НАТО и атом Ядерная политика Североатлантического блока - Борис Михаилович Халоша

залива Клайд (Шотландия), северных фиордов (Норвегия), проливов Скагеррак и Каттегат и, наконец, из обширной части зоны Додеканезских островов (Эгейское море). Эти районы, по словам западногерманского журнала «Шпигель», были избраны потому, что это позволило бы «Поларисам» «стрелять по Москве» (I). Команды кораблей многостороннего ядерного флота НАТО должны были набираться из добровольцев. Для 25 кораблей и наземных объектов потребовалось бы примерно 10 тысяч человек. На кораблях должны были служить солдаты по меньшей мере трех национальностей: среди них — обязательно американцы. На каждом корабле контингент одной и той же нации не должен был превышать 40 % экипажа. Причем национальные контингенты должны были быть пропорциональны финансовому вкладу каждой страны-участницы. По этому же принципу должно было производиться и распределение командных постов. Такой порядок вполне устраивал как Вашингтон, так и Бонн, согласившихся взять на себя основную долю расходов по созданию МЯС. Как писала газета «Нэви Таймс», в Бонне рассчитывали получить не менее 10, в худшем случае — 7 ракетоносцев. Корабли имелось в виду строить на верфях стран, согласившихся принять участие в создании флота. Общая стоимость «многосторонних ядерных сил» НАТО в течение 10 лет должна была составить, по предварительным подсчетам, 5 миллиардов долларов, причем США и Западная Германия согласились оплатить до 80 процентов всех расходов, связанных с формированием этих сил.

Глава II проекта договора о создании «многосторонних ядерных сил» НАТО определяла организационную структуру этих сил. В качестве правления «атомного акционерного общества» должен был служить «совет губернаторов», в который должны были входить послы НАТО от стран-участниц. Для экипажей судов «многосторонних ядерных сил» НАТО должна была быть введена единая форма одежды. Создание ядерного флота НАТО должно было быть оформлено специальным договором, который подлежал обычной процедуре ратификации. *По расчетам США, «многосторонние ядерные силы» НАТО должны были вступить в строй в полном составе к 1970 году.

Атлантические дипломаты еще спорили — «быть или не быть» «многосторонним ядерным силам» НАТО, а натовские адмиралы уже приступили к практическому созданию «многостороннего ядерного флота», состоящего из надводных кораблей, вооруженных ракетами «Поларис».

6 апреля 1964 года группа военно-морских и ракетных экспертов НАТО в Вашингтоне закончила свои изыскания. Агентство Ассошиэйтед пресс, ссылаясь на осведомленные круги, сообщило о «совершенно секретном» докладе этой группы. В нем рассматривались технические возможности установки пускового устройства для ракет «Поларис», действия многостороннего флота, степень его уязвимости; размеры, мощь, дислокация сил; потери в ходе возможных атомных и обычных военных действий.

Был выделен экспериментальный корабль — прототип «многостороннего» пиратского судна. Им явился американский эсминец, носивший по иронии судьбы название «Бидл», что в переводе означало «церковный сторож». (Позже эсминец был переименован и стал называться к<Клод Рикеттс» в память покойного заместителя начальника штаба американского военно-морского флота, принимавшего активное участие в разработке идеи создания «многостороннего ядерного флота».) Корабль водоизмещением 4500 тонн был построен всего два года назад. Правда, он не был вооружен ракетами «Поларис» — на его борту были установлены противовоздушные ракеты «Тартар» и ракетные торпеды «Асрок». Однако сложная аппаратура эсминца, по словам специалистов, позволяла «испробовать все, что потребуется в дальнейшем для атомного флота НАТО».

Западногерманское агентство ДПА сообщило, что были решены проблемы, связанные с комплектованием «смешанного экипажа» эсминца «Рикеттс», в котором западногерманские моряки должны были занять «важные и ответственные посты».

Выразив готовность оплатить около 40 процентов стоимости ядерного флота, западногерманские милитаристские круги сразу же потребовали мзды. Наряду с Пентагоном они высказали намерение играть определяющую роль при осуществлении практических мероприятий по созданию многостороннего флота. Состав экипажа «Рикеттса» полностью подтверждал это.

Этот своего рода «атомный ковчег» НАТО был укомплектован 336 офицерами и матросами семи стран — членов НАТО: США, ФРГ, Англии, Италии, Голландии, Турции и Греции. Командиром эсминца решено было сделать американского капитана 3-го ранга Томаса Фортсона, 51 процент команды составили американцы. Вторым по величине явился западногерманский контингент. ФРГ послала на корабль двух офицеров и 47 унтер-офицеров и матросов — примерно столько же, сколько Италия, Турция, Греция и Голландия, вместе взятые. Один боннский офицер занял пост «ведущего инженера», другой стал «ракетным офицером», несущим ответственность за сохранение и частично за применение этого оружия. Большинство западногерманских унтер-офицеров и матросов составили специалисты по радиолокационному оборудованию и ракетному оружию.

15 января 1965 года эсминец-ракетоносец «Клод Рикеттс» — военный корабль — прообраз будущего пиратского ядерного флота НАТО вышел из Норфолка в полугодовое плавание в составе действующего американского военно-морского флота.

Во время плавания команда эсминца-ракетоносца должна была пройти подготовку в обращении со сложным снаряжением эсминца, вооруженного ракетами. Моряки семи стран — участниц НАТО впервые должны были вести стрельбу из палубной артиллерии и запускать ракеты «Тартар» класса «поверхность — воздух», на корабле должны были быть проведены учебные боевые тревоги. Команда корабля прошла курс усиленной подготовки в применении и обслуживании сложного снаряжения эсминца.

Весьма показателен был маршрут плавания, избранный «Клодом Рикеттсом»: сначала он должен был испробовать свои силы вблизи залива Гуантанамо на Кубе и в других районах Карибского моря, а затем присоединиться к 6-му американскому флоту в Средиземном море.

Соединенные Штаты предоставили «Рикеттс» в распоряжение стран НАТО, чтобы продемонстрировать правомерность своего убеждения в практической возможности укомплектования современных боевых кораблей смешанными командами. Сведения, полученные в результате этого эксперимента, должны были послужить необходимым материалом для рабочих групп НАТО, занимавшихся проблемами «многосторонних ядерных сил».

Корреспондент агентства Юнайтед пресс интернейшнл Генри Кейс, захлебываясь от удовольствия, передавал в то время из Вашингтона: «Жизнь на борту «Рикеттса» — совершенно новый опыт для всей команды. Во многих каютах будут вместе жить представители всех семи стран-участниц. Меню на эсминце будет гораздо более разнообразным, чем обычно бывает на любом другом корабле. Английские, итальянские, немецкие и голландские повара будут помогать в приготовлении национальных блюд всех стран, представленных на борту».

Здесь Генри Кейс не упомянул только самого главного: международная команда на борту «Рикеттса» сама явилась частью той преступной кухни подготовки ракетно-ядерной войны против миролюбивых стран и народов, какой стали планы создания «многосторонних ядерных сил» НАТО. Отныне эти планы вступали в новый и опасный этап.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

«МНОГОСТОРОННИЕ ЯДЕРНЫЕ СИЛЫ»

И ФРГ