Творца, в то время как диавол бессилен свернуть путь кометы, к примеру, со знака Рака в знак Козерога[375].

Но для фра Джироламо астрология – вовсе не наука, и он разносит это суеверие в пух и прах железной логикой практика, применяя данные из области медицины и сельского хозяйства: «Система астрологических предсказаний столь мало заслуживает наименования науки либо искусства, что лучшие философы судили, что она недостойна даже и упоминания. Оба, Платон и Аристотель, игнорировали ее… Врачи не пытаются постичь причины болезней посредством звезд и не пытаются исцелять астролябией… Ничто, таким образом, не может быть глупее, чем пытаться постичь посредством простого созерцания звезд и планет будущие события, которые произойдут от свободной воли индивидуумов и частных причин… Поскольку существует множество препятствий к формированию материи, астролог не может обрести некое твердое знание, просто глазея в небеса. Например, предположим, что сила, содержащаяся в одной конкретной звезде, предназначена к плодоношению виноградной лозы. Мы не можем, просто глазея на звезду, подсчитать урожай, который принесет лоза; ибо многие обстоятельства могут воспрепятствовать ее урожайности. Ее, к примеру, могут посадить в неподходящую почву; ее могут срезать; ее может вытоптать скот; или иная какая звезда может повредить ей, произведя либо засуху, либо чрезмерные дожди. Просто глядя в небо, мы не можем знать, какой из этих или подобных им несчастных случаев может приключиться. И если мы не можем достичь твердого заключения даже насчет таких чисто природных вещей, насколько менее можем мы доверять нашему суждению о том, что зиждется на бесконечном разнообразии [проявлений] свободной воли?» (там же)[376]. Не желая далее распространяться о подобном безумии, Савонарола рекомендует читателям обратиться как к его собственному труду по этому поводу («Против астрологических предсказаний», издано во Флоренции в 1495 году на итальянском языке, позже – и на латыни), так и к сочинению своего друга, известнейшего гуманиста того времени графа Джованни Пико делла Мирандолы, которого фра Джироламо характеризует как человека, «чье величие разума и богатство учености должно быть сочтено среди величайших творений Бога и природы» (там же)[377]. Неужели стоит еще раз напомнить о сложившемся ложном облике Савонаролы как нетерпимом узколобом фанатике, враге гуманизма и науки, вроде того, каким он представлен – хотя и ошибочно, но все же блестяще – в знаменитом фильме «Весна Микеланджело»?.. К примеру, инквизиция, преследовавшая Пико, свято верила в истинность собственного утверждения, что «столь великая глубина знаний в таком раннем возрасте не может появиться иначе, как с помощью договора с дьяволом».