Наука души. Избранные заметки страстного рационалиста - Ричард Докинз

помогают им эволюционировать или даже просто сидят и наблюдают, как те самовоспроизводятся, растут и снова дают рассаду. «Победительство» Стивена Поттера – единичная продуманная шутка, впоследствии подпитанная и поддержанная «самоутвердительством» и «подавительством». Шутка мутировала и эволюционировала так бурно и плодовито, что, нисколько не выцветая от повторений, лишь становилась все ярче и смешнее. Ее автор помогал ей в этом, подсаживая вспомогательные мемы: «военную хитрость» и «ход конем», псевдоакадемические сноски, а также вымышленных соавторов (Odoreida, Gatling-Fenn), которые запросто могли быть невымышленными. Теперь, спустя тридцать лет после смерти Поттера, если я, скажем, выдумаю слово «постмодернительство» или «ГМО-тельство», вы будете подготовлены к такой шутке и предрасположены переплюнуть ее своей. Большинство рассказов про Дживса – мутанты одной исходной шутки, которая опять-таки относится к такому типу юмора, который эволюционирует и вызревает, становясь не менее, а более смешным от пересказов. Аналогичными свойствами обладают и некоторые другие книги, например «1066 и все такое», «Мемуары ирландского магистрата-резидента» и, конечно же, «Леди Эддл вспоминает». Книга «Как содержать динозавров в неволе» принадлежит к этой великой традиции.

Еще с наших с ним студенческих времен Роберт Маш был не только шутником, но и плодовитым производителем новых эволюционных направлений в юморе. Если кто-то и был его предшественником, то разве что Псмит: «Заунывный вой, который ты слышишь, испускает волк нужды, примостившись у моего порога»[276], – именно таким я бы представил себе машевский способ сказать: «Я на мели». Псмитовским по духу был и глубокомысленно серьезный ответ Маша одной женщине, с которой он едва познакомился на какой-то вечеринке. Узнав, что Маш работает учителем в знаменитой школе, она задала невинный светский вопрос: «А вы берете девочек?» Он, не моргнув глазом, кратко ответствовал: «Время от времени», – и эта реплика, рассчитанная на то, чтобы привести собеседницу в замешательство, была произнесена с истинно псмитовской величавостью.

Вариации машевского воображения на тему «лопни моя селезенка» заставили весь круг его друзей заняться выдумыванием новых – становившихся все более и более причудливыми по мере того, как данный «вид» эволюционировал в микрокультуре наших мемов. То же самое касалось и названий пабов. Мы собирались обычно в заведении «Роза и корона» (где вообще-то по большей части и происходили ранние этапы этой эволюции), но редко называли его так прямолинейно. «Увидимся в „Соборе и желчном пузыре“» – вот что можно было услышать на одной из вех сего эволюционного пути. Более поздние образцы могли показаться забавными уже только в контексте своей филогенетической истории. Другим из посаженных Машем «растений» был бесконечно эволюционировавший вариант оборота «наш такой-то друг». Изначальным обращением к «Розе и короне» было «наш цветочный царственный друг», но его потомки обрели путем эволюции барочную загадочность и стали напоминать описания для кроссвордов, а для их расшифровки требовалось иметь классическое образование. Все эти виды машевского юмора в конечном итоге относились к типу, которому можно было бы дать название «невозмутимая иносказательность».

Но юный шутник Роберт Маш – полная противоположность серьезному исследователю, каким он стал в зрелости. И нигде его серьезность не проявляется так отчетливо, как в той книге, что вы держите в руках. Здесь собраны воедино накопленные им на протяжении всей жизни знания о динозаврах, об их повадках и об уходе за ними в болезни и в здравии. В кругах любителей динозавров его имя издавна вошло в поговорку. От манежей до аукционов, от скачек до угодий для охоты на птерозавров – ни на каком мероприятии заврофилы не чувствуют себя в полном сборе, покуда из уст в уста не начнет передаваться шепот: «Маш прибыл». Даже карнозавры как будто чувствуют присутствие этого знатока своего дела: их двуногая поступь становится более пружинистой, и они сильнее скалят свои испещренные бактериями зубы. Он всегда рад подбодрить пугливого компсогната похлопыванием по крупу и дать своевременный совет его владельцу.

Ваш комнатный динозавр достиг того трудного (чтобы не сказать неприятного) возраста, когда ему пора подрезать шпоры? Маш проконсультирует вас, как правильно провести эту процедуру, прежде чем все закончится слезами и непреднамеренным (о, совсем напротив, исполненным самых лучших чувств) вскрытием брюшной полости. Ваш охотничий динозавр стал чересчур увлекаться? Пока он не притащил вам слишком много загонщиков, вызовите Маша (хватка вашего «ретривера» может быть столь же слабой, сколь и стоны вашего егеря, взывающего о помощи, но всему есть предел). В тех вызывающих неловкость ситуациях, когда микрораптор забывает, что находится в гостиной, совет Маша будет тактичен и краток. А может быть, вы ищете партию перепревшего игуанодонового навоза для своего приусадебного участка? Маш – вот кто вам нужен!

Хотя сегодня Роберт Маш известен прежде всего как мудрый патриарх любителей динозавров, ему довелось проявить себя и в действии. Из тех, кто видел его верхом, немногие забудут, как беспечно он держался на Киллере, аккуратно направляя этого несравненного охотника через двадцатифутовые барьеры на очередной безупречно пройденный круг. Что касается объездки, то даже самец брахиозавра, энергично обузданный Машем, гарцевал бы не хуже чистопородного орнитомима. Когда он подгонял хлыстом ту знаменитую свору из двадцати пар велоцирапторов, его улюлюканье, от которого заколотилось бы сердце любого охотника, заставило бы застыть в жилах и без того холодную кровь несчастного бэмбираптора, забившегося в свою нору. Облаченный в узорчатые кожаные доспехи, Маш был не из тех, к кому можно отнестись с пренебрежением, – неудивительно, что в аравийских королевских домах он был очень востребован в качестве дорогостоящего консультанта. Во время оно его ухоженный птеродактиль, мастерским движением спущенный с привязи и поймавший ветер, набирал высоту великолепными кругами, прежде чем броситься на археоптерикса и схватить его, а в завершение удовлетворенно вытереть клюв о рукавицу.

Долгие годы многочисленные друзья и почитатели из сообщества любителей динозавров упрашивали Роберта изложить свой жизненный опыт в виде книги – так, как это умеет только он один. В результате появилось первое издание труда «Как содержать динозавров в неволе», которое, само собой разумеется, распродалось так быстро, что апатозавр не успел бы и хвостом махнуть. За те глухие годы, когда книги не было в продаже, замусоленные пиратские копии стали цениться как настоящее сокровище, ревностно хранимое в охотничьей сумке или в бардачке внедорожника. Необходимость во втором издании сделалась насущной, и я был безмерно счастлив оказаться орудием, которое, пускай и косвенно, поспособствовало его появлению («Кто нашел издателя, тот нашел благо», см. Притчи 18:22). Конечно же, это новое издание сильно выиграло от той переписки с динозавроводами всего мира, которую Маш вел не покладая рук.

Его книгу можно оценить с