Дневник добровольца. Хроника гражданской войны. 1918–1921 - Георгий Алексеевич Орлов

опьянены своим успехом («Скачем забирать батарею»), но этот номер у них не прошел. Пулеметным и артиллерийским огнем их остановили. Тем не менее, нам пришлось спешно оставить Старо-Гнездилово и Кирово. Задержались мы у Ново-Гнездилово. Потери у нас за этот день весьма чувствительные — около 50 раненых и около 100 попало в плен. В 9-й роте осталось человек 17, в 6-й человек 20, а из 12-й один взвод тоже попал в плен. Один из офицеров-Самурцев пор. Новиков, отбиваясь от кавалерии, получил два удара шашкой по голове и свалился без чувств. Красные сочли его за убитого, ограбили и оставили, после чего он добрался до своих.

Еще днем были получены сведения, что на наш участок прибыли латыши, китайцы и кавалерия в солидном количестве. Сегодняшний день оставил весьма неприятное впечатление. Кроме этого, почти весь 3-й батальон теперь совсем расстроен и к серьезным боям в ближайшие дни не способен. В 12 ночи латыши и китайцы заняли слева от нас г. Дмитровск. Наши такой прыти от них не ожидали и, кроме того, должно быть, были выпивши, так как в городе оставалось большое количество солдат.

30.09.1919. День прошел довольно тихо. Восстанавливать положение под Дмитровском кроме Дроздовцев пошли еще офицерская рота и еще одна рота Самурского полка. К 12 часам дня город снова был занят нами, причем на улицах осталось до 600 трупов китайцев и латышей. Говорят, что красные на радостях «дернули» и почти целый день их вылавливали после взятия города из различных домов и «протрезвляли». Корниловцы на своем участке продвинулись дальше и заняли город Орел. Наш отход может отразиться на их левом фланге не совсем интересно.

Двигаться дальше с нашим потрепанным батальоном мы не можем. Нужно сказать, что от самого Псела мы идем без подкреплений. Сегодня как раз месяц со времени начала нашего наступления от р. Псел. За это время мы продвинулись больше чем на 200 верст к северу по прямому направлению по всему фронту, совсем растрепали те части красных, которые были перед нами, но и сами тоже устали порядком. После вчерашней переделки у всех какое-то отступательное настроение, и действительно держаться нам нечем, если не будет подкрепления. На Самурцев одно слово «кавалерия» наводит ужас.

1.10.1919. Вторник. Ночью стало известно, что в деревни Бородинка и Волчьи Ямы, которые находятся на одной с нами линии соответственно в 3 и 2 верстах влево, прибыли латыши. Полковник утром ходил в штаб батальона, но там после вчерашней выпивки все только начинали приходить в себя и никаких сведений ни о чем не имели.

Наш 1-й взвод стоял на позиции у д. Толмачево, а мы стояли пока в Ново-Гнездилово. Надлежащих мер охранения не было выставлено, и красные свободно подошли к нашей деревне. Хорошо, что полковник сам поехал посмотреть, что делается слева, и заметил эту историю. Было отдано приказание спешно запрячь и заамуничить лошадей. Скверно то, что выезжать нам пришлось по оврагу деревни сначала в сторону противника, а потом обратно. Пока мы собрались, красные уже начали входить в деревню. На завороте мы столкнулись уже с красными и едва выскочили. Минуты на две позже, и вывести пушку уже было бы нельзя. Спас положение наш батарейный пулемет, который их слегка задержал. Во время этого драпа повозка с вещами 3-го орудия перевернулась, и почти все вещи вылетели и остались лежать. Лазаретная линейка нашей батареи не успела выехать, и была брошена. Хорошо, что обоз пошел по другой, более скверной, но прямой дороге, без этих выкручиваний и заездов сначала туда, а потом обратно. Только благодаря этому он выскочил, а то ни одна повозка не ушла бы. Во время этой перепалки уже во второй раз был легко ранен наш командир и одна лошадь 3-го орудия, которое по дороге потеряло, кроме вещей, 16 снарядов.

Как раз во время этого «гермидера» уезжал из батареи 1-й старший офицер наш командир 1-го взвода капитан Слесаревский. Он получил батарею.

За Гнездилово мы стали на позицию, но очень скоро было приказано отойти за Лубянки, вследствие обхода правого фланга кавалерией противника. За Лубянками мы остановились и сделали несколько выстрелов, после чего было приказано отходить без боя. Цепи красных действительно имели внушительную величину и густоту. Без боя оставили мы Кошелево и ушли в деревню Кузьминку. В Игнатьево осталась одна рота, а вся пехота ушла с нами. Правый батальон сегодня тоже должен был отойти под давлением.

2.10.1919. Стояли на позиции у Кузьминки. Всю ночь шел дождь и испортил основательно дорогу. Как раз хорошо было бы наступать в такую погоду, тогда у красных много кой-чего застряло бы в грязи, а тут самим приходиться отходить. Выяснился состав ударной группы красных, которая потеснила нас, и ее движение. Тут у них сосредоточено было более 9000 латышей, 1200 сабель при 17 орудиях и 400 пулеметов. Они собираются оттеснить нас, оставив заслон, взять Кромы и двигаться на г. Малоархангельск (верстах в 50 южнее Орла), чтобы отрезать всю нашу Орловскую группу. С нашей стороны для ликвидации этого удара пока приняты следующие меры: из города Дмитровска во фланг им идет ударный батальон полковника Туркула (800 штыков и 6 орудий), со стороны Кром на них должен будет наступать батальон Марковцев, а из Орла два Корниловских полка должны будут двигаться им в тыл на юго-запад. Все эти части будут двигаться в направлении на Холодовку. Нам приказано удерживаться на линии Кошелево — Бычки. К вечеру мы выдвинулись и заняли Кошелево. Противника здесь не было. По сведениям жителей, в районе Лубянок и Брусовца болтаются 300 конных. На ночь Брусовец был занят одной ротой, конных этих там не оказалось; сумерками по большой дороге Кромы — Дмитровск двигались какие-то обозы противника, и видна была в бинокль кавалерия.

3.10.1919. Утром наших выставили из Брусовца. Недалеко от Коше-лево на 8-ю роту налетела кавалерия. На этот раз Самурцы не растерялись, быстро свернулись в колонну и, отстреливаясь, отошли. Благодаря этому кавалерия очень быстро очутилась близ батареи. Мы отбивались от нее батарейными очередями и остановили ее в балке у Кошелево, которое пришлось очистить. Весь день продолжался весьма напряженный бой. Сначала артиллерия противника не принимала участия в бою, но часов в 12 она открыла огонь. Стреляло с их стороны 7 орудий. Две их пушки были влево от нас и дули прямо во фланг нам. Весь день на батарее летали пули и основательно надоедали. Под сумерки мы их выбили из Кошелево. Слева