Это кто переродился? Книга 5. Финал - Сириус Дрейк

Дарья встретила под ним. Читала, а то и просто сидела, смотря на унылые волны, которые один вал за другим окружали остров. Однажды ей приснилось, что Город отдаляется, а Башня, словно корабль в море, уносится куда-то за горизонт. Во том сне она была на седьмом небе от счастья. Ведь рано или поздно ее тюрьму прибьет к какому-нибудь берегу.

Проснувшись, осознала страшное — ничего не изменилось.

Так прошел еще один год. А за ним и второй.

На третий год Дарья перестала выходить из Башни и почти не вылезала из библиотеки. К чему? Все равно берег не приблизиться ни на дюйм, мосты сами собой не восстанут из волн, а русалки больше не приплывут. От скуки она выучила пять языков к тем четырнадцати, что знала до этого. Стала мастером трех боевых техник, изучила сложнейшую теорию магических печатей и рун, научилась вязать и сносно готовить.

Просто так. А чем еще себя занимать целыми днями?

И вот одним солнечным утром поднявшись с кровати, она заметила силуэт в окне.

Крылатый силуэт.

Крик радости сам собой сорвался с ее уст. Подскочив, она кинулась к окну. И остановилась.

На балконе сидел дракон, но какой-то странный. Ростом он был с человека, весь покрыт красной чешуей, однако мордой до боли напоминал то ли волка, то ли лиса. А еще был кругловат и зубаст до неприличия.

В когтях у него было письмо.

— Дарья? — спросил зверь, странно коверкая слова. — Я же по адресу?

Она кивнула, и он с поклоном протянул ей письмо. Стоило ему оказаться в ее руках, как драколис взмахнул крыльями.

— Стой!

Но увы в тот же миг его унесло в небо. Дарья еще пыталась кричать, но этот зверь, сделав свое дело, скрылся в туманной дымке.

На письме не было ни обратного адреса, ни марки, ни печати. Всего одно слово — «Дарье». Вернувшись в спальню, она разорвала конверт и вытащила письмо.

Оно было совсем небольшим.

'Милая моя Дарья,

Прости, что так долго не писал, ибо был страшно занят. Сама знаешь, как это хлопотно захватить целый мир, даже такой жалкий, как Изнанка. Увы, Оку удалось от нас сбежать к себе в Междумирье, куда не проникнуть, минуя остальную дюжину миров и их властелинов Башен.

Поэтому, должно быть, я задержусь. Не знаю насколько, но я не привык отступать. Око нужно добить, а вместе с этим поработить все миры, что помогают этому негодяю оставаться всесильным. Не думаю, что это будет сложно, но потребует времени. Возможно, не одного месяца…'

Подняв глаза от письма, Дарья посмотрела в окно. Сколько этот рыжий засранец летел сюда? В поисках даты она вывернула конверт наизнанку, но нет — на нем не было ни черточки.

Тяжело вздохнув, бывшая королева вернулась к чтению:

«…А то и несколько лет. У Ока множество слуг, которые готовы на все, ради своего властелина. Нам повезло, что твой Васька оказался одним из самых ничтожных. Право, тебе следовало воспитать его куда более могущественным противником…»

Дарья фыркнула. Нашелся критик!

Однако в чем, в чем, а в написании писем Дракон явно поднаторел. Судя по стилю и по сносному почерку, он там занимался не только тем, что уничтожал миры. А он еще и учится, паршивец…

Улыбнувшись, Дарья продолжила. Письмо подходило к концу:

'Жди меня, моя Дарья. Жди, ибо не в моих правилах нарушать данное слово. Вскоре я вернусь, и мы с тобой снова сможем подняться до самых небес. Очень скоро. Ты и оглянуться не успеешь, как все эти миры. Все эти Башни. Все эти властелины миров будут брошены к твоим ногам.

У Вселенной может быть только один Король. А у Короля может быть только одна Королева.

На веки и искренне твой

Д.'

Смяв письмо в кулаке, Дарья упала на подушки. Слезы так и брызнули из ее глаз, но пленница решительно вытерла их рукавом. Не было смысла рыдать — она сама виновата, что попалась в эту ловушку.

Ответ Дарья написала тем же вечером — и в нем ни словом не обмолвилась о своем положении. Было как-то неправильно отрывать Дракона от спасения Вселенной по таким пустякам, как «насильное заключение бабушки в дом престарелых».

Рэд прилетел на следующий день. Схватил письмо и был таков.

Обратно драколис не вернулся.

Глава 28

Ты же не забыл про меня?

В баре «Золотой котел».

Через десять лет после Победы.

— Борис! Пиво!

— Батя, дай сюда эту бочку!

— Я сам!

— Нет! Отдыхай, мы сами!

И отняв у него бочонок, близнецы покатили его к стойке. Справились они за какую-то минуту и на свое место важно взгромоздился кот Василий. На чересчур медленного Бориса он посмотрел с осуждением.

— Стар ты стал, чертов бармен… — вздохнул Борис, поймав взгляд потускневших глаз в зеркале.

Даже до своего места за стойкой дотащиться было той еще задачкой, куда там таскать эти бочки? Годы идут, а здоровее он не становится. Спина ни к черту. Да и колени давно стерлись. Если бы не помощь Миши и Маши он бы точно уже кончился.

В зале «Котла» сплошь новые лица. Из тех, кто посещал бар еще десять лет назад, осталась пара пьянчуг. Прочих унесло в какие-то неведомые дали жизни.

— Маша, за пятым столиком ждут заказ!

— У меня не десять рук, Миш. Сейчас отнесу я им эту яичницу!

Наблюдая, как близнецы хозяйничают в его баре, Борис не смог сдержать улыбки. Наверное, и его унесло бы куда-нибудь на дно, если бы он не взял сироток под свою крышу. После войны Город буквально полнился ими — вот и Маша с Мишей как-то заглянули к нему в бар. Вернее, в подвал, где оба пытались переждать проливной дождь. Борис испугался, что в подвале снова открылся портал, но потом признал в «монстрах» двух чумазых ребятишек. Четвертый год как они живут одной семьей.

По телевизору, тем временем, освещали очередную акцию протеста среди ящеров, или как они просили себя называть «людоящеров». На экране показывали толпу под красными флагами с изображением дракона. На плакатах было написано «Хвост это звучит гордо!», «Ящеры тоже люди», «Свободу королеве!», «Скоро Он вернется!»

Вот уже почти десять лет, как они требуют себе равных прав, официального признания церкви Дракона, а еще доступа к Башне, где якобы укрывают их «королеву». Все эти десять лет они вызывали среди жителей Города противоречивые чувства:

— Совсем охренели хвостатые! — воскликнул один из пьянчуг. — Сначала дай им доступ в