Вечные Пески. Том 1 и 2 - Лео Сухов

— У наместника ещё есть время! — заметил Этер, сосед Виссарии. — В Кечуне властям понадобилась десидоля, чтобы понять.

— Боюсь, в этот раз орда не даст и восьми дней, — качнул головой я. — Этой ночью она уже смогла поднять мертвецов на улицах. А в Кечуне такое в первый раз случилось гораздо позже. Если в течение ближайших дней всем не отойти в Мраморный круг, Илос обречён.

— Нам надо беспокоиться сейчас о другом! О том, чтобы наши люди не гибли каждую ночь! — с недовольным лицом напомнил самый молодой из старейшин.

— Если всё так, как говорит Ишер, надо думать, как уйти из города, Бхан!.. — буркнула Виссария.

— Мы с тобой говорили об этом! — повернулся он к женщине. — Чтобы мы могли выходить из города, нужно иметь вес в Совете Города, а лучше — в глазах наместника. Для этого нужны люди, много людей. Пока у Гильдии есть бойцы, наше слово имеет вес. А без бойцов… Ты знаешь, как это бывает.

— Бывает, согласна… — кивнула Виссария, а затем вновь посмотрела на меня. — Ишер, что ты предлагаешь? Алимех сказал, у тебя есть какие-то мысли на этот счёт.

— Да, так и есть, — и я покосился на старика.

— Большинство наёмников жалуются на командиров от стражи, — вступил в разговор Алимех. — Стража присылает людей, которые даже не понимают, что происходит.

— Это так? — уточнил Бхан, самый молодой из стариков, уже у меня.

— Так и есть, — подтвердил я. — Второй командующий — второй подряд человек, который не понимает, что надо делать. И дальше, полагаю, будет только хуже.

— Понять их можно. Зачем отправлять на убой хороших бойцов? — усмехнулся один из старейшин. — Но почему мы должны отправлять на убой своих хороших бойцов? Ты же, Алимех, об этом говорил мне?

— Об этом и речь, Гилост. И первым идею предложил Ишер, — кивнул Алимех. — Можно сформировать триосмии из наёмников с командованием из наёмников. Тогда наши потери будут значительно меньше.

— Вот как… Но тогда город должен выделить нам участок обороны, — заметила Виссария. — Это может сильно не понравиться наместнику.

Женщина посмотрела на Бхана, а тот мрачно глядел в столешницу. Видимо, раздумывал. Он явно был главным в этой компании. И я решил добавить аргументов, чтобы моё предложение выглядело весомее.

— Необязательно создавать в войске свою иерархию. Достаточно своих командиров для наёмничьих триосмий. Не более. А сотником вряд ли назначат полного идиота. Но даже если назначат… Решения, критические для выживания бойцов, принимаются не на верху, а на местах.

— Всё равно это будет политическое решение… — задумчиво сложил пальцы домиком Бхан. — Власти города могут не пойти на это, Ишер. Им выгодно, если Гильдия потеряет вес. А чем меньше у нас бойцов, тем меньше наш вес. К тому же, договор с властями уже заключён.

— Договор под давлением — это не договор, — заметил я. — Его можно расторгнуть, не отказываясь при этом защищать город. Пусть власти попробуют вам возразить.

— Ты прав. Они бы и не посмели, если бы Илос был открыт… — Бхан усмехнулся. — Но город закрыт, и мы не уверены, что сможем провести отряд днём. А если никто не узнает о разгроме Гильдии, то и стесняться наместнику не надо. Направит сюда регоев, и раскатают нас в тонкую лепёшку.

— Если они так хотят умереть, кто ж им помешает-то? — усмехнулся я. — Мы все тут будущие трупы, которым жить осталось не то чтобы много.

— А вот это мне и надо им объяснить, — проговорил Бхан. — Ты готов лично повторить им всё, что только что сказал нам? Только учти… Если наместнику твои слова не понравятся, это может иметь последствия!..

— Будущему трупу неважно, кому правду в лицо говорить, — ответил я. — Наместник, хан, да хоть сам царь.

«А тебе действительно плевать? Или решил выпендриться?» — язвительно уточнил внутренний голос.

И тут пришлось задуматься всерьёз. Готов ли я умереть? Предположим, прямо сейчас Бхан встанет и поведёт меня к наместнику. Скажу я ему то же самое, что старейшинам Гильдии? Или мне всё-таки станет страшно?

Я представил. Страшно не стало. Почему-то я был уверен, что сумею донести позицию. Но если меня решат казнить или заключить в тюрьму… Ну что же… Один раз я уже умер. И знаю, что жизнь не заканчивается со смертью. И само это понимание помогало бороться со страхом смерти.

«Да», — ответил я сам себе.

— Да, кому угодно, — подтвердил вслух. — Умереть можно сегодня, можно завтра, можно послезавтра. И никто не обещал, что завтра смерть будет легче, чем сегодня.

— Хм… Надеюсь, смерть тебе всё-таки не грозит! — усмехнулся Бхан. — Мы что-нибудь придумаем, чтобы избавить светлую голову от мрачной участи. А вот плетей, конечно, могут всыпать…

— Мне в Кечуне зубастик чуть не откусил половину задницы, — заметил я, вызвав смешки и у старейшин, и в темноте зала. — Потом я ещё полночи с этой раной бегал. В общем, плети как-нибудь переживу.

— Чего ты сам хочешь, Ишер? — неожиданно спросила Виссария, уставившись на меня.

Взгляд у неё был такой, будто она во мне дырку сверлит. Что-то не давало ей покоя в моём поведении.

— Почему пришёл сюда? Почему согласился на предложение Бхана? — раскрыла карты женщина. — Чего ты добиваешься, триста пятнадцатый?

— Да ничего, в общем-то, — ответил я, а потом подумал и добавил: — Хочу, чтобы людей побольше выжило. Хочу выспаться сегодня и завтра. Поесть нормально хочу. Орду победить хочу.

— Думаешь, только поэтому? Потому что хочешь есть, спать и победить орду? — не поверила Виссария.

— А этого мало, что ли? — спокойно уточнил я. — Всё это ведёт к жизни. Моей, вашей. И даже к жизни наместника. А это уже немало.

— Есть, спать, победить… Это и есть жизнь? — повторила Виссария.

— А можно есть и спать, если умер? — вопросом на вопрос ответил я. — Когда умер, обычно становится наплевать на сон и еду.

— А победить? — усмехаясь, вмешался Бхан. — Разве победа нужна мертвецам?

— Когда как. Например, моей осмии сегодня ночью победа была нужна, даже после смерти, — ответил я. — Только сторона сменилась. До смерти хотели орду победить, а после — жителей Илоса. Но, если честно, после смерти они были мотивированы даже побольше, чем до.

— А-ха-ха-ха-ха! — не выдержала Виссария. — Надо запомнить это! Молодец, триста пятнадцатый!

— К вашим услугам! — я чинно склонил голову.

— А ты, получается, мастер всё упрощать, Ишер? — усмехнулась старейшина. — Что, и правда сам не хочешь командовать?

— Я? Командовать? — выдал я дозированную улыбку. — Не хочу. Я умею махать топором. Умею выживать в пустыне. Умею