Королев. Мой отец. Книга 2 - Наталия Сергеевна Королёва

«Глубокоуважаемая Мария Николаевна!

Нет слов, чтобы выразить Вам мое глубочайшее сочувствие по поводу такой безвременной смерти Сергея Павловича.

Прекрасно понимаю, как безутешно Ваше горе. Пусть же послужит Вам некоторым утешением то, что Сергей Павлович прожил такую яркую, такую творческую жизнь, которая навсегда оставит неизгладимый след в истории человечества.

Ваш сын — это гордость нашей науки, нашего народа, нашей Родины. Благодарная память о нем как о прекрасном человеке, о выдающемся ученом сохранится у всех наших людей.

Еще раз, глубокоуважаемая Мария Николаевна, примите мое сердечное сочувствие.

Ваш М. Келдыш 19 января 1966 г.».

«Дорогая Наталия Сергеевна!

Вместе с Вами глубоко скорбим о безвременной смерти Сергея Павловича.

Это огромная потеря для нашей страны, для всей науки, для всех нас.

Ваш отец был прекрасным человеком, выдающимся ученым и конструктором. Его дела будут памятником ему на века.

У вас впереди большая и интересная жизнь. Так будьте же в делах достойной Вашего отца.

Ваш М. Келдыш. 19 января 1966 г.».

Президент Академии наук Украины Б. Е. Патон прислал телеграмму из Киева:

«Дорогая Мария Николаевна!

Прошу Вас принять мое искреннейшее и глубокое соболезнование в связи с постигшим Вас огромным горем.

Памятная плита на Кремлевской стене с датами рождения и смерти С. П. Королева (по новому стилю). 2005 г.

Ваше горе — горе горячо любившей незабвенного Сергея Павловича матери, очень близко нам — искренне любившим и преклонявшимся перед ним людям.

Для меня Сергей Павлович был образцом великого ученого и Человека, тем идеалом, к которому все мы должны стремиться, но никогда его не достигнем.

Сергей Павлович навсегда останется звездой первой величины в благодарной памяти нашего советского народа. Имя его будет в ряду имен величайших людей нашей Родины.

Горячо желаем Вам сил и стойкости духа в эти полные горя дни.

Ваш Патон. 15 января 1966 г.».

Так безвременно и трагично оборвался земной путь моего отца. Но день смерти не завершил его биографию. С той скорбной поры начался новый, раскрытый в будущее период его жизни — жизни в истории, жизни в благодарной памяти миллионов людей.

В 2006 г. исполнилось 40 лет, как нет на свете моего отца. На памятной плите, установленной на Кремлевской стене, дата смерти его была указана по современному григорианскому календарю, а дату рождения обозначили — согласно паспортным данным — по юлианскому, существовавшему в Российской империи до 1918 года. Сам отец всегда отмечал свой день рождения 12 января и, когда его не стало, наша семья, друзья и соратники Сергея Павловича продолжают эту традицию. Такое несовпадение у многих вызывало недоумение. Поэтому решено было исправить эту оплошность и памятную плиту заменили.

Глава семнадцатая

…Просто человек

Меня часто спрашивают, каким человеком был мой отец, какие черты его характера можно назвать главными, основными, что он любил, как относился к книгам, музыке, живописи, природе. Ответить на эти вопросы нелегко, потому что личность его была многогранной, но попытаться можно.

Главными чертами в характере отца я назвала бы целеустремленность, умение смотреть вперед и убежденность в важности дела, которому он посвятил свою жизнь. С раннего детства его целью было покорение неба. Быть может, здесь сыграли определенную роль увиденный им еще в детстве в Нежине и поразивший его воображение полет летчика Уточкина или отряд авиаторов в Одессе, поднимавших в небо гидросамолеты и бравших его с собой. А может быть, уверенность в правильности выбранного пути укрепила в нем обстановка двадцатых годов в нашей стране, настойчиво призывавшая к освоению летного дела. Наверное, все это сложилось воедино, и уже в пятнадцатилетнем возрасте он знал, чем будет наполнена его жизнь. Не случайно шестнадцати лет он вступил в Общество авиации и воздухоплавания Украины и Крыма, самостоятельно изучал специальную литературу, читал лекции по воздухоплаванию рабочим одесских заводов и порта, а в семнадцать лет сконструировал первый планер, признанный годным к постройке. Учась в КПИ и МВТУ, он продолжал конструировать планеры и самолеты, а затем переключился на ракеты. Все созданное им в жизни — это непрерывное движение на пути достижения все больших скоростей и высот. При этом отец всегда стремился создавать нечто новое, необычное, то, чего никто до него не делал. Своей волей и убежденностью он умел вдохновить любого человека на активное участие в общем деле. И ничто, даже годы заключения, не смогло сломить его, заставить свернуть с дороги. Во всем, что отец говорил и делал, присутствовала, как правило, железная логика. Он всегда знал, чего хочет добиться, потому не разбрасывался, не отвлекался на второстепенные, пусть и казавшиеся заманчивыми идеи, а искал пути к достижению главной цели. «Я и сам поражаюсь полету неукротимой человеческой мысли к барьеру неизвестного и через него! Как это все интересно, как здорово! Но и трудно одновременно…» — писал он жене 29 мая 1962 г.

Б. В. Раушенбах считал самой главной чертой моего отца «стремление делать необычное. Созданные по его чертежам планеры вовсе не были самыми хорошими, но они подчас бывали самыми оригинальными (достаточно вспомнить „Красную звезду“ — первый в мире планер для высшего пилотажа). И ракетная техника, особенно в далекие предвоенные годы, увлекала его своей необычностью, дерзко-романтическим будущим, какими-то космическими перспективами. То, что многие считали эту нарождавшуюся область человеческой деятельности уделом оторвавшихся от реальной почвы чудаков-изобретателей, не могло его остановить. Если бы Сергей Павлович жил несколько столетий назад, он, возможно, поплыл был открывать новые земли. В наше время он помог сделать человечеству более серьезное — первый шаг к неведомым мирам Вселенной».

С. П. Королев. 1960 г.

С. П. Королев. 1963 г.

Отцу был присущ неординарный организаторский талант, проявившийся еще в молодые годы при создании ГИРД и раскрывшийся в полной мере в пору, когда он возглавлял и координировал колоссальную работу многих научных и конструкторских коллективов. Будучи прирожденным лидером, он умел связать воедино усилия проектантов, производственников, испытателей — всех, кто был занят в общем деле, тысяч и тысяч людей, трудившихся на различных предприятиях во многих городах нашей страны. Сила личности отца была такова, что с его мнением очень часто соглашались и члены организованного им Совета главных конструкторов (а среди них были люди с очень непростыми характерами), и видные ученые, военачальники, и руководители правительства. Авторитет его формировался под воздействием убедительности доводов, настойчивости в достижении цели, феноменальности результатов, которых он добивался. Именно эти качества, а не высокое служебное положение, постепенно поднимали его над окружающими и делали его